2 глава

- Bist du dir da sicher? (Ты в этом уверен?) - заданный вопрос, прозвучавший в этой мертвой тишине, был столь неожиданным, особенно с тем, кто именно произнес данную фраз.

Остановившись подле колонны, Клаус с Гудерианом одновременно посмотрели в сторону молодой девушки, чей силуэт был срыт в тени колоны и лишь взгляд таких знакомых холодных глаз и стоящий возле нее молодого мужчины выдавало их. Нахмурившись, хотя внутри Клаус был доволен проделкой его сестры и его помощника, извинился перед Гудерианом и подошел к ним. Как только его фигура скрылась, альфа позволил себе выдохнуть и снять «надетую маску» с лица.

Мало кто знал каким на самом деле был Герр Ягер, на публике он всегда был мало эмоциональным, расчетливым и вечно уверенным в своей победе арийцем, хотя в сорок первом году проигрыш сильно сказался на его и репутации. Но все это время он не терял времени, и за такое короткое время быстро поднялся по карьерной лестнице вверх, не забыв при этом вступившую в ряды войск СС сестру и давнего друга прихватить с собой. Теперь оба являлись правой и левой рукой Клауса, хотя Ташу всегда старался держать подальше ото всех альф, с которыми ему приходилось контактировать.

- Ich hätte raten sollen, dass ihr beide meinem Befehl gehorcht und mir folgt (Мне стоило догадаться, что вы оба ослушаетесь моего приказа и последуете за мной.) - вздохнув, Клаус размял затекшую шею. Он устал, двое суток на ногах и без отдыха, ради того, чтобы встретиться и пять минут слушать о том, что его план безумный, но его одобряют.

- Das hätte ich nicht erraten sollen. (Здесь и догадываться не стоило), - усмехнулся Телике, облокотившись плечом о колону, - Ich hätte mich daran gewöhnen müssen, dass Tasha und ich immer da sein werden, wo immer du bist. (Стоило привыкнуть: где бы ты не находился мы с Ташей всегда будем рядом).

- Es ist schwierig, sich daran zu gewöhnen, besonders weil es ihr gut geht, sich im Schatten zu verstecken, und Sie Ihnen gleichzeitig ihren Fokus beibringen werden. (К этому привыкнуть сложно, особенно с тем что у неё отлично выходит прятаться в тени, заодно тебя научив своему фокусу.) - и потрепав по волосам возмущенную от этого омегу, Клаус на пару секунд задержал ладонь в её блондинистых волосах, прежде чем резко убрать и повернуться к ним спиной. - Wenn Sie hier sind, wissen Sie alles. (Раз вы здесь, значит все знаете.)

Данная фраза прозвучала не как вопрос, как ожидалось, а как подтверждение того, что эти оба здесь забыли. Улыбка сестры померкла и все также заставший на месте Телике, смотрящий на него так проницательно, не шевельнулся.

Повисла недолгая тишина прежде чем была нарушена тихим стуком каблучков сапог и шуршанием подола форменного платья. Одним движением развернув Клауса себе лицом, омега пару секунд молчала, после чего неожиданно, как для Ягера старшего, как и для Телике, щелкнула вышеупомянутого по кончику носа и натянула на лицо фуражку.

Офигевший Клаус не шевелился, так и застыл каменным изваянием, пока отошедший от шока Телике давился рвущимся на волю хохотом, ведь не каждый день увидишь семейные разборки Ягеров, особенно когда их инициатором была молоденькая девушка находившейся единственной омегой среди взрослых альф. Довольная своей выходкой Таша отошла от брата на пару шагов, не забыв вырвать из его ослабевшей хватки папку с бумагами. Открыв ее и мельком пробежавшись по приказу, нахмурила свои светлые бровки. Заметив такие изменения в девушке, Отто заглянул в содержимое и быстренько пробежался глазами по написанному тексту аккуратным подчерком.

