Глава 3 ГИД ОСОБНЯКА ИЛИ ПАРАНОЙА

Глава 3

ГИД ОСОБНЯКА ИЛИ ПАРАНОЙА

Жадно поглощая булочку с корицей, я медленно поднималась по ступеням на второй этаж и невольно задержала взгляд на тянувшихся вдоль стены портретах. Очень красивая женщина с глубокими зелеными глазами смотрела на меня с суровой добротой и на секунду мне показалось, что я их видела прежде. Лицо женщины окаймляли кудри черных волос, «Фелони Ричардсон», прочла я надпись под портретом, Фелони... и все же кем бы она не была, она кажется мне до боли знакомой... Мужчина на соседнем полотне, с выражением власти на лице, явно был её супругом - «Генри Ричардсон». Далее было еще пять портретов, три мужских, Дэвид, Феликс и Джонатан Ричардсон, и два женских Вивьен Ричардсон в котором я увидела невероятное сходство с портретом Фелони, казалось их написали с разницей в несколько сотен лет, показывая как возраст может украшать женщину и Рита Ричардсон, дополняя семейную галерею, они неустанно продолжали следить за каждым моим шагом, что до жути щекотало мне нервы, должно быть с этой целью они здесь и висят, дабы показать всем вошедшим превосходство и силу рода хозяев.

Продолжая свой путь вдоль длинного коридора, украшенного лепниной в цветочном стиле и во всю продолжая рассматривать висевшие на них картины в золотых рамах, явно написанных в разные эпохи, я вышла на другой балкон, ведущий в огромную прихожую – гостиную с мраморными колонами и массивной лестницей ведущей вниз, здесь с легкостью можно было провести торжественный прием или устроить бал, высокие окна украшали смарагдовые портьеры, плитка на полу имела затейливый узор звезды заключенной в круг, напоминающий пентаграмму. Надеюсь жертвоприношения в этом зале не проводили, нужно будет спросить об этом Элизабет, хотя что – то мне подсказывает, что я прекрасно обойдусь и без этой информации.

Я свернула в манящий меня поворот и отворила дверь, невероятно... Как красиво, это просто огромнейший будуар в оттенках изумруда и аметиста, массивная кровать вишневого дерева в центре была под куполом малахитового балдахина, ее украшали мягкие лиловые подушки и пушистое покрывало, вишневые шторы были плотно затянуты и не пропускали лучи утреннего солнца, должно быть обладатель этого волшебного места точно так же как и я не любит яркий свет, туалетный столик с левой стороны от кровати украшали шкатулки и духи, а на маленьком журнальном столике у гранатового дивана тоже в стиле барокко стояла ваза с свежими цветами и тут тоже было много книг по левую сторону от входной двери в стену был вмонтирован стилаж, с правой стороны был огромный шкаф из того же дерева, что и кровать, а еще дверь...

– О! – воскликнула Элизабет, которая вышла из этой двери, - а вот и вы, я вам приготовила свежие полотенца

– Мне? – переспросила я

– Ну это же ваша спальня, а значит и ванная соответственно тоже ваша, - заключила она, смотря на меня пристальным, словно заглядывающим в душу взглядом голубых глаз.

Как эта женщина умудряется всегда так неожиданно появляться? Или она меня преследует или у меня паранойе. Ведь всякий раз, когда я прибываю в стадии растерянности или замешательства она является из первой двери на которую падет мой взор и очень мягко направляет меня, словно понимая как это мне необходимо. Может она умеет читать мысли и поняла, что я нуждаюсь в гиде, хм...

– Моя, - согласилась я, значит закрытые шторы, это не совпадение, мое тело помнит больше чем разум, я опустила взгляд на свои руки и тяжело вздохнула, если из всех дверей я выбрала именно эту, может после хорошего душа, мой мозг тоже подключиться и начнет вспоминать, - спасибо.

– Все образуется, - сжав на секунду мою руку, сказала Элизабет и мгновенно скрылась за дверью.

***

Оказавшись перед зеркалом в ванной, я наконец увидела свое отражение и представшая передо мной картина, заставила пошатнутся в ужасе безмолвного крика. В растрепанных черных волосах чуть ниже лопаток, спутаны мелкие листья и ветки. Лицо... Мое мертвенно – бледное лицо, походило на призрачную тень, а зеленые кошачьи глаза, смотрели с недоумением и страхом. На белой блузке – запекшаяся кровь, но хуже всего – разорванная ткань в области сердца. Я принялась медленно расстегивать пуговицы дрожащими руками... и вот оно... Там, где должно быть сердце, зияла затянувшаяся рана, её края напоминали молнию, расползающуюся тонкими линиями, что означает только одно – я была мертва... Мертва...