глава 9

Дун с дядями и всем кланом Молота Безбрежных Небес отмечали Новый год. Дун многое сделал для праздника: помогал девушкам готовить, бегал и украшал здание, Юйхао с Ван Дуном украшали новогоднюю елку.

— Дун, милый, ты не устал?
— Кто милый? Не устал. Столько ещё сделать необходимо, Юйхао, украшай давай. Туда можно повесить эту игрушку.

Он достал из коробки красивую старинную игрушку, сделанную из лучшего стекла в форме шишки. Она переливалась в прекрасном блеске.

— У тебя хороший вкус. Дун, давай я тебя сфоткаю?
— Спасибо! Давай.

Парень сфоткал своего друга, затем посмотрел в фотоаппарат на результат. Юйхао удивился. Дун был настолько прекрасен, что сердце молодого парня с необычным духом с бешеной скоростью забилось, оно старалось всеми силами выбиться, прикоснуться к сердечку красивого, жизнерадостного парня с тяжелым прошлым. Сердце Юйхао, конечно, смогло удержать, но кровь из носа полилась. Дун, как увидел это, сразу постарался схватиться за щёки парня.

— Юйхао! Что с тобой!? У тебя же кровь!

Хо перехватил за руку.

— Всё хорошо. Ты на фото слишком прекрасно получился...
— А?

Парень с голубыми волосами опустил вниз взгляд на ширинку Юйхао.

::("Естественно, у него был стояк.")

— Юйхао! Извращенец! Как тебе не стыдно!?
— Ничего не могу с собой поделать. Дун... Я...
— Ничего не говори! Это всё равно не взаимно! Да и я не такой!

Парень с голубыми волосами быстро повесил игрушку, быстрым шагом отправился в гостиницу. Весь оставшийся вечер Ван избегал Хо. Парню было обидно, он хотел объясниться перед другом, точнее перед парнем, за которого его сердце выскакивало. Оставалось пару часов до 00:00, все сели за стол. Ван бросил обидчивый взгляд на парня, сидевшего напротив. Юноша сидел с грустным видом. Юйхао было очень стыдно, что Дун узнал, что на него встаёт, о чувствах к нему. Пока все садились за стол, парень с тёмными волосами взял себя в руки.

— Дун, это не то, о чём ты подумал. Прошу, выслушай меня.
— Что ты мне можешь объяснить? Я всё видел своими глазами. Мне не нужны оправдания!
— Дун! Да выслушай меня! Чего ты как маленький?
— Малый? Ой, спасибо. Ну давай, веляй своим «бесценным» языком!
— Этот фотоаппарат подарила мне Тан Я... Она сказала, что с помощью него я смогу быть на двух занятиях одновременно. Но я не знаю, почему, когда я запустил его, он всё время снимал тебя. Не знаю, почему на всех фотографиях и видео ты получаешься таким красивым. А когда я тебя сегодня сфоткал, ты был настолько прекрасен! Что кровь сама пошла из носа. У меня голова была не своей. Мысли перепутались. Прости меня, Дун, я очень дорожу нашей дружбой, не хотел, чтобы тебе было некомфортно. Тем более неприятно. Прости, пожалуйста. Я уберу фотоаппарат, больше никогда его не включу, только не избегай меня. Я сильно привязался к тебе... Я всегда знал и знаю, что могу к тебе обратиться за поддержкой. А когда ты меня игнорировал, я чувствовал себя ужасно, одиноко...

Дун внимательно слушал каждое слово, погружённый в их смысл. Даже не заметил, как улыбка появилась на лице. Он легонько хихикнул. Дун тоже чувствовал что-то похожее, но он считал это дружбой. Даже не рассматривая вариант «влюблённость».

— Ну всё, хватит, хватит. Я на тебя не злюсь. Не надо убирать фотоаппарат. Если тебе нравится, как я получаюсь там, значит...

Он сделал небольшую паузу, затем положил ладони на стол и наклонился ближе к Юйхао.

— Фоткай меня как можно чаще.

Его улыбка была прекрасной и нежной, словно первый весенний луч солнца, ласково касающийся листвы. Его губы едва заметно изогнулись в едва уловимом движении. В этой улыбке читалась простота и естественность, словно сама природа вдохнула в неё жизнь. Глаза заискрились тёплым светом. Юйхао, наблюдая за этой улыбкой, почувствовал, как его сердце слегка ёкает от волнения. Ему показалось, что вся комната на мгновение озарилась особым светом, исходящим от улыбающегося юноши. Его мысли замолчали, и на смену им пришло тихое, почти болезненное ощущение восторга и счастья. Парень ощутил, как будто его внутреннее «я» притянулось к улыбающемуся юноше, словно магнитом, притягиваемым к источнику света.
Он почувствовал себя связанным с другом невидимыми нитями, которыми хотелось делиться не только улыбками, но и моментами, проведёнными вместе. В этот миг Юйхао осознал, насколько эта улыбка для него необходима и близка, словно дыхание.

