Глава 20

Солнце было высоко в зените, когда я проснулась. Где я находилась? Не дома, это уж точно. Ах, да! Воспоминания один за другим стали всплывать в моей голове. Я поняла, что нахожусь в руках человека, с которым некогда мечтала провести всю свою жизнь. Сейчас же мысль об этом – приводит в ужас.

Рука затекла, попытавшись ею пошевелить, натолкнулась на другую руку. Подняв взгляд, увидела руку Амита поверх своей ладони. Его десницы большие, намного больше моих, в его руках я всегда была словно маленькая беспомощная птичка. Красивые пальцы, ухоженные, мягкие... на мгновение я залюбовалась им. Я призналась себе, что не смотря ни на что продолжала любить каждую клеточку его тела ... навечно...

Он спал на боку ко мне лицом, мягко обнимая за талию. От него исходил такой родной запах. Не удержавшись, я погрузилась в его аромат, словно в воспоминания. Амит оставался таким же красивым и опрятным, продолжая следить за своей внешностью. Он все так же сексуален. Глядя на него, невозможно остаться равнодушной. Я пропала, вновь и окончательно. Мне нельзя было с ним видеться, теперь я вновь в его власти, а стоит ему взглянуть на меня и окажусь в плену его глаз. Всем своим видом он всегда подчинял меня себе, заставляя позабыть обо всем на свете.

Я должна держаться от него по дальше, не только ради себя... но еще и всех своих близких. Внутри меня все еще говорил голос миссис Коллинз: Не стоит обманываться его внешностью, снаружи им невозможно налюбоваться, а внутри он гнилой и червивый, как залежавшийся фрукт. Возможно она права, а если нет? Я же помню его любовь и доброту ко мне. Когда дети отвернулись от меня – Амит единственный кто хотел стать мне другом.

Что сделало его таким жестоким? Семья? Общество? Дети в приюте? Или он связался с дурной компанией, в которой выражать свою злость таким способом естественно? Или виновата его болезнь, о которой я стала забывать? Я ничего не знала, но думать сейчас об этом – мне совсем не хотелось.

- Доброе утро, - сонно пробормотал он, открывая глаза. – Давно не спишь? – я отвернула голову от него, не желая разговаривать с ним. – Собираешься молчать? – он говорил со мной сладким голосом, лаская ладонью мою щеку и опускаясь вниз по шее к груди. За четыре года, что я провела в разлуке с ним, я, порядком, успела отвыкнуть от его прикосновений. То, что было с нами, казалось таким далеким и нереальным, будто бы ничего и не было, только хороший сон, ставший кошмаром.

Прикосновения Амита по-прежнему вызывали во мне сладкие, будоражащие чувства, сердце бешено колотилось в груди, а дыхание учащалось. Никаким консультациям психотерапевтов, никакому гипнозу не дано избавить меня от любви к Амиту. Я потеряла себя еще тогда, когда впервые увидела и безоглядно влюбилась в него. Жаль, что этой истории не суждено иметь хороший конец, только плохой, в конце которой меня ждала смерть от его руки... или я все преувеличивала и он действительно излечился, полностью избавившись от злости и агрессии? В конце концов он пробыл в той клинике два года! А это не мало для лечения. Возможно теперь мы сможем быть наконец счастливы? Вот уж вряд ли, Беатрис! То есть, Анетта! Вряд ли препараты или психиатры могут в полной мере излечить от болезни и дать гарантию, что ничего из прошлого не повторится! Мне ведь психотерапия помогла лишь на время, пока он был далеко. Встретившись с ним воочию, от психотерапии не осталось и следа, моя любовь и прежние чувства вернулись к нему с новой силой.

Меня вдруг осенило - с кем в одной комнате я находилась! С психом, который едва не убил меня тогда! Этот человек, последние 2 года, преследовал меня в кошмарах. Я не хочу быть с ним, не хочу, чтобы вновь все повторилось. Как мне вернуть былую тихую и размеренную жизнь, как избавиться от кошмара наяву?

