Медальон

    Медальон в виде сердца. Хенджин никогда не знал или не помнил, откуда он взялся. Обычная подвеска с фотографией красивого некто. Откуда она у него? Почему он так дорожим этим медальоном? И кто этот парень на фотографии?

Хенджин устал задавать одни и те же вопросы. Устал думать о происхождении надписи, что в переводе с английского значила "Я ношу твое сердце с собой".

    Поэтому он просто жил обычной размеренной жизнью.

    И ждал.

    Ждал, когда наконец он узнает все ответы на свои вопросы.

    "Опять эти красные розы," – с раздражением подумал Хван, проходя мимо живой изгороди бордовых и ярко-алых цветов. Их аромат пробуждал внутри него нечто особенное. Что-то внутри него шевелилось, словно рвалось наружу. От этого странного необычного ощущения внутри он стал ненавидеть розы – цветы, что однажды он (или кто-то другой) нес кому-то в подарок.

    Но в этот день Хенджин задержался у них чуть дальше.

    – Извините, вы не поможете мне срезать вот здесь? Я сам просто не дотягиваюсь, а кого попросить – не знаю. Вы не рассердитесь на меня?

    Женский мягкий голос раздался откуда-то из-за кустов. Жалобно, ненастойчиво. Тихо и совсем не по-взрослому. Хенджин хотел было отказаться, сослаться на важные несуществующие дела, но почему-то не смог. Он не знал, кто эта женщина. А ещё не знал, что это не обычные розы, что садят люди, а нечто другое.

    Хван кротко, растерянно кивнул и взял секатор, медленно начиная обрезать мешающие ветви с листьями. Чик, чик, чик. Листья с тихим шуршанием опадали на землю, пока Хенджин старался унять внутри себя это все сильнее разрастающееся, клокочущее чувство.

    Не получилось.

    Оно отчаянно пыталось вылезти, выбраться из вынужденной клетки. На груди была ужасная тяжесть, и Хенджин чувствовал, что задыхается. Шум в голове и ушах стоял слишком сильный.

    – Ой, молодой человек, какой у вас кулон красивый. Это чей-то подарок? – внезапно спросила незнакомка. Состояние Хвана лишь ухудшилось. Он смазанно кивнул и в скором времени отдал ей секатор.

    – Вот... Извините, мне пора идти. Всего доброго.

И ушел, не оборачиваясь и не слушая женщину.

    Домой он пришел уставший, сонный и полностью обессиленный. Словно кто-то силой вытянул из него жизненные силы. Плюхнулся на кровать, не раздеваясь, и задумался, рассматривая фотографию в кулоне. Кем был этот человек? Этот белобрысый паренёк с россыпью звездных веснушек и широкой улыбкой, излучающий свет и тепло? Почему в этот день было так плохо от этих роз? Настолько невыносимо больно, что хотелось умереть.

    Новые вопросы. Ни одного ответа.

***

    Утром Хенджин обнаружил, что кулона, который перед сном точно висел на его шее, нигде нет.

    "Черт, потерял, что ли, по дороге где-то?" – чертыхнулся мысленно Хван и спустя несколько минут уже шел по дороге широкими шагами, везде высматривая серебряное сердце с черной гравировкой.

    – Ой, извините! Я не смотрел, куда иду, прости-... – Хенджин не заметил прохожего и столкнулся с ним, но когда поднял голову, то увидел его. Того миловидного мальчика с фотографии в кулоне. Феликса. Его любимого Ликса. Он застыл от удивления, не зная, что говорить.

    – Привет, Джинни. Я скучал по тебе. Но я знал, что ты с этим справишься. Ты ведь помнишь меня? – сказал Ли с радостной улыбкой и волнением в глазах.

Да. Хенджин всегда помнил. В душе он знал, что знаком с этим человеком, знал, что медальон – важная частица, связывающая их вместе. Знал, что всю жизнь он горячо любил одного человека. Феликса.

И он понял. Почему так дорожил этим медальоном, кто был тот человек на фотографии, и как так получилось, что Феликс оказался заперт в серебряной клетке у него на шее. несколько лет назад в их городе появились слухи о женщине, что говорила, что может исполнить любое желание. Тогда Ли пожелал быть всегда с Хваном. А когда узнал, какую цену им придется заплатить,  отступать уже было некуда. Прошло пять лет. Пять лет, в течение которых Феликс не мог ни поделиться чем-нибудь с Хваном, ни почувствовать его любовь. а Хенджин должен был забыть все связанное с ним и возненавидеть все, что было связано с их любовью. Душа Феликса разделилась надвое: одна часть была повязана внутри Хенджина с его, а другая – заперта в медальоне. Освободил его стойкий аромат роз и глубокое желание Хенджина уберечь медальон от женщины, что спросила его о нем.

Да. Точно. Так все и было. Однако чувства не угасли, а лишь с новой силой заиграли внутри их сердец.

Хенджин кивнул, не в силах что-либо сказать. Хван был растерян, но тепло в груди, внезапно появившееся, разрасталось. Это было приятно. Не было больше назойливых мыслей, странного чувства отвращения ко всему миру и попытки выбраться из собственной клетки. Это был Феликс. Это он вернул его к жизни одним лишь появлением.

– Как ты..? Это ведь ты был на том фото? Что с тобой случилось? Ты в порядке? – вдруг заговорил Хенджин. Он слишком взволновался появлением любимого человека и даже хотел по привычке прикоснуться, осматривая на наличие ран, но побоялся. Страх, что Ликс исчезнет, возобладал над желанием коснуться его, обнять и никогда больше не отпускать. А потому, даже знаю всю правду, хотел удостовериться, что он мыслит в верном направлении.

Феликс опередил его. Он резко приблизился – мягко, бесшумно, словно кот, – обхватил его лицо ладонями и невесомо коснулся чужих губ своими. Лишь ощутив родное тепло губ Ёнбока, Хван понял, что он реален. Что это не его сон или мечта.

– Идём... Нам многое нужно обсудить, – отстранившись, тихо произнес Ли.
Хенджин обнял его. Крепко, нежно и чувственно. А затем с неохотой отпустил и повел в их квартиру.

Он всегда его знал. Всю жизнь. Просто кто-то насильно отнял его, заточил в этом крохотном сердце из неживого металла или наложил проклятье, что смогла разрушить только любовь.

– Я люблю тебя, Феликс. И я отомщу тому, кто это сделал...

На что Феликс лишь тихо посмеялся и чмокнул его в губы.