?!

Пик расхаживал по остановке, декабрь, к сожалению, не щадил, и был сильный холод, но ждать автобуса домой было необходимо. Он остановился и закрыл глаза, чувствуя, как холодные снежинки падают на лицо и его одежду, и самое удивительное, что одной такой же никогда не будет. Когда он открыл глаза, рядом, но сидя на лавочке материализовался странный парень: шапка набекрень, совершенно не зимняя куртка и зелёные кудри, которые выбивались из-под шапки, судя по всему, этот парень даже не заметил автобуса и продолжил сидеть в наушниках. Восьмой клон зашел в автобус и, сняв варежки, коснулся холодных перилл, все места, чтобы сесть, к сожалению, были заняты. До дома недалеко, и он доехал достаточно быстро, во дворе было солнечно, но морозно, деревья были покрыты инеем, они казались совсем не живыми и тусклыми. Фиолетовый прошел в подъезд и стал подниматься на лифте, но он остановился на третьем этаже. В него зашёл странный парень. Ощущение дежавю схватило Рогатого, но он промолчал. Это был тот самый парень с остановки. Не узнать его сложно, его вид сильно отличается от чужого, а очки блестят на свету от растаявших снежинок. Поручни под руками стали холоднее, чем казались минуту назад. Этот парень никогда здесь не жил, либо король его не встречал. Почему он зашел на третьем этаже, если там не было мусоропровода и других полезных штук, и теперь едет вверх, прямо с ним? Это сильно напрягало, парень слегка прищурился и полез в карман, вытащив оттуда старый телефон, он, отвернувшись от Пика, стал что-то быстро печатать и исправлять. Нос морщился, когда встроенный т9 исправлял и так правильное слово. Ехать на этаж бесконечно невозможно, но по ощущениям это длилось часа два. Как только пиковый король вышел, парень вышел следом и почему-то не заходил ни в один тамбур или квартиру, а просто прижался к противоположной стене и продолжил что-то печатать, все чаще морща нос. Как только Фиолетовый закрыл дверь, послышалось шебуршание, а после опять затишье. Восьмой решил, что это не его дело, что делает этот странный парень, и просто зашел домой. Пик закрыл дверь, переоделся, но холод не прошел, даже грелка не помогла, при этом температуры не было, но появилась тупая и противная боль под ребрами, а кости как будто промерзли и наполнились гнилью с запахом дешевого пива, как от этого странного парня. Эта неделя прошла так же серо и уныла, как прошла, дом, работа, пробки и какое-то липкое ощущение. Восьмой стал постоянно видеть этого парня, то он шел в какой-то магазин, то выносил большие черные мешки мусора или... Опять был на третьем этаже. Зачем он вообще туда ходит? Король точно уверен, что он там не живет, он знает всех в этом доме, а эта зеленая голова стала его раздражать, но были и жутковатые моменты. Когда они в очередной раз ехали в лифте, парень прищурился на Рогатого, а после протянул свою тонкую ладонь с сероватым оттенком и, гаденько хихикнув, громко сказал:

— Я Вару. — Рука все так же недружелюбно была протянута для рукопожатия.

— Пиковый король. — Пик пожал руку зеленого, не снимая варежки.

Остальное время после знакомства они молчали, но валет постоянно смотрел только на короля, буквально сверля взглядом. Обычные уловки по типу взгляда на правое плечо или зрительный контакт не сработали, этот странный Вару продолжал смотреть на него, не отводя взгляда, а когда Пиковый король вышел, вместо того чтобы привычно отойти к стенке, вышел на середину площадки и продолжил смотреть на Пика, пока он не закрыл вход в тамбур. Фиолетовый обливался холодным потом. Он осмелился посмотреть в глазок. Он ничего не увидел, кроме того, что этот самый пиковый валет тоже смотрит на него через этот злоебучий глазок. Король отпрянул. Руки быстро нашарили ключи, и он запер свою квартиру на три максимальных оборота и на дополнительный замок «собачку».

(Собачка — это маленький замок снизу. Его прикол в том, чтобы человек, даже если у него есть ключ, не смог открыть дверь никак.)

Восьмой постарался больше не встречаться с этим парнем, он ходил другими путями, закрывал перед ним лифт, но все равно он его видел. Каждый раз, когда фиолетовый останавливался, чтобы послушать, что там делает Вару, был лязг металла о металл, все в том же третьем этаже, но этот звук прекращался, как только слышались шаги. Пика накрыло паранойей, ему казалось, что в каждом доме, на каждой витрине, на каждой улице он видит валета. Зато зеленый стал пялиться на своего короля, даже не скрывая этого, слегка щурясь и как-то мечтательно вздыхая, заговорить с ним не получалось и отвязаться тоже. Когда они в очередной раз ехали в лифте Вару остановил лифт на 5 этаже, вышел и повел следом Пика. Он завел его в открытый тамбур, как только фиолетовый стал пытаться выбраться, оказалось, что он был закрыт отмычкой. Он не помнит сколько сидел около пустой квартиры (жильцы съехали, не оставив после себя ничего, просить помощи не у кого), как замок скрипнул, дверь открыл Вару наперевес со старым и ржавым тесаком, в котором уже, судя по личинкам, завелась новая жизнь. Пиковый король встал, слегка отошел назад, чтобы рвануться и выбить тесак, но как только он стал аккуратно подходить, Вару, подпрыгнув, срубил голову. После этого он стал его расчленять, поедая сердце, а также другие органы, и стараясь оставить от короля как можно меньше, Вару вылизал все органы и выжег зажигалкой на руке знак бесконечности (∞). Когда работа была закончена, он кинул остатки в пустую квартиру, которую забыли запереть, и, насвистывая мелодию из наушников, спустился на третий этаж, положил тесак в старый электрощиток, который и без того держался на соплях, весело засеменил на остановку, ища новую жертву

Работа полностью закончена.