- Darum wurden Sie gerufen (Вот что за чем тебя вызывали), - и с хлопком закрыв папку, омега уставилась на наконец-то пришедшего в себя Клауса, прежде чем вернуть ему отобранную вещь. - Und wohin genau schicken sie dich, in welches Lager, wo ist seine Lage? (И куда именно тебя отправляют, в какой лагерь, место его расположение?)

- Wir fahren nach Thüringen, ins Konzentrationslager SIII (Мы направляемся в Тюрингию, в концентрационный лагерь SIII). - только и ответил Клаус, спешным шагом направляясь в сторону выхода. Позади послышались торопливые шаги Тариши и Отто, что, переглянувшись, поспешили за удаляющимся альфой. - Ich rate Ihnen, sich bei Ihrer Ankunft schnell zu versammeln: Wir sollten spätestens am Freitag im Lager erscheinen, und heute, wie wir wissen, ist es Mittwoch. (Советую тебе по прибытию быстро собираться: в лагере мы должны появится не позднее пятницы, а сегодня, как мы знаем - среда.)

Послышалось обиженное сопение и слабый толчок в бок, за которым последовал смешок, в последствии чего смеявшийся тоже был заткнут, только уже более болезненным ударом. Тариша хоть кажется маленькой и хрупкой омежкой, но ее не слабеньким ударам мог позавидовать любой альфа, а вот скверный характер вытерпеть мало кто мог. Даже Клаус бывало не справлялся с маленькой язвой, что говорить о верхушке, знающих Ягерову-занозу.

- Eigentlich habe ich den Koffer schon lange gepackt! Ich wusste, dass wir nach diesem Treffen sicher irgendwo hingehen würden... wieder... (Я вообще-то уже давно упаковала чемодан! Догадывалась, что после этой встречи мы наверняка куда-то поедем... снова...) - воскликнула Таша.

- Und was hat dir Augsburg nicht gefallen? (И чем же тебе Аугсбург не понравился?) - чуть повернув голову, Клаус с интересом посмотрел на омегу, семенившей позади него и Отто.

- Nicht Euer Herr, das ist Sache, (Не ваше, сударь, это дело) - было ясно, Таша не настроена на ответ.

Выйдя из здания трое немцев двинулись в сторону ждавшей их машину, водитель не спеша выкуривал не первую закрутку, бросив мимолетный взгляд на девушку. Как только их взгляды пересеклись, водитель потушил сигару и обойдя машину сел за водительское сидение. Этому Клаус с Отто не придали никакого значения хотя им стоило это сделать, так как подойдя к машине девушка, повернувшись к ним лицом, преградила путь.
Вопросительно уставившись на блондинку, мужчины не понимали. Закатив глаза, Тариша объяснила им, почему так сделала:

- Ich werde zuerst ins Lager gehen, (В лагерь первой поеду я) - сказала девушка, довольно усмехнувшись, увидев, как вытягивались лица альф от такого заявления. - Bei meiner Ankunft werde ich den Zweck unseres Besuchs mitteilen und als erstes gehe ich ins Archiv, schaue mir die Dokumente an und wähle die aus, die du vielleicht brauchst. (По прибытию я сообщу о цели нашего визита и первым же делом направлюсь в архив, просмотрю документы и выберу тех, кто может тебе понадобиться) - сказав это, приняла протянутую просмотренную ею папку и, сев в машину, уехала.

Путь о лагеря занял не так много времени, как поначалу думала Ягер. Аугсбург она покинула поздним утром, время уже подходило к обеду, а прибыла поздним вечером, хотя предполагала, что прибудет в лагерь на следующий день, а если быть точнее, то ранним утром. Слушая тихий стук капель о верх машины, омега отбивала только ей известный ритм по папке, содержимое которого просмотрела уже не один раз. Каждый раз она прокручивала в голове только одно «Зачем все это?». Война уже подходила к концу, и её исход показывал, что Германия проигрывает, и не о какой победе и речи быть не может.

