ЧАСТЬ 2. НАЧАЛО УЖАСА.

Выключив телевизор, я забежал в ванную и сказал:
- Кэтти! Мне срочно нужно в больницу! Там моя мать! Я позвоню тебе!
- Что случилось? - Кэтти высунула голову из-за ширмы.
- По новостям сообщили, что в больницах полно заражённых гриппом. А в больнице находится моя мама. Я должен забрать её.
- Хорошо, будь осторожен! Потом сразу позвони мне, хорошо?
- Обещаю, со мной будет впорядке. Ты тоже береги себя. Пока!
Я выскочил из дома, вскочил на велосипед и погнал в сторону больницы.
Идущие люди по улице, смотрели на меня с широко открытыми от удивления глазами. А я не обращал на это внимания. У меня в голове было только одно. Поскорей забрать маму из больницы.

У ВХОДА В БОЛЬНИЦУ

Я с ходу откинул велосипед, и забравшись по ступеням вверх увидел распахнутую дверь в больницу. Я заглянул в помещение и увидел толпу людей. Они сидели в приёмной. Я увидел проходящую мимо меня медсестру:
- Простите, - я поймал за руку медсестру - подскажите, мою мать случаем не перевезли?
- А, это вы, Чед Уильямс. Нет, она в своей палате. Вы можете навестить её, только при условии одеть маску, халат и бахилы. У нас тут карантин.
- Хорошо. Спасибо.
Я выполнил все указания медсестры и пулей помчался на третий этаж в палату #43.
И вот я стою перед дубовой дверью с табличкой "Палата #43". Набравшись смелости, я тихонько открыл дверь.
Моя мать спала.
Я зашёл в палату, тихонько заперев за собой дверь. Подошёл в маминой кровати и сел на её край.
Мать проснулась и уставилась на меня.
- Здравствуй, мам, - сказал я, крепко сжав её руку - как ты?
- Не очень хорошо... - мать закашляла.
- Что-то не так? - Я забеспокоился.
- Этот грёбанный грипп доконал уже... - она опять прокашлялась. - А ты зачем пришёл?
- Я хочу забрать тебя. Забрать в безопасное место...
- Мне оно не нужно... Я уже в безопасности...
- Прошу тебя, мама, пойдём. Я договорюсь с доком, ты перейдёшь на домашнее лечение. Мы тебя вылечим.
- Грипп уже не вылечишь.. Не беспокойся за меня... Ты лучше скажи, как там Бобби и Браен?
Я вспомнил этого выродка Боба.
- С ними всё впорядке. Браен делает уроки, я слежу за этим. - Я улыбнулся.
В палату зашёл док.
- Чед, миссис Уильямс. Как Ваше самочувствие?
- Мне хуже стало... - прошептала мама.
- Это плохо... Это очень плохо... Ну а сердце?
- Стучит пока что. Пока стучит... Но скоро перестанет.
- Мам, не говори так. Мы вылечим тебя. Док, можно забрать её на домашнее лечение?
- Да, думаю так будет лучше. В рассаднике болезни ей находиться не стоит. Пусть побудет в тишине, в благодати. Верно, миссис Уильямс?
- Ну раз вы так настаиваете, я согласна поехать домой.
- Ну и хорошо. Только для начала давайте измерим ваше давление.
Я вызвал такси. Неспеша мы с мамой спутились на улицу. Я усадил её в машину, сказал шофёру адрес, сам уселся на велосипед и поехал вслед за машиной.

ДОМА
Я снова взял под руку маму и завёл в дом. Помог подняться на второй этаж. За дверью спальни родителей я услышал стоны. Очень перепугался. Как я маму не уговаривал не заходить в комнату, она всё же зашла. И то, что она там увидела, повергла и её и меня в шок.
На родительском ложе лежал мой отчим, голый. На нём сидела та самая шлюха. Они трахались.
Я видел, как расширились от увиденного мамины глаза, раскрылся рот, рука схватилась за сердце. Держась другой рукой за косяк двери, она стала оседать на пол. Я с громким криком подбежал к ней, но было уже поздно. Она не дышала.