— Ван Дун. Тебе так идёт улыбка, намного лучше, чем обиженный вид.

Парень лишь улыбнулся, сел за стол. Прошло время. На часах 22:30. В дверь постучались.

— Ну кого там притащило ещё!?

Злобно произнёс Гарила. По спине Вана побежали с безумной скоростью мурашки, будто торопились на ярмарку за последним товаром.

— Юйхао, что-то мне не по себе.
— Что случилось?
— Не знаю... Аура ж..ж..жуткая... Как у отца... Мне страшно, Юйхао!
— Не бойся, всё будет хорошо. Я с тобой.

Хо встал со своего места, сел рядом, приобнял за плечи. Юноша с красивым цветом волос облокачивается на грудь друга. Только Дун стал успокаиваться, как из стороны входа закричал грубый мужской голос. Голос был жутким, как будто хозяин специально наживал гортань и все голосовые связки. Юйхао почувствовал, как в его грудь словно кошка вцепилась парень, лежавший буквально несколько минут назад спокойно.

— Тан Дун! Мерская сволочь! Как ты посмел явиться в чужой дом!?

Из длинного коридора вышел мужчина с насыщенным цветом волос синего цвета. На нём висела красивая корона, сделанная из хрусталя. В руках мужчина держал острый, золотой трезубец. Юйхао сразу понял статус этого человека, кто он бедному парню, вцепившемуся в свою грудь. Это был Тан Сан — великий бог Асуры и Посейдона, величественный Тан Сан, о котором рассказывали в академии, легенда! Которой гордились. По совместительству отец Тан Утун и Тан Дун Эр, а также Дуна. Мужчина выпустил свою ядовитую серебристую траву в воздух, трава превратилась в шипы.

— Нет! Пожалуйста! Не надо! Ухожу, ухожу!!
— Уходишь? А каково тебе припёрлось сюда!? Как посмела твоя бесполезная туша прийти ко мне в дом!? Мерзкий мальчишка! Позорище общества! Позор семьи!
— Я подумал, можно! Прости! Ухожу! Позволь уйти!
Парень трясся с безумной скоростью, по щекам текли слёзы. Юйхао увидел, насколько сильно юноша боялся отца. Ещё бы, он то и делал, что унижал и избивал его. Парень с тёмными волосами решил взять на себя всю ответственность. Он встал с места, Дун вцепился в руку, попросил не уходить. Тот погладил по волосам.

— Приветствую вас, великий бог Тан Сан.

(поклонился)
— Позвольте нам покинуть ваше жилище.
Появились две девушки.

— Ой, Юйхао! Какая встреча! Пап, это тот юноша, о котором мы тебе рассказывали, помнишь, зрочки духа?
— А, помню, помню, вы ещё сказали, что он вам нравится.
— Ну, папа!
— Нравится, но это отродье всё время с нашим Юйхао. Папочка, уничтожь его, он нам противен.
— Только Хо Юйхао не повреди!
– Давно пора было с ним кончать.

Тан Сан незаметно для Дуна пустил под пол траву и готов был вонзить в него ядовитую траву, благо Хо подсказала скорпиониха, он быстро схватил Дуна на руки.
— Прошу прощения, великий бог, девочки. Хотите навредить моему дорогому другу? Придётся и мне.

Тан остановился, девушки начали кричать, говорить, чтобы отец не навредил любимому Юйхао.
— Отпусти этого подонка.
— Не-а, этот подонок мой лучший друг, я его в обиду не дам, особенно вам на растерзание. Тан Сан, вам не кажется, что вы не совсем правильно поступаете по отношению к сыну?
— Он мне не сын!
— Ваше право. Но он мой, мой друг, в обиду я не дам, хотите навредить, вперёд, только мне вместе с ним.

Тан Сан психанул и послал прочь из дома парней. Они уже покинули территорию Молота Безбрежных Небес, а Дун до сих пор не мог прийти в себя, он весь дрожал. Нет,не от холода,а от ужаса.  Пока не очутились в небольшой лесной халупке на окраине леса. Парень занес юношу и посадил на небольшой кожаный, обшарпанный диван, на котором лежала шкура волка. Юйхао хотел пойти за дровами, дабы растопить огонь, согреться зимой. Но Дун его остановил, он лёг к нему на грудь и моментально уснул