Таша помнила шепотки за спиной, в которых не раз улавливала такие слова как «наступаю», «проигрыш», «разочарование» и много чего другого. Солдаты уже теряли надежу на победу, и девушка их очень хорошо понимала, ведь её тоже посещали такие же мысли, особенно такая как «В этой войне мы снова выйдем проигравшими, и снова окажемся там же, где и в семнадцатом году, после Первой войны»

Свои мысли девушка никогда не озвучивала, даже Клаусу, которому доверяла свои самые сокровенные тайны.

- Junge Frau, wir sind angekommen (Юнге фрау, мы прибыли), - вырвал из раздумий хрипловатый голос водителя, пристально смотревший на нее чуть повернув голову.

Вздрогнув, Тариша минуту тупо смотрела на водителя, а после, спохватившись выскочила из автомобиля, просив мужчине чтобы достал ее вещи из багажника и следовал за ней. Холодный ветер не сильно бил в бледное лицо, перебирая своими ледяными пальцами светлые прядки немки. Не обращая внимание на капли, бьющие по макушке, двинулась в сторону перрона, откуда доносилась чуть фальшивая игра, больно резавшая по чувствительным ушам и редкие гудки паровоза.

Ей даже гадать не пришлось, что там происходит. Тариша не первый раз наблюдает такой «цирк», это её не первый лагерь, в котором пришлось за полгода работать и видеть такие «приветственные» мероприятия.

Уже подходя к перрону, немка услышала выстрел. По спине невольно пробежались мурашки, от которых стало как-то неуютно, даже легкий страх от этого звука заставил быстрый шаг сбиться. Сведя брови на переносице, девушка позволила вырваться из её горла рык недовольства, а хаасту недовольно нахохлиться, став походив на один бело-коричневый комок перьев. Шрам в области шеи вновь начал ныть. Как ей это надоело.

- Junge Frau? (Юнге фрау?) - о водителе Таша совсем позабыла.

- Verdammt, Alfred, erschrecken Sie nicht so! (Черт возьми, Альфред, не пугайте так!) - и проведя рукой по влажным волосам продолжила прерванный путь и свернула направо.

Перед глазами тут же показался перрон и толпу новоприбывших заключенных. Русских. Кивнув отдавшим ей честь солдатам, остановилась возле них и осмотрела новоприбывших. Омежье внимание тут же зацепилось на одном бывшем солдате, омеге, запах которого был ели уловимым, и таким приятным. «Мята...» в ледяных глазах мелькнула озорная искра, «Клаусу нравиться мята... хи-хи»

Со стоявшего на месте омеги девушка перевела взгляд на две рядом фигуры. Одним из них был офицер, запах которого одним вздохом заставил почувствовать Ягер тошноту. Таким мерзким был его запах, что девушка даже боялась представить, что чувствует его жена, если она у него есть, и окружающие. Мужчина стоял на месте и буквально закипал от злости из-за неповиновения заключенного, он буквально был готов убить его на месте.

- Und wie sehen Sie das? (И как вам такое представление?) - поинтересовалась Тариша у одного солдата. В ответ тот лишь усмехнулся и одними губами, без какого-либо звука произнёс: «Великолепно».

Хихикнув, девушка согласилось. Ей нравилось такое, нравилось наблюдать за невыполнением приказов, особенно когда это делали русские.

Они такие интересные, в особенности их язык, он такой трудный и богатый.
Переведя взгляд с офицера на вторую фигуру увидела девушку, выше её на голову, и тоже, как и русский и она была омегой. Принюхавшись, уловила тоже слабый запах топленого молока. Поначалу он казался приятным, сразу вспомнился отчий дом, кода по утрам мама Ягером подавала им по утрам топленое молоко, но ели уловимый запах кислинки отрезвил Ташу.

«Все с ней ясно...» скривилась немка, тихо фыркнув.

Заинтересованный взгляд солдата заметила не сразу, но увидев, что на нее смотрят, помахала рукой, показывая, что потом, все потом. Тот кивнул и отвернулся. Этот солдат девушке понравился сразу же, с ним она точно найдет общий язык.