***
К радости Боба, я не назвал истинной причины смерти матери. Просто сердечный приступ. Наверное, от волнения при встрече с мужем и младшим сыном. Так отчим объяснил врачам. И ему поверили. Ведь основания для этого были, притом серьёзные.
Маму хоронили на следующий день.
Я стоял над могилой и с ненавистью смотрел на отчима, самого лютого своего врача.
Отчим молча и тупо наблюдал, как могильщики заколачивают крышку гроба. У него даже хватило наглости положить руку мне на плечо.
Рядом со мной стоял Браен. Он заливался горючими слезами. Никогда больше мама не приласкает его, не прижмёт к себе, не взъерошит тёплой рукой его непослушные вихри.
Нет, неотвязно думал я, убийца нашей матери жить не должен! Он должен умереть! Он должен умереть. Умереть как можно скорее!
Решение убить отчима окончательно укрепилось в моей голове, когда сырая земля сомкнулась над могилой.
Месть! Я отомщу!
Жажда мести целиком поглотило моё сознание.
Единственным, кто мог бы отговорить меня, была Кэтти. Она смогла бы меня утешить.

На поминальном обеде Боб напился как свинья. Шатаясь, кое-как добрался до своей комнаты. Не раздеваясь, рухнул на застланную постель. И сразу заснул мертвецким сном.
Лучше бы он никогда не просыпался!
Гости, собравшиеся помянуть миссис Уильямс, разошлись, когда за окном сгустились вечерние сумерки. Измученные Браен и я очень хотели спать.
Но спать лёг только Браен. Я готовился к иному.
Ровно в полночь я крадущимся шагом прошёл на кухню, взял длинный острый нож с костяной ручкой. Посмотрел на тускло отливающую в лунном свете сталь, зло усмехнулся. "Смерть ублюдку!"
Но прежде чем пройти в спальню отчима, я зашёл в свою комнату, склонился над кроваткой младшего брата.
Браен спал беспокойно. Его сонное детское личико было печальным. Он и во сне оплакивал свою маму.
Я бережно укрыл его и нежно поцеловал в лоб.
Из моих глаз невольно потекли слёзы. Я прощался с ним. Мысленно просил у него прощения. Ведь я оставляю его в такое трудное время, надолго, может быть, навсегда.
А ведь теперь я единственный родной для него человек на всём белом свете. Кто, кроме меня, позаботится о брате?
- Прости меня, Браен! Но убийца нашей мамы жить не должен! - тихо прошептал я и снова поцеловал его.
Боб спал на спине, широко раскинув свои колбасьи руки. На его сытом потном лице играла блаженная улыбка. Наверняка ему снился прекрасный сон. Может, он во сне танцевал на могиле мамы...
Ненависть душила меня. Моя рука, сжимающая нож, сама поднялась вверх.
- Получай, тварь! - И я направил нож ему в сердце.
Но моя рука почему-то дрогнула. Лезвие ножа пошло левее и под углом. Холодная сталь вспорола кожу над рёбрами, коснулась кости и скользнула вдоль неё, в глубь тела не прошла.
Мне же показалось, что нож достиг цели.
Дело сделано.
Я опрометью выскочил из дома, захватив сумку с вещами, бросился на улицу. Бежал так, будто за мной уже гналась полицейская машина.
Разыскивать меня будут, обязательно будут. Какие могут быть сомнения?
Только отвечать перед законом за смерть негодяя я не желал. Поэтому и торопился скрыться, уехать как можно дальше.
До последнего звонка в школе, до выпускных экзаменов, до получения аттестата оставалось всего-то ничего.

БРАЕН.