- Замерзла? – спросил обеспокоено Амит, почувствовав мою дрожь. Всему виной страх, а не холодное помещение, но естественно я не сказала правду. Он укрыл меня одеялом. – Так должно быть теплей, правда? – тишина. Поняв, что я не собираюсь разговаривать с ним, Амит разрезал хомут, скрепляющий наши руки. Встал с кровати и пошел в другую комнату. Пока он возился там, я решила не тратить зря время и проверила пути к побегу. К сожалению, дверь была заперта на ключ, а спрыгнуть с балкона без причинения вреда жизни – я не могла. Ничего не оставалось, как ретироваться назад в постель и думать, что делать дальше. Вскоре в комнату вошел Амит с большим дымящимся подносом. Блюдо источало великолепные запахи, от которых еще сильней захотелось есть. Похоже Амит решил собственноручно покормить меня. Хотя я и была голодна, но не собиралась брать еду из его рук.

- Ты голодна, любимая? Я принес все, что ты любишь. – Да, Амит знает мои предпочтения в еде и, хотя от запаха любимой пищи заурчало в животе, я, собрав всю свою волю в кулак, решила отказаться от желанного завтрака.

- Не буду! – упрямо заявила я, отворачивая голову в сторону. Он едва не уронил поднос на кровать, опустив руки...

- Почему ты больше меня не любишь? – он уронил голову на руки и закрыл глаза так, будто бы все происходящее причиняло ему боль. – Почему...? Почему...? Я люблю тебя! – он будто бы был в своем мире, не замечая ничего вокруг. Когда он отнял от своих глаз ладони, я увидела слезы. Мне стало больно за него. Я такая лицемерка, люблю его безмерно, но заставляю страдать. Даже страха как такового не было. Он появлялся лишь тогда, когда я воскрешала его в своей памяти, вспоминая кошмары и слова миссис Коллинз.

Я не могла сдаться, не должна уступать. Пусть нам двоим будет плохо от этого решения, но я должна продолжать держать дистанцию.

- Хорошо, я согласна поесть. Давай сюда поднос. – немного ошалевши посмотрев на меня, он широко улыбнулся. От его улыбки мне стало теплей и не сдержавшись, я улыбнулась ему в ответ.

Поглотив с удовольствием все, что мне было предложено, живот благодарил Амита громкими звуками.

- Когда ты успел заказать еду из ресторана? – вдруг спросила я.

- Я не заказывал ее, а приготовил сам. – мои глаза едва не вылезли из орбит. Амит готовил? Сам? Просто немыслимо.

- Но ты ведь не готовишь. – недоверчиво пробормотала я.

- Теперь готовлю. Мой врач считал, что успешному выздоровлению способствует дело, что успокаивает. Таким делом он считал готовку. Можно сказать, каждый день нас учили готовить. Правда, орудовали мы пластиковой посудой. – не было смысла говорить по какой причине и так понятно, все-таки это психбольница, мало ли что придёт в голову больному, окажись в его руке настоящий нож...

- Ты такой молодец, Амит. Все было очень вкусно... - я была очень поражена его изменениями. Немного покраснев, он ответил.

- Я старался для тебя, любимая. Ведь знаю, как ты это любишь. Отныне, я каждый день буду для тебя готовить... - я едва не улыбнулась, напомнив себе, что нельзя поддаваться.

- Амит, - серьезно проговорила я. – я хочу домой.

- В Юджин или к подруге? – Точно! Рейчел же не в курсе, где я, наверное, она волнуется, обзванивает все больницы и морги, поставила на уши Тони.

- В Юджин к мужу. Но если ты позволишь мне, я позвоню своей подруге. Думаю, она волнуется, не найдя меня дома.

- Можешь позвонить подруге, Анетт. – я кивнула.

Он протянул мне мобильный телефон, дисплей загорелся, и я увидела свое изображение. Меня это тронуло, но внешне осталась совершенно спокойна. Спустя несколько продолжительных гудков, Рейчел подняла трубку.

- Алло? Рейчел? Это я, Беатрис.

- Где ты, Беатрис? – с волнением в голосе, ответила подруга. – Я тебя обыскалась! Думала, ты обиделась на меня и вернулась в Юджин.

- Нет, все хорошо. Я не держу на тебя зла.

- Где ты?

- Я не знаю...

- С кем ты?

- Я... со старым другом. Передай Тому: лед тронулся.