Звук удара отвлек Ташу. Он прозвучал, как и сам выстрел - неожиданно и резко. Тело стоящего омеги рухнуло на мокрый асфальт, почти в самую лужу.

Таша очень разозлилась. Хоть он и был заключенным, но самое главное он был омегой, и девушка не терпела такое обращение, путь даже он и русские и парень. Омеги были бесценны. Окликнув офицера, Таша быстро, почти полетела в его сторону, негодуя и рыча. Солдат ринулся за ней, намереваясь остановить намечавшеюся драку, которая могла произойти в любую минуту, как только омега достигнет своей цели.

Повернувшись на оклик, офицер хотел было рявкнуть «Кто?!?!» но завидев, кто именно приближается, спохватился и отдал честь. Подлетая, Таша бросила последний взгляд на парня: тот все еще находясь в сознании смотрел на нее. Смотрел прямо в ее ледяные глаза. Ей показалось, что в них мелькнула узнавание. Но ведь они никогда не встречались, никогда не видели друг друга.

Это было странно...

****

- Das ist ein Ärgernis... (Вот морока...) - откинув в сторону очередную папку с данными о заключенных, Таша устало потерла глаза.

Она уже пять часов сидит в архивах и ни один из предложенных бетой документов не походит по параметрам. Все заключенные не были танкистами: либо они это скрывали, либо сие место было ошибкой, и Клаус с Отто просто не должны были сюда ехать. Стукнувшись лбом о поверхность стола, Таша что-то неразборчиво забормотала, закачала головой. Ей все надоело, хотело бросить и пройти пройтись по лагерю, посмотреть на заключенных, может она увидеть того парня. Но сколько бы она не ходила не выглядывала, не встречала его.

Где он был? В камере? Умер?

- Es tut mir leid, er war so interessant (А жалко, он такой интересный был), - посмотрев на ясное небо, омега остановилась, - - es sieht so schmuddelig aus, verstummt, aber was für ein Blick, äh... (с виду такой щуплый, исхудавший, но какой взгляд, эх...)

Развернувшись, Таша двинулась обратно к зданию, из которого полчаса назад вышла чтобы проветриться и отдохнуть от нудной работы. Поправив выбившуюся прядь из фуражки, заметила приближающуюся фигуру Керта. Мужчина, зайдя в здание выскочил оттуда спустя пять минут.

«Ищет кого-то?» мелькнуло в голове немки.

- Kert! (Керт!) - окликнула альфу Ягер, привлекая к себе внимание.

Тот обернувшись тут же бросился в её сторону, словно что-то случилось, и девушка единственной оказалась в неведении. Странное чувство зародилось в груди, от чего Таша нахмурила свои светлые бровки и двинулась ему на встречу. Остановившись, Керт тяжело дыша согнулся пополам, облокотившись руками о колени и что-то не связанно говорил.

Любопытство и страх пробежались по девичьему личику, а когда солдат отдышавшись выпрямился и посмотрел на нее карими глазами, напряглась до предела. Этот взгляд говорил, что что-то и взаправду случилось.

- Kert, was ist passiert? (Керт, что случилось?)

- Sie werden von Standartführer Yager zu sich gerufen. (Вас... вас вызывает к себе штандартенфюрер Ягер.)

- Was? (Что?) - брови сами взлетели от шока вверх, - Heute ist nur Donnerstag, was hat er hier so früh vergessen? Aber komm schon, werde ich später herausfinden, was er will? (Сегодня же только четверг, чего он тут так рано забыл? Но да ладно, потом узнаю, чего он хочет?)

- Er ... er ruft Sie an, damit Sie sich der Zelle nähern können. (Он... он вызывает вас для... для того чтобы вы подошли к камере триста восемьдесят второй.)

- Was, was? Was hat er dort vergessen? (Чего-чего? Что он там забыл?)

