Ошибка памяти
Минхо разбирал вещи перед переездом в новую квартиру, потому что в этой он больше не мог оставаться, слишком много воспоминаний. Эта квартира, которая когда то была для них домом, местом, в которое они могли спрятаться, в этой квартире, именно в ней был слышен их громкий смех и самые незабываемые воспоминания. Теперь в этой квартире всë стало тихо, никто не смеется с неловких шуточек Минхо, никто не сочиняет песни для его новых танцев.
Пыль танцевала в луче холодного зимнего света, когда Минхо достал с верхней полки шкафа зелёную книгу с надписью "Фотобук". Парень сразу понял что это за книга, та самая в которой были запечатлены их самые любимые моменты, а главное на страницах этой книги они были вместе. Руки дрожали - он не открывал её с тех пор, когда опустела вторая половина кровати. Холодными пальцами положив книгу на стол Минхо открыл её, и воспоминания сразу нахлынули волной грусти и сожаления.
Первый снимок. Июнь.
Минхо с Ханом стоят на пустом стадионе их университета, сразу после выпускного. Галстуки развязаны, а пиджаки смяты. Это был их первый выпускной вместе.
— Ну же, улыбнись Минхо — просит Хан с мольбой в голосе— это же наш первый выпускной! Ты должен быть счастлив, когда ты на рыбалке, ты улыбаешься во все тридцать два, ну пожалуйста, ради меня.
— Ладно, но это только ради тебя — сказал Минхо с грустью в голосе, хотя в глубине души он был счастлив, что первый учебный год наконец то закончился.
На снимке Хан, щурясь от Солнца, целует его в щеку, Минхо в кадре, делает вид что сопротивляется, но его улыбка кривит весь мир. «я тогда ещё не знал, что твои губы будут моей самой большой зависимостью » — подумал Минхо, и в горле встал ком.
Минхо учился на факультете танцев, так как он с детства любил танцевать, и решил посвятить свою жизнь именно этому виду искусства. Хан выбрал направление в музыке, он планировал писать песни, а может и стать продюсером для некоторых k-pop групп. Но пока что он писал песни для Минхо что бы он под них придумывал танцы.
На следующем снимке из раздела «Наконец-то выпускной» были изображены их друзья Хëнджин и Феликс:
Рядом с Минхо, как тень в стиле арт-хаус, маячил его лучший друг Хёнджин. Тот самый Хёнджин с факультета живописи который целый год ходил в краске, пахнул скипидаром и философски рассуждал о «кричащей пустоте индиго» в своей чашке кофе. Сегодня он был в смокинге, но на лацкане красовалось яркое желтое пятно — «акцентный мазок против удушья формальности», как он сам объяснил.
— Значит, твоя дипломная работа — это инсталляция «Вопль тоста в тостере?» — уточнял Хан, осторожно отодвигаясь от восторженного Хёнджина.
— Да! Это символ подавленных желаний поколения! — воскликнул художник, чуть не сбив Минхо с ног.
— У моего поколения главное подавленное желание - наконец выспаться, — пробормотал Минхо.
К ним вихрем подлетел Феликс, лучший друг Хана, с юридического факультета. Он был воплощением делового шика, если бы деловой шик немного переживал кризис идентичности. Его галстук был идеально завязан, но в кармане пиджака торчала пара разноцветных соломинок для коктейлей «на всякий случай».
—Парни, это исторический момент! — заявил Феликс, сверкая улыбкой.— Мы выжили в этот учебный год! Нам грамоты должны выдать!
— Через четыре года получишь свой диплом и сможешь цитировать гражданский кодекс на вечеринках — со смешком сказал Хëнджин.
— Ну если доживëшь до этого момента — со своей фирменной ухмылкой сказал Минхо.
Выпускная церемония прошла как в тумане: речи, аплодисменты, бесконечные фотографии, на которых у всех либо красные глаза, либо закрытые. А потом начался настоящий праздник. Они отправились в любимый бар, где смешались факультеты, амбиции и алкоголь. Хёнджин, вдохновленный атмосферой, пытался на салфетках запечатлеть «динамику душевного подъема в контексте алкогольной либерализации». Получились какие-то загадочные спирали, которые Феликс тут же попытался заверить как официальный документ, поставив под ними печать из кетчупа. Ближе к вечеру, когда алкоголь уже ударил в голову, Хëнджин и Феликс разгулялись. Феликс, который теперь объяснял ошарашенному бармену его права в рамках закона о защите прав потребителей, потому что в его мохито было «недостаточно мяты для эмоциональной компенсации» и Хёнджин который уговаривает охранника разрешить ему нарисовать фреску «Триумф мечты над рутиной» на стене уборной.
Под утро они поехали встречать рассвет своего нового, беззаботного лета — художник, юрист и двое тех, кто вынужден был быть для них переводчиком с «божественного» и «законного» на общечеловеческий. Выпускной закончился. А дружба — нет