Иосиф Бродский

ОДИНОЧЕСТВО

Когда теряет равновесие Твое сознание усталое,

Когда ступеньки этой лестницы Уходят из под ног,

Как палуба,

Когда плюет на человечество

Твое ночное одиночество,

-Ты можешь рассуждать о вечности

И сомневаться в непорочности Идей, гипотез, восприятия Произведения искусства,

И кстати - самого зачатия Мадонной Сына Иисуса.

Но лучше поклоняться данности

С ее глубокими могилами, Которые потом, За давностью, Покажутся такими милыми.

Да, лучше поклоняться данности

С короткими ее дорогами

Которые потом до странности Покажутся тебе широкими Покажутся большими, пыльными, Усеянными компромиссами, Покажутся большими крыльями, Покажутся большими птицами. Да. Лучше поклонятся данности

С убогими ее мерилами,

Которые потом до крайности, Послужат для тебя перилами,

/Хотя и не особо чистыми/Удерживающими в равновесии Твои хромающие истины

На этой выщербленной лестнице.

ОПИСАНИЕ УТРА

А.Рутштейн

Как вагонетки раскачиваются Направо и налево,

Как кинолента рассвета Раскручивается неторопливо,

Как пригородные трамваи Возникают из-за деревьев

В горизонтальном пейзаже Предместья и залива,

-Я все это видел,

Я по сей час Все это вижу:

Их движенье то же,

Остановки их

-Точно те же,

Ниже воды и пыльной

Травы повыше,

О, как они катятся

По заболоченному побережью

В маленький сон

В маленький свет природы,

Из короткой перспективы Увеличиваясь, возникая, Витиеватые автострады С грузовиками, с грузовиками, с грузовиками.

Ты плыви, мой трамвай,

Ты кораблик, кораблик утлый, Пассажиры твои

-Обобшенные образы утра

В современной песенке Общественные отношения.

Ты плыви.

Ты раскачивай

Фонарики угнетения

В бесконечное утро

И короткие жизни,

К озаренной патриацинскими Светильниками метрополитена Реальной улыбке человеческого автоматизма.

Увези их, маленьких,

Их неправедных и справедливых. Пусть останутся краски

Лишь коричневая

Да голубая.

Соскочить с трамвая

И бежать к заливу, бежать к заливу,

В горизонтальном пейзаже

Падая, утопая.

                 

              ** ** **

…Когдакорабль не приходит в определенный порт ни в назначенный срок,ни позже, Директор Компании произносит: "Черт!", Адмиралтейство: "Боже".

Оба неправы. Но откуда им знать о том, что приключилось. Ведь не допросишь чайку, ни акулу с ее набитым ртом, не направишь овчарку

по' следу. И какие вообще следы вокеане? Все это сущий бред. Еще одно торжество воды всостязании с сушей.

В океане все происходит вдруг. Но потом еще долго волна теребит скитальцев: доски, обломки мачты и спасательный круг; всё -- без отпечатка пальцев.

И потом наступает осень, за ней -- зима. Сильно дует сирокко. Лучшего адвоката молчаливые волны могут свести с ума красотою заката.

И становится ясно, что нечего вопрошать ни посредством горла, ни с помощью радиозонда синюю рябь, продолжающую улучшать линию горизонта.

Что-то мелькает в газетах, толкующих так и сяк факты, которых, собственно, кот наплакал. Женщина в чем-то коричневом хватается закосяк иоседает напол.

Горизонт улучшается. В воздухе соль и йод. Вдалеке на волне покачивается какой-то безымянный предмет. И колокол глухо бьет впомещении Ллойда.

1976 (из «Новый Жюль Верн», Х)