- Alles, was ich weiß, ist, dass dort ein Tanker sitzt. (Все что я знаю, так это то что там сидит танкист.)

- was?!!! Wie diese Information an mir vorbeigegangen ist (ЧТО?!!! Как эта информация проскользнула мимо меня!) - вспыхнула, как спичка от коробка Таша.

- Er hat ihn erkannt, (Он узнал его) - погладив подбородок, Керт прокручивал в голове все что он услышал и увидел полчаса назад.

Получив приказ о поиске Таши, альфа бросился в кабинет девушки, но не застав её там, бросился через весь лагерь в сторону здания, где находилась вся информация о сидевших в этом месте заключенных. Но и не увидев её там, как кролик при виде лисы выскочил из здания, где в двадцати метрах от него стояла заинтересованная Таша.

- Hast du es herausgefunden? (Узнал?)

- Ich bitte Sie, Frau Jaeger, gehen Sie dorthin, und danach wird Ihnen der Standartführer Jaeger alles erklären. (Прошу вас, фрау Ягер, пройдёмте туда, а после штандартенфюрер Ягер вам все объяснит.) - взмолился мужчина, умоляюще посмотрев на немку. Ему не хотелось получить выговор за долгое отсутствие и не выполнение приказа.

- Fuehrest (Веди.) - грозно произнесла Таша, скрестив руки на груди.

Кивнув, Кёрт повёл девушку в сторону большого здания, откуда частенько были слышны крики и хохот. Каждый раз слышу это сердце омеги сжималось от понимания того, что она ничего не может с этим поделать, и каждый раз ей приходилось слушать это и глотать поступающие слезы злобы к тем людям, что творят такое с русскими.
Петляя по светлым коридорам, Таша проклинала архитектора, который задумал всё это, придумал эти длинные, извилистые коридоры. Солдат становился слишком неожиданно и Таша врезалась в его широкую спину. Ругай его, она выглянула из-за спины и встретилась с заинтересованными знакомыми глазами, такими же как у неё, только чуть темнее, на какой-то один жалкий процент.

- Tasha, (Таша) - кивком поприветствовала сестру Клаус, хотя по его глазам было понятно, что он очень хочет её обнять и треснуть по макушке за то, что не оповестила его и Отто о том, что добралась до лагеря. Вместо этого пропала на сутки и альфы не знали, что и подумать, просто не находили себе места от переживания, ведь Таша наверняка могла найти себе приключения за какое короткое время.

- Standartenführer Jager, (Штандартенфюрер Ягер) - отзеркалила его действие девушка, заметив позади него ту переводчицу, стоящей подле офицера в ночь ее прибытия. Незаметно скривившись, поравнялась с братом. - Warum haben sie angerufen? (Зачем вызывали?)

Ничего ответив на её вопрос Клаус открыл дверь камеры и широким шагом зашёл в помещении, которое походила на подвал - такой же сырое, с запахом плесени, ужас. Кивнув Керту, девушка последовала за Клаусом и закрыла за собой, перед этим пропустим тихую, как мышь среди трёх удавов вперёд, перед самым носом Керта дверь.

Альфа лишь фыркнул и облокотившись о стену, принялся ждать. Услышу приближающие шаги, Керт увидел приближающегося в его сторону парня чуть младше него, лет так двадцати четырёх. Завидев Кёрта, остановился и словно чего-то испугавшись развернулся и стремительно ушёл, свернусь в первый попавшийся поворот. Кёрту не понравилось это, и он решил, что обязательно будет присматривать за ним... не понравилось ему этот парень, ох как не понравился.

В это время находясь в камере Таша не проявляя никаких эмоций следила за действиями брата. Тот медленно подходил к своей жертве и пристально смотрел на неё, как хищник на выбранную им жертву, кружа над ней. Решив не вслушиваться в его разговор с этим заключённым и невнятным переводом переводчицы, принялся взглядывать стенку. Она показался ей такой интересной, такой красивой, особенно эти трещины, начинавшиеся от пола, но не достающих до потолка.

