Его вина.

   Мы причиняем боль тем, кого любим. Но часто бывает и наоборот.

Жгучее, щекочущее душу и низ живота чувство, чувство слияния в одно целое, большее, чем просто грязный животный секс под веществами, которые нехило пользуются спросом. Это чувство охватывает, треплет нервы, одурманивает разум, и трясет совсем не от холода, что пробрался в затхлую комнатку через окно, которое забыли закрыть. Наоборот, жарко, будто в котле самого дьявола, в который попал из-за случившегося греха. В комнате темно, ничего не видно, но момент в его отсутствие получается интимнее, когда вы доверяете друг другу, преподносите себя всего на протянутой ладони, оголяя отнюдь не тело, а душу, со всеми ее недостатками. И вас принимают таким, какой вы есть. В такие моменты ты совершенно не думаешь о том, что было, о том что будет. Не думаешь вообще. Всё твое внимание достается только ему, а всё его – тебе.

Но внезапно все чувства переключаются. Теперь голова не вскружена эйфорией, а резкой и острой болью. Пасть наполняется вязкой слюной. Нос же неприятно щекочет запах потных тел, который в миг стал сильнее.

Для него это уже не романтический и интимный момент, а поле боя.
И без того взъерошенная шерсть, усыпанная черными пятнами, встала дыбом, зрачки уменьшились, делая вид гепарда ужаснее. Всё его тело замедляется, готовое к внезапному нападению. А белошерстное тело напротив выглядит слишком аппетитным, и уже не в сексуальном плане. Его мощное львиное туловище, его руки, что накачаны от природы, его грудь с мягким и пушистым пушком на ней. А его всегда серьезная морда, что теперь скривилась в спокойном выражении... Кажется, Харакири и не заметил, как парень уже спустил всё напряжение себе на живот.

Он не помнит, как набросился на свою «жертву». Все произошло слишком быстро. Теперь обладатель светлой шерсти в пятнах стоит в двух метрах о кровати, белая простынь которой залита бордовыми пятнами. Морда гепарда также была вся окровавлена кровью партнера. Трясясь уже от страха и вины, он был похож на психа. Он таращился на широкую белесую спину, а точнее на укус, что был расположен на плече. Глубокий, яростный укус, сделанный в вспышке агрессии. От этого укуса кровь струйками бежала по шерсти молочного цвета, сразу же окрашивая ее.

Черногривый, тяжко дыша повернул голову. Харакири еле слышно ахнул, увидев разорванную им же морду Такаиси. В горле комом застряли все слова, что он хотел сказать. Глаза защипало от накативших слез. А на кровавой и порванной морде Такаиси не дрогнул ни один мускул. Выражение его лица было спокойным. Его левый глаз кровил, щека и морда были порваны острыми когтями, а бараньи рога, доставшиеся ему от отца, искалечены зубами. Он смотрел на Харакири безмятежно, и с чувством разочарования.

Гепард, приоткрыв пасть, в брызгах алой крови, пытался что-то сказать, но в комнате по-прежнему сохранилось безмолвное молчание. Через секунду раздался громкий хлопок дверью. Теперь было слышно лишь судорожное дыхание гибрида, оставшегося в тесной серой комнате, которую освещал лунный свет, пробивающийся через все также открытое окно. Такаиси ничего не оставалось, кроме того, чтобы достать свой телефон из кармана брюк, что валялись на полу, и позвонить в 103, ведь он уже чувствовал как теряет сознание из-за мучительной боли и потери крови. И как только окончился звонок, гибрид упал на пол, без сознания.

Харакири бежал. Легкие уже заболели от резкого холодного воздуха, кровь на морде смешалась с солеными горячими слезами, что разъедали щеки. Он сворачивал по темным безлюдным переулкам, до тех пор, пока не смог больше дышать. Облокотившись спиной на прохладную стену дома, он когтями стал раздирать кожу на лице от неимоверного страха. Как только он мог навредить Такиси...
Ох, а вкус его крови всё еще таится на языке. Странный, непонятливый вкус крови гибрида, до боли приятный, который хочется пробовать снова и снова, пока не выпьешь полностью. Разрываясь и трясясь, гепард облизнулся. Стало еще больнее. Зверь сжался, понимая, что он натворил. Такаиси никогда не простит его. И не за его нападение.

Гибрид давно уговаривал Харакири пойти к психологу и надзирателю черного рынка, постоянно видя то, как гепарда трясет из-за ломки, что вызвана его тягой к мясу. И гепард не наврал ему о походе к Гоухину. Только вот, после нескольких дней лечения у него, Харакири перестал пить выписанные ему таблетки.