Браен проснулся от крика, разорвавшего тишину ночи. И тут же услышал, как хлопнула входная дверь.
Он поискал глазами брата, но его нигде не было. Тогда он встал и босиком побежал в комнату отчима.
Боб - а это он разбудил Браена - уже не орал, только постанывал, держась за сердце. Сквозь пальцы сочилась кровь. Рядом на постели лежал нож.
- Ну, чего стоишь? - увидев Браена, рявкнул он. - Беги, звони в полицию! - Но тут же передумал: - Нет, подожди, пока не звони.
Он понимал - его хотели убить. И не кто иной, как Чед, его неблагодарный приёмный сын. И убил бы, если бы был посильнее и половчее.
Вот почему он молчал, не заявил в полицию, не обвинил его в измене, шантаже. Он собирался отомстить ему сам. Приговорил к смерти. И чуть было не привёл приговор в исполнение.
Сучонок!
Но он не убит - он жив! Так стоит ли ставить в известность своих коллег в полиции, искать несостоявшегося убийцу? Какой в этом смысл?
Ведь если он найдёт мальчишку, чтобы наказать, то не будет ли при этом наказан сам? Что, если поверят ему, не Бобу? Скорее всего так и будет.
Рана пустяковая, заживёт как на собаке.
- Отец, что случилось? - робко спросил Браен.
- Меня хотели убить... Может вор какой пробрался в дом... Ты же знаешь, с кем мне призодилось работать..
Зажимая рану рукой, Боб встал с кровати, побрёл в ванную. Там в шкафчике была аптечка.
- А где Чед? - спросил мальчик, следуя за ним.
- А что, разве его нет дома?
- Нет!
- Может, его похитили? - предположил отчим. - Ну, ничего, я его разыщу. Я же полицейский. Не забывай об этом... Только никому ничего не рассказывай. Рот на замок, понял?

Найти Чеда Боб никак не мог. Хотя, по его словам, на ноги была поднята вся полиция.
- Ты никому не рассказывал в школе, что меня пытались убить? - спустя день спросил он Браена.
- Нет, ты же просил...
- И правильно. Зачем кому-то знать, что на меня, шерифа города, покушался какой-то идиот... А Чеда мы ищем. Уже на верном пути.
А тем временем занятия в школе закончились. Начались летние каникулы. Счастливая пора для каждого школьника.
Но Браена ничего не радовало. Смерть матери. Иcчезновение брата. Попытка убить отчима - всё это камнем лежало на душе.
В один из вечеров, когда Браен сидел и пил чай с печеньем, рядом сел отчим и заговорил.
- Ты понимаешь, сынок, - бодро начал отчим. - Так уж получилось, я женился. Женился втайне третий раз. Не одному то мне век коротать.
Откуда-то с кухни вышла высокая крутобёдрая женщина, она неприветливо посмотрела на Браена.
- Да, конечно, я рад! - предчувствуя новую беду, согласился с ним пасынок. - Мужчинам плохо без жены... Значит, у меня теперь новая мама?
- Видишь ли, сынок, - отчим заюлил, - Лиза не хочет жить вместе с тобой.
- А где же она тогда будет жить?
- Она будет жить здесь, в моём доме, вместе со мной. А вот тебе, сынок, придётся подыскать новое жильё... Но ты не волнуйся, я о тебе поаботился. Устроил в хороший дом. Детский дом. Там много детей. Тебе там будет весело.
- Ты хочешь отдать меня в детдом? - испугался мальчик.
- Да, так будет лучше для всех... Всё, этот вопрос решён...
- А где мой брат? Ты нашёл его?
- Наберись мужества, мой мальчик. - Лицо Боба приняло скорбное выражение. -Твой брат погиб. От руки преступника, похитившего его... Помнишь, он и меня хотел убить...

ПОСЛЕ ТОГО, КАК ЧЕД СБЕЖАЛ С ДОМА.