- Хорошо, я передам. Но ты правда в порядке?

- Да, Рейчел. Пока.

- Что еще за лед тронулся? – нахмурив брови, спросил Амит.

- Это секрет. – хотя он не стал допытываться, я видела по его лицу, что сказанные мною слова ему не понравились. «Лед тронулся» означает, что Амит нашел меня и я в его руках. Теперь Тони должен позаботиться о Нарин и не допустить, чтобы она когда-нибудь попала к нему.

- Как бы то ни было, уверен, что эта фраза не вызволит тебя отсюда. Так что она не таит угрозы для меня. Но вот что таит... - вытащив симкарту из своего телефона, он сломал ее. – они могут отследить наше местоположение по телефону, теперь этого не случится. – он блаженно улыбнулся.

- Как же твоя работа, ты ведь должен работать!

- Мой заместитель прекрасно справлялся в мое отсутствие и сейчас может заменить меня.

- Но так ты можешь потерять компанию.

- Могу. – согласился он. – но ты мне дороже компании и всего на свете. – да, это действительно так. Он два года искал меня, не теряя надежды, приехал в другую страну за мной и теперь ни за что не хочет отпускать. – А что, ты волнуешься обо мне? – он прикоснулся пальцем моей щеки, скользнув на подбородок.

- Вот еще! – смущенно ответила я, отворачивая голову и краснея.

- Ну, вот, Анетт, ты опять смущаешься. Так было, когда мы только познакомились... Ничего, скоро ты вновь привыкнешь ко мне.

- Очень в этом сомневаюсь... - прошептала я.

- Я слышал, что у тебя есть дочь, - я напряглась, ибо начало сей фразы мне совсем не понравилось. – Когда ты собиралась сказать, что я стал отцом? – я буквально почувствовала, как волосы на моей голове встали дыбом от ужаса, поразившего меня.

- О чем ты говоришь? – удивилась я. – Нарин дочка Тома, ты не имеешь к ней никакого отношения. – очень убедительно соврала я.

- Знаешь, Анетт, в тот последний раз, когда мы виделись в больнице, я знал, что ты беременна. Но ты ничего не сказала мне, я подумал, что сделаешь это при другом удобном случае. Знаешь, я был очень счастлив, когда осознал это. Ты носила под сердцем моего ребенка! Плод нашей любви зародился в тебе...тогда я понял, что не смотря ни на что обязан выздороветь и выйти из больницы нормальным человеком: ради тебя и нашего малыша... - слушая его, я едва не обливалась слезами. Амит все знал и старался ради нас, а я не верила в него, пыталась оградить Нарин, думая что он угрожает ей опасностью. Теперь мне не казалось мое решение таким уж правильным, но отступать и сдаваться я по-прежнему не собиралась.

- Ты прав, Амит, тогда я действительно была беременна, но тому ребенку не суждено было родиться, я потеряла его. – по моим щекам скатилась слезинка, я оплакивала Амита и зло, что причинила ему. - А эта девочка – дочка Тома. – невозможно было описать сколько боли отразилось на лице Амита, он крепко обнял меня, стирая мои слезы и поглаживая по голове. Он чувствовал мою потерю, только для него — это потеря ребенка, для меня – счастье, что могла вновь обрести рядом с ним. Я такая дура!

Когда Амит отстранился от меня, на его лице играла загадочная улыбка.

- Но вот что интересно... - он достал мой телефон из своего кармана и открыл фото Нарин. – Она необычайно похожа на меня, не так ли? – я молчала. – Скажи, Анетт, ты так и будешь продолжать мне врать? Я изменился, полностью здоров, тебе и нашей дочери ничего не угрожает. Я обещаю, что буду охранять ваш покой и защищу от любой напасти. Стану вашим рыцарем и укрою от всех бед и невзгод.

