Глава 3: часть 1 путь

После короткой беседы с Лионом, он ушел к себе, а я под давлением усталости и истощения провалилась в глубокий сон. Не помню, что именно мне снилось, но я проснулась с бешеной тревогой в груди, что-то предчувствуя.

Я пулей вылетела из спальни и, не обнаружив никого на кухне, побежала в квартиру напротив. Входная дверь была распахнута. Комната, в которой остановились ребята, стояла нетронутой. На диване были аккуратно разложены подушки, а кровать застелена покрывалом. На полу не было и намёка на осколки, а стакан целый стоял на маленьком столике, об который я ударилась несколько часов назад.

Осмотрев все вокруг, я не обнаружила ни керосиновой лампы, ни чужих вещей, ни вообще каких-либо признаков присутствия людей. Воздух был застоявшийся, каким он бывает, если долго не проветривать помещение, окна зашторены, на полу лежал тонкий слой пыли, на котором оставались мои следы.

«Они ушли? Он же сказал, что я могу пойти с ними. Он меня обманул!» - думала я.

Я ворвалась в ванную, где должны были стоять ведра с водой или хотя бы висеть мокрые полотенца после того, как Каталин приняла душ. Вёдер не было, а полотенца были аккуратно сложены на металлической полке возле зеркала. Подойдя ближе, я посмотрела на своё отражение. Длинные темные волосы, далеко не первой свежести, были растрёпанны, местами уже образовались колтуны. Лицо перекошено в испуганной гримасе, веки широко распахнуты, а под ними - темные мешки. Нижняя губа задрожала, серо-голубые глаза налились слезами.

«Обманул! Обманул! Он меня обманул!»

-Обманул! - выкрикнула я и ударила кулаком по зеркалу. Костяшки разбились в кровь, пару осколков остались в коже, что вызывало ужасное жжение. Но его заглушала жгучая обида, до скрежета зубов. Дыхание сбилось, ускорилось, сердцебиение набирало обороты, на лбу проступил холодный пот.

Я проснулась по-настоящему. Судя по наручным часам я проспала только два с половиной часа. Солнце уже встало. А мое тело продолжало биться в сонной агонии, а сознание требовало проверить, точно ли это был сон.

Я только скинула одеяло, как в комнату зашла Каталин. Она широко улыбалась, но увидев мой растерянный вид, помрачнела. Мне стало легче, но состояние все ещё было тревожным. Каталин развеяла страх своим присутствием, оставались только симптомы.

- Как хорошо, что ты зашла, - сказала я, убирая с лица мокрые от пота пряди.
- Приснился кошмар? - поинтересовалась блондинка.
Она села на край кровати, повернувшись ко мне лицом, подогнув одну ногу под себя, а вторую свесив.
- Да, что-то в этом роде, - спокойно ответила я, мягко улыбнувшись.

Каталин выпрямилась и, чуть наклонившись, одобрительно похлопала меня по ноге. Она выглядела такой светлой, отдохнувшей, от неё веяло тёплом. Возможно, такой антураж создавал ее безразмерный вязаный свитер с оленями или небрежная коса светло-пшеничного цвета, переливающаяся под лучами раннего солнца, в сочетании с нежно-голубыми глазами и длинными светлыми ресницами. Ее взгляд был наполнен добротой, участливостью, даже сочувствием.

- Это из-за разговора с Лионом? Опять не смог подобрать правильные слова? - усмехнулась Каталин, опираясь на левую руку.
- Нет. Почему? Все прошло хорошо, - ответила я, улыбаясь, - Просто с вашим появлением...

Девушка резко меня перебила, буквально поменявшись в лице, стала какая-то напряжённая.
- В смысле «все прошло хорошо»? - недовольно процедила сквозь зубы она.

Я опешила от такого вопроса, а ее тон меня задел. Мне пришлось отмести в сторону все свои тонкие чувства и немедленно взять себя в руки. На смену приветливости пришло хладнокровие. Я сказала, что Лион позвал меня пойти с ними с условием соблюдения правил, которые мы согласовали. Каталин не сдерживалась, с каждой секундой начинала закипать сильнее, сжимая от злости зубы.

Спасибо, что моя защитная реакция сработала мгновенно. Этим я обязана маме, у которой ежесекундно менялось настроение, и, когда она становилась серьёзной, это означало всегда только одно - она «огорчена» моим поведением. Дальше - наказание. Просто у мамы были не все дома. Но я научилась мгновенно перестраиваться под ее вспышки ненависти и искать пути отхода, будто в голове щелкал переключатель. Я дала себе обещание, что не стану давать ей реакцию и с упоением наблюдать за моими страданиями. Думала, что это поможет. На самом деле это не помогало, но алгоритм действий намертво врезался в мою голову. Сколько бы времени я не провела в одиночестве, при встрече лицом к лицу с агрессией, режим «хладнокровия» срабатывает на уровне инстинкта. Только не показывать слабину.

- Группа приняла другое решение. Оставайся здесь и не выходи, пока мы не переговорим, - бросила она в мою сторону, направляясь к выходу, - это какая-то ошибка.

Понятия не имею, что и почему ее так разозлило. В это же время сдержанность вытеснило возмущение.
«Что она себе позволяет? Это мой дом!»
Я быстро завязала хвост и пошла за этой наглой девкой.

- Что происходит?! - выкрикнула я.
Все собрались за столом на моей кухне. Лион, сидевший ко мне спиной, даже не повернулся. Майкл пялился в окно с выражение лица «мне настолько насрать, насколько ты себе представить не можешь». А Реджи скривил гримасу отвращения.

- Я тебе сказала не заходить!
- Указы раздавай своим детям, - рявкнула я в ответ, - а со мной в таком тоне ты разговаривать не будешь.
Я выплевывала каждое слово, наблюдая как эта особа вот-вот встанет на четвереньки и загавкает как собака.
- Вы пришли в мой дом. Вы взяли мою еду. Вы...
- Ой, все, - вставил свою копейку рыжий.
- Сиди молча, когда говорят взрослые, - осекла я его и продолжила, - вы мылись моей водой. Вы сами предложили присоединиться к вам. И мне плевать на ваши решения. Потому что вы свиньи. Неблагодарные свиньи. Убирайтесь из моего дома.
Реджи встал, пнув ногой стул, как неожиданно скомандовал Лион.

- Сядь на место, - совершенно спокойно сказал он.
И Реджи послушно сел. Майкл все так же смотрел в окно, а Каталин ждала реакции Лиона.

- Я воспользовался правом принцепса и разрешил Флейшер пойти с нами, - без единой эмоции объяснял он.

- Мы все равны! - выкрикнула Каталин.
- Мы все равны, ты права. А я первый среди равных.
Он повернул голову в сторону Каталин и теперь я могла видеть его профиль. Бесстрастие и холодность читались в каждом миллиметре его лица. Мне стало жутко от этого. Он давил взглядом, тяжёлым, непробиваемым, не оставлял права на апелляцию.

- Когда вернёмся на базу, я поставлю на обсуждение вопрос о том, чтобы выгнать вас обоих, - Каталин была попрежнему настроена негативно, но уверенность в ее словах поразительно быстро улетучивалась.

- Не утруждай себя, - вклинилась я в их разговор, - я никуда с тобой и твоим сынком не пойду.

Рыжий не понял, что речь про него. Он молча потупил взгляд в пол, а его правая нога монотонно потрясывалась, от чего стол вибрировал. Почувствовав это, Майкл положил руку на его колено, останавливая, а затем скрестил руки на груди. Его равнодушие к происходящему поражало меня.

- Поговорим наедине, - последнее, что сказал Лион блондинке.