Таша, когда брат направил на переводчицу револьвер, не двинула бровью. Каждый раз до прибытия брата, пересекаясь с этой девушкой, эта кислинка в её запахе отталкивала немку чуть ли не на километр, хоть и старалась вести себя сдержанно, холодно. Хоть она оказалась тихой, зашуганной, но Таша знала таких, как она. Такие могут незаметно, за твоей спиной по самым рукоять всадить нож в спину, и ты даже этого не заметишь, а потом снова притвориться маленькой зашуганной переводчицей.

Зная брата, Ягер была уверена, что он бы выстрелил в переводчицу, ведь он тоже почувствовал эту кислинку её запахе. Его рука ни за что бы не дрогнула. Но не собирался этого делать, так как русский после этого ни за что не согласиться с ними сотрудничать, а этого не стоило допускать. По Клаусу было понятно, он не хотел терять такого человека, как этого... хм... танкиста...

- Да согласен я, согласен, - хрипло ответил заключённый, отведя взгляд от рыдающей переводчицы. Переживал за неё, видать, приглянулась, хотя оба являлись омегами.

Посмотрев на него, Таша узнала этого омегу, воспротивившемуся в ту ночь приказа. Когда Клаус произнёс: «Nachname, Vorname, Titel.», омега нехотя ответил, от чего девушка стала его немного жалко. Потом она устроит Клаусу взбучку, ведь тот знал, как ненавидит его сестра плохие отношения к омегам, даже если они враги. Но если бы он этого не сделал, то никогда не узнали бы его имя, звание.

- Лейтенант Ивушкин! - его слова больно, словно остриё иглы коснулись сердце Тариши, хоть это никак не отразилась на её лице. Она всё так же подождала холодно смотреть то на него, то на брата, на переводчицу и опять же на стенку.

Подойти к рыдающий переводчице, Таша рывком подняла её с пола и резким движением подтолкнула к двери, показывая, чтобы она покинула помещение. Стараясь скрывать свои всхлипы, переводчица вылетела из камеры, как птенец выкинутый из гнезда, заставив Кёрта довольно улыбнуться. Несмотря на то, что он ничего не видел, Дитрих всё слышал и тоже был бы рад, если бы Герр Ягер выстрелил девушку и лагерь избавился от неё раз и навсегда.

Посмотрев на Клауса, Таша увидела, как тот каким-то странным мягким жестом провёл рукой по склоченным волосам заключённого, и как он глубоко вздохнул его запах. Даже этот Ивушкин, который пытался убрать со своей головы руку немца, странно вздрогнул. Это не укрылось от цепкого взгляда орлицы.

«За этим будет очень интересно наблюдать» и покинув камеру, двинулась вместе с Кёртом и Клаусов в сторону лестницы. Идя неспешным шагом, девушка с не скрытым любопытством посматривала на задумчивого брата. Тот словно не замечал этого взгляда шел каким-то задумчивым, его мысли наверняка были за пределами этого коридора, где-то в той камере, напротив заключенного.

- Tarisha! Klaus! (Тариша! Клаус!) - знакомый голос, по которому Ягер соскучилась отвлек её от разглядывания брата, заставив посмотреть на улыбчивого приближающего к ним Теллике. О, как же она и правда по нем соскучилась! Эти два неполных дня длились как два долгих года, когда она в последний раз их видела.

Отдав честь, двое альф и омега проводили взглядом не обративших на них внимание штандартенфюрера, скрывшегося за нужным для него поворотом. Непонимающе похлопав глазками, Телике вопросительно посмотрел на его родственницу, на что та лишь пожала плечами.
«Как-нибудь потом расскажу» это были её единственные слова, прежде чем они вновь продолжили свой путь к лестнице.

- Otto, bringst du Klaus einen Stapel Dokumente mit? (Отто, отнесешь стопку документов Клаусу?)