Я продолжал бежать вдоль улицы. Свет от фонарных столбов бил мне в лицо. Наконец-то я добежал до дома Кэтти. Вскочил по лестнице, начал стучать дрожащими руками в дверь.
Спустя две минуты дверь распахнула испуганная Кэтти, видно, она только что проснулась.
- Чед! Что случилось? Почему ты такой испуганный?!
- Кэт... Впусти меня в дом пожалуйста... Прошу...
- Входи... - Кэтти отошла в сторону, я вбежал в дом.
- Так что случилось? Я тебе звонила, почему ты не брал трубку?
- У меня мама умерла...! - я упал на диван, схватился руками за голову и начал качаться взад и вперёд.
- Как это произошло?! - Кэтти открыла буфет. Достала оттуда бутылку виски.
- Я её привёз из больницы... Она зашла в спальню и застала моего отчима, трахавшего какую-то шалаву! Сердечный приступ!
- Как жаль!... На, выпей скорей... Выпей!
Я всосался в бутылку и начал жадно глотать обжигающий алкогольный напиток. Наконец, я остался сытым. Откинул полупустую бутылку в сторону, я впился губами в губы Кэтти. Она этого не ожидала, поэтому отстранилась от меня.
- Да что с тобой такое?! Объясни толком, что произошло? Почему в час ночи ты врываешься ко мне в дом, пьёшь алкоголь?
- Обещай, что никому не расскажешь! Обещай! - я сжал руки Кэтти так сильно, что она вскрикнула.
- Обещаю, что случилось?
- За то, что мой отчим по неосторожности привлёк к смерти мою мать, я решил ему отомстить. Я его пырнул ножом в сердце. Не знаю, жив он, или нет...
Кэтти вскочила и начала медленно отходить от меня в сторону кухни. Как я и ожидал, она вытащила нож.
- Кэт, что с тобой?
- Не подходи ко мне, убийца! Уходи сейчас же! Вон из моего дома! - Кэт дрожала от страха.
- Кэт! Я хотел лишь отомстить ему! Хотел! Я боялся, что он причинит мне и моему брату вред... Он хоть и полицейский, но пьёт как свинья! Я отомстил ему! Прости меня, я уйду... Только обещай, что никому не расскажешь!
По лицу Кэтти стало ясно. Она поняла его. Положила нож обратно в стол. Подбежала к нему и крепко обняла.
- Спасибо...Кэтти... Спасибо тебе... - я тоже приобнял её. Из моих глаз потекли слёзы.

Я раскрыл глаза в три ночи. От ужасного крика с улицы. Повернул голову. Кэтти сладко спит. Я не стал её тревожить. Одел очки, встал и посмотрел сквозь занавески на улицу.
На улице было темно. Но свет, падающий на маленький кусок земли, показал источник звука. На земле лежал человек, он плевал кровью. При этом ужасный хрип вырывался из его груди.
Я взял кочергу из камина и решил выйти на улицу. Может ему помощь нужна?
- Эй, мужик... С тобой всё впорядке? - спросил я, подойдя ближе.
В ответ лишь бессмысленное мычание. Глаза его были закрыты, капельки пота скатывались со лба на нос. Рот был широко раскрыт, рядом с ним лужа крови.
Я подошёл ещё ближе. Приблизил кочергу к его телу. Пырнул. И тут человек раскрыл глаза. Глаза были стеклянными, наполовину сжаренные чем-то. Его толстенная рука ухватилась за мою ногу. Я упал. Чёрт, как я ушиб позвоночник. А тут ещё и этот труп лезет. Его мёртвая хватка ни на секунду не разжималась. Рычание и хрипы выскальзывали из его умерших лёгких. Он всё приближался к моей шее. Пытался укусить. Я, изнывая от боли, дрожащей рукой пытался нащупать кочергу возле себя. И у меня получилось! В последний момент я занёс над его головой кочергу и нанёс три удара. Кровь брызнула мне на лицо. Я чуть не блеванул. Стокилограммовый труп свалился на меня и прижал меня к земле. Я еле его откинул, встал и оттряхнувшись, забежал в дом.
Заглянув в окно, я увидел как труп медленно ползёт в сторону дома Кэтти. Я перепугался.
- Кэт!... Кэт!.. - шёпотом я начал будить Кэтти, - проснись, детка...
- А...Что случилось? - спросила Кэтти, протирая глаза.
- Тебе нужно на это взглянуть...
Кэтти выглянула в окно и ужаснулась. Прижимая ладонь к открытому рту, Кэтти медленно отошла вглубь спальни.
- Что за херь?
- Я не знаю... Я выходил на улицу, к тому мужику, - я указал пальцев на ползущий труп, - а он схватил меня и пытался укусить... Я его по башке кочергой лупасил, вродезатих... А потом то, что ты видишь...
- Мне страшно...
- Не бойся, я рядом. Утром разберёмся... Давай ложиться спать...
Мы снова улеглись в постель, но спать нам уже не хотелось. Каждый лежал и думал о произошедшем.