9. Роберт Эддингтон. РАЗРУШЕНИЕ

Глоток кофе заставил Бобби поморщиться и поставить стаканчик на скамейку. За время его раздумий напиток совсем остыл, и теперь напоминал на вкус пережженную кока-колу. Прошло уже несколько недель как совместные обеды прекратились, и он жевал свой бутерброд в одиночестве. Иногда Роберт доставал записку и снова читал неровно выведенные слова, доказывая самому себе, что произошедшее с ним не было сном. Найт появляться у пруда перестал, а Роберт с маниакальным упорством возвращался сюда каждый день снова и снова.

До конца перерыва оставалось еще немного, но именно сегодня он вдруг со всей ясностью понял – Найт не придет. Впрочем, как и завтра, и послезавтра. Его надежда вспыхнула искрой на прощание и окончательно погасла. Бобби нашарил в кармане мятую пачку, прикурил со второго раза сигарету, и глубоко затянулся. Горький вкус кофе забило никотином, от него слегка защипало язык, и голову ощутимо повело.

Бобби обернулся, ожидая, что вот сейчас между деревьями мелькнет алый шарф, и Найт опустится рядом на лавку, вытянет с тихим вздохом свои длинные ноги. С брезгливой гримасой вынет у него из пальцев сигарету и щелчком отправит в полет. Бобби замер - секунда, вторая, третья... Никого. В груди защемило от болезненного ощущения потери.

Спустя пару минут скамейка была пуста, сгорбленный силуэт еще проглядывал сквозь кусты, когда мужчина уходил по тропинке. Но вот белка спрыгнула на скамейку, и у пруда уже стояла привычная тишина. С любопытством она ткнулась носом в тлеющую сигарету, забытую на лавке, чихнула и сердито потерла мордочку лапой, вереща ругательства. Воровато осмотревшись, утащила салатный лист из сэндвича, оставленного нетронутым, и скрылась в ветвях старого дерева.

Едва Роберт свернул на дорожку к главному зданию, как до него донесся истошный крик. На крыльцо выскочила молоденькая медсестра, в которой он с удивлением узнал Лизу.

«Ну что еще?..» - обреченно подумал Роберт, неосознанно замедляя шаг. «От этой девушки одни только неприятности...»

Та стояла, теребя в руках белый форменный чепчик, и испуганно оглядывалась по сторонам. Заметив Роберта, Лиза сбежала по ступенькам, и крепко вцепилась в его ладонь, не оставляя ни малейшего шанса на побег.

- Доктор... Скорее... Там... Там... - тянула она его за собой.

Роберт тоскливо посмотрел на серую громаду дома перед собой и понял, что отдал бы все на свете, лишь бы туда не идти. Темный квадрат двери пугал, тонкий всхлипывающий голос Лизы раздражал, и было так ужасно холодно, что больше всего Роберту хотелось развернуться, добраться в рекордно короткие сроки до станции, и уехать домой.

Из сбивчивого рассказа медсестры он пытался хоть что-то понять, но единственное, что уловил - кто-то из пациентов пострадал.

С силой дернув на себя массивную деревянную створку, Роберт оказался внутри главного холла. Обычно царивших здесь тишину и полумрак сменили людской гомон и суета.

От яркого света Роберт на секунду ослеп и только потом сообразил – горели торшеры у стены и главная люстра, которую на его памяти не зажигали ни разу. У арки в правое крыло, лестнице на второй этаж и даже около двери в подсобку толпились люди. Все пространство заполнили голоса – крики, указания, перешептывания, все слилось в единый поток белого шума. Стоявшая рядом Лиза рыдала, неловко стирая крупные слезы рукавом белого больничного халата.

Выхватив взглядом знакомое лицо, Роберт дернулся навстречу главной медсестре:

- Мэри, что случилось?

- О, доктор Эддингтон, хорошо, что Вы, наконец, пришли - она поправила выбившуюся прядь волос, и ее прическа снова приобрела безупречный вид. - У нас ЧП.

Роберт тоскливо оглянулся на дверь, уже отчетливо понимая, что за этим словами вряд ли последует что-то с надеждой на благополучный исход. "Сбежать бы..." Мысль мелькнула в голове и пропала, когда цепкая рука Мэри сомкнулась вокруг его запястья и потянула за собой. Словно ледокол, тащивший на буксире маленькое суденышко, она прокладывала им путь сквозь толпу.

Занавес из спин людей расступился, и перед глазами Роберта предстала картина случившегося во всей своей ужасающей красоте.

Посередине холла, нелепо раскинув руки и подвернув ногу, лежала Вирджиния Уорингтон. Прекрасные темно-синие глаза, еще несколько дней назад призывно манящие его, теперь неподвижно смотрели в потолок. Помада была размазана, как будто кто-то провел рукой по ее лицу, образуя жуткое подобие улыбки. Неподалеку валялась дамская сумочка.

Задравшийся подол черного элегантного платья позволял увидеть ажурную резинку чулок. Тонкая, всегда идеальная, стрелка, что приковывала взгляд к безупречным ногам, теперь съехала набок, будто не в силах смириться со смертью хозяйки. Будто без самой Вирджинии все это стремление к совершенству потеряло смысл и перестало существовать.

Из шеи Вирджинии торчала тонкая деревянная спица.

Роберт заставил себя подойти ближе. Кровь глянцевой пленкой растекалась по полу. Черно-белые плитки медленно скрывались под красным пятном, которое постепенно все ближе и ближе подбиралось к носкам ботинок. Роберт отступал назад, пока не уперся спиной в холодный мрамор центральной колонны. К горлу подкатила тошнота, и он ослабил галстук трясущейся рукой. Перед глазами мелькали разрозненные картинки... Все это уже было. С ним или не с ним... Здесь или не здесь... Виски прострелила невыносимая боль, он всхлипнул и сполз вниз.