- Er hat seine eigenen an der Decke, (У него и так своих по самый потолок) - усмехнулся мужчина, поправив фуражку, - - Willst du es wirklich herunterladen? Und nicht gewissenhaft? (Совсем хочешь загрузить его? И не совестно?)

- Wer würde das sagen! (Кто бы говорил!) - передразнила его омега, дружески толкнув в бок, - Es ist nicht schlecht in meinen Gedanken zu leben, Arbeit und noch einmal Arbeit! (Нефиг в мыслях витать, работа и еще раз работа!)

Странный шум, доносившийся из противоположной стороны коридора, заставил Ташу с альфами остановиться и внимательно всмотреться в пока закрытые двери, что через пару минут с грохотом открылись и к ним на встречу выбежала девушка в полосатой одежде.

Пораженная Ягер так и застыла на месте, не смея пошевелиться. То, что здесь, оказывается есть девушка, не переводчица, как эта рядом стоящая Анна (свое имя она все-таки соизволила сообщить омеге) а заключенная, сильно удивило и заинтересовало Таришу.

Приближающая девушка была омегой, её приятный замах персиков заполнило весь коридор и как та мята, заставил чуть расслабиться, позабыть о том где она находиться.

- Ott... (Отт...) - слово так и застряло у неё в горле, как целое яблоко. Вид её друга был не шибко так хорошим: зрачки расширились, дыхание стало глубоким, словно старался поглубже вдохнуть столь сладкий запах, и этот взгляд, не отлипающий от бежавшей к ним фигуры.

«О, еще один нарисовался, что Клаус, что Отто, остался только Керт...» похихикала Таша под недоумевающий взгляд Анны и Керта.

- Живой не дамся, псины нацистские! - девичьи слова эхом отскочили от стен, и не заметив впереди стоящих с грохотом повалилась на пол, ухватив за собой шокированную Анну.

Еще не понимая, что произошло, незнакомая для немцев девушка, что-то тихо бурча себе под нос приподнялась и, сев на колени, схватилась за голову. Резко, даже как-то неожиданно незнакомка схватила приподнявшуюся Анну за воротник рубашки и с грохотом повалив её на каменный пол, принялась чуть ли не душить омегу, пытавшейся как-то вырваться из невероятно крепкой хватки заключенной.

- А ты тварь! Подстилка нацистская! - гортанно рычала русская, продолжая поддушивать переводчицу, пока подбежавшие солдаты отдали Ярег с её знакомым честь, и не схватили обезумевшую от предательства землячки девушку. - Да чтоб ты сдохла где-нибудь! Паскуда!

«Вот это богатый русский язык!» впала в каплю Тариша, левое веко предательски дернулось пока солдаты тащили брыкающуюся русскую обратно в камеру, из которой она уже не первый раз сбегает. На секунду, ледяные глаза встретились с
-Kert, (Кёрт) -обратилась к другу Таша, и тот, не сказав и слова только кивнул и направился к выходу из помещения. Теперь настала и его очередь повозиться в архиве дабы добыть нужную для девушки информацию. - Ott... (Отт...)

Но вышеупомянутый уже удалялся от Ягер в сторону куда уволокли русскую и ели слышный обрывок фразы, долетевший до её дал понять, что нахождение в этом месте будет уж очень веселым, чем прошлые её пребывания в лагерях. Видно, что его тоже, как и Клауса накрыло одеялом раздумий, раз отдалялся от неё в похожем положении.

- Ich muss mit ihr reden... (Мне нужно с ней поговорить...)

- Ach, Romeo, was für ein Romeo sind Sie! (Ох, Ромео, какие же вы Ромео!) - и напевая эту придуманную песенку с в слух, Таша направилась в сторону своего кабинета, где её заждалась запылившаяся стопка документов, которые надо срочно перебрать. Подпрыгнув на месте, что форменный подол платья подпрыгнул вместе с её обладательницей, поскакала вверх по лестнице, прямо в объятия страданий и бессонных ночей.

Продолжение следует...
Соавтор: 13Crow_6