"Бобби, Бобби, что же ты наделал...

Что же ты натворил..."

Слова эхом звучали в его голове, пока в сознание не ворвались резкие вопли, и он с трудом повернул голову к лестнице, ведущей из холла на второй этаж. Там, в руках двух медбратьев, бесновался, вырываясь Томми.

- Я!! Это сделал Я!! - от криков его лицо перекосило, с уголка губ капала слюна, а полубезумный взгляд метался между людьми, замершими у распростертого на полу тела. Заметим Роберта, он задергался еще сильнее. - Бобби! Ты здесь!! Я сделал все, как нужно!! Попроси ЕГО тебя вылечить!!! Просто попроси ЕГО тебя вылечить!!!

Внезапно обзор загородила фигура в белом халате. Подняв глаза, Роберт узнал главную медсестру.

- Доктор Эддингтон, не слушайте его. У Томми острая стадия психоза, - Мари настороженно наблюдала за реакцией Роберта. - Сейчас все будет хорошо. Все будет в порядке.

Она подала знак, и один из медбратьев, выкрутив Томми руку, всадил в его плечо тонкий шприц, резко вгоняя лекарство.

- Я все устроил! Роберт...! Поверь мне! Послушай меня! - выкрикнул парень. Это был его последний шанс сказать нечто очень важное, но уже не успел: - Ты не должен... – пробормотал он заплетающимся языком, глаза его закатились, и безвольной тряпичной куклой обмяк в надежном захвате санитаров.

- Подождите! - рука Роберта поднялась в протестующем жесте. - Зачем вы это сделали? Я не давал такого распоряжения!

- Все хорошо, доктор Эддингтон, все хорошо, - голос Мэри напоминал заезженную пластинку.

Роберт заметил, как она подала знак медбратьям. Тот же самый, что недавно он видел в отношении Томми.

- Нет... Нет! - выкрикнул он, отступая.

Лицо медсестры исказилось, принимая пугающие черты – зрачки превратились в пронзительные черные точки на бельмах глаз, ярко-красный рот разверзся как кровавая рана на мертвенно-белой фарфоровой маске, и Роберт почувствовал, как его снова затошнило.

Когда к нему шагнули крепкие, похожие друг на друга, будто их рисовали через кальку, два рослых парня - Роберт развернулся на пятках, и, не теряя больше ни секунды, побежал.

Прямо на выходе он столкнулся с миссис Стюарт. Старческие руки крепко вцепились в его ладони и потянули за собой.

- О, Роберто! А я как раз искала тебя, идем, сыграем партию! Нам не хватает четвертого! - откинув голову, она засмеялась, обнажая желтые от сигарет зубы. Серьги с крупными рубинами качались в ее ушах в такт каждому слову, гипнотизируя Роберта и заставляя тратить драгоценное время.

- Доктор Эддингтон! - донеслось из-за спины, и он, оттолкнув миссис Стюарт, бросился вверх по ступенькам.

Едва Роберт взлетел по лестнице ведущий на второй этаж, как ему преградила путь мисс Мари Грин. Ее напряженный взгляд ощупал взъерошенную фигуру Роберта. Из потертой сумочки она достала платок. 

- У Вас тут пятнышко... Я сейчас вытру... Потерпите немного... Тут еще... - ее суетливые движения дезориентировали Роберта, и он начал отступать. 

Мисс Грин со своим платком не отставала, Роберт сделал еще шаг, покачнулся, не найдя опоры под ногами и стал заваливаться назад. 

- Осторожнее! - чья-то рука дернула его, возвращая равновесие. 

- Спасибо... - пробормотал Бобби, падая на колено на верхней площадке. 

Перед ним возникло бледное лицо Эвелин. Она разжала пальцы, выпуская его запястье. 

- Пустяки, доктор, - она смотрела поверх него. - Вам просто нужно отдохнуть, хорошенько выспаться, и все пройдет.

Ее губы шевельнулись, в немом диалоге с человеком у него за спиной. Когда она подала знак, тот же что и Мари, Роберту не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто там стоит. Он с силой оттолкнулся от пола, выскользнул из неудавшегося захвата, и, оставляя в руках медсестры пальто, сорвался с места.

Распахнув дверь, Роберт ворвался в правое крыло второго этажа. Окна, палаты, случайные люди, спешившие навстречу, все потеряло свои очертания, будто не он двигался, а реальность струилась мимо него, смазывая детали. С разгона он впечатался в дверь перехода - заперта. Роберт отчаянно застонал, его взгляд заметался по сторонам. Ему нужен был выход, возможность, самый крохотный шанс - все что угодно!

В конце коридора показалась фигура в белом халате, и Роберт обреченно узнал в ней главную медсестру. За ней маячили два уже знакомых медбрата и еще несколько силуэтов, лиц которых он так и не смог разобрать.

Сбоку раздалось тихое покашливание. Скосив глаза, Роберт увидел приоткрытую дверь. Оттуда встревоженно выглядывала Эмили. 

- Ну и чего мы ждем? – зашипела она, - Я же не могу держать эту дверь вечно! Давай быстрее! 

В Роберте шевельнулось какое-то смутное воспоминание, приправленное чувством благодарности. Такое знакомое ощущение... Что ты не один, и в мире, сходящем с ума, есть человек, который всегда на твоей стороне. 

- Последний раз спасаю твою задницу, так и знай... - услышал он недовольное бурчание, проскальзывая мимо девушки в кладовку. 

Дверь с силой захлопнулась за ним. Роберт ощутил толчок в спину и с ужасом осознал, что под ногами пустота. Он закричал и камнем ухнул вниз.