В тот момент моя воля ослабла, щит пал, а о дистанции не хотелось слышать. Я бросилась в любимые объятия своего мужчины и стала иступлено целовать лицо, веря каждому слову. Не могла оторваться от него, не хотелось отстраняться, все четыре года разлуки с ним, я истинно мечтала так прикасаться к нему, так целовать и сбрасывать одежду. Подхватив мое желание, Амит стал возвращать мне поцелуи и жаркие ласки. Страстно впиваясь в мои губы, он наполнил мой рот своим существом. Почувствовав любимый вкус его языка, я задохнулась от возбуждения и невероятного желания. Амит, мой любимый, он был рядом... и как же я счастлива была тогда...Я дрожала всем телом от переполнившего мое сердце счастья и избытка возбуждения. Господи! Как же я хотела его в тот момент. Он стянул вниз платье с моей груди, опустился передо мной на колени и долго целовал мои соски и живот, а я стонала от удовольствия, взлетая на седьмое небо от блаженства. Запустив пальцы в густую копну черных волос Амита, я опустила голову вниз, чтобы коснуться его губами. Они, как и прежде были мягки как шелк, зарываться пальцами в них – одно удовольствие. Амит разделся до пояса, продолжая старательно, со всей страстью целовать мой живот и груди. Я задыхалась от удовольствия и наслаждения, изгибаясь и постанывая. Опустив руки на спину Амита, я провела ладонями по его гладкой мускулистой спине, широким плечам и бугристым накачанным рукам...Амит – совершенен!

- Моя! Только – моя! - Между поцелуями шептал Амит.

Когда Амит вошел в меня, мое тело с готовностью приняло его, впуская в свои горячие глубины. Он брал меня грубо, резко, жестко, страстно, но этого мне и хотелось сейчас больше всего. Между громкими стонами и поцелуями я бормотала ему:

- Люблю! Люблю! – эти волшебные слова, словно бы придавали ему силы, и он с еще большей энергией вколачивался в меня. Боже! Это было великолепно... меня накрыл множественный оргазм. Я терялась в бездне наслаждения, растворяясь в существе Амита. С быстро бьющимся сердцем, с рассыпанными и склеившимися от пота волосами, горячая и изнеможённая, я повалилась на грудь Амита. Он обнимал меня и тесней прижимал к себе, не в силах отпустить. Амит продолжал меня целовать и я, отвечая ему взаимностью, наслаждалась этим моментом, не думая о том, что будет дальше.

- Анетт, моя Анет! – он погладил меня по щеке и поцеловал в висок. – я счастлив, что ты вернулась ко мне.

Вернулась ли? Я не была до конца в этом уверена. Да, я любила Амита, мне с ним хорошо, у нас был умопомрачительный секс, но меня по-прежнему одолевали сомнения. Я опять была предательницей. Только теперь предала совершенно невинного человека, который все время только выручал меня.

- Дурочка, сколько же ты горя причинила нам двоим. – ласково прошептал Амит, прижимая меня к себе. - скрывалась от меня так долго, убегала, думала, невесть что обо мне.

Чуть позже мы лежали в ванной с пузырями, как в старые добрые времена. Я лежала на груди Амита, а он ласкал меня руками и мыл мне спину. Было так спокойно, интимно. С Тони у нас никогда не было такой близости, порой, мне было неловко раздеться в его присутствии, не говоря уже о том, чтобы принять ванну вместе. Только с Амитом было так хорошо и спокойно, только он волновал мое сердце.

- Я еще не совсем уверена, что была не права. – пробормотала тихо я.

- Значит, ты не веришь, что я здоров?

- Вспоминая, как ты наблюдал за тем, что тот извращенец делал со мной – появляются большие сомнения.

- Я лишь хотел, чтобы ты почувствовала разницу между мной и им.

- Значит, ты подослал его? – внезапно спросила я, страшась его ответа.

- Вот какого ты обо мне мнения... - выдохнул обиженно он.

- Я только предположила. – извиняющим тоном, ответила я. Он выдохнул, после чего обнял меня за грудь и притянул к себе.

- Забери нашего ребенка. Я хочу вернуться домой вместе.

- Томас ее любит, а Нарин обожает его.

- Она не его дочь, а наша. Я хочу, чтобы девочка жила с нами. Забери ее или я сделаю это сам.

Я кивнула, хотя мне не нравилась идея разлучить Нарин с Тони.

- Расскажи мне о ней, какая она?

- Потрясающая. Она веселая и активная, ей трудно усидеть на одном месте. Она – чудо. Я очень люблю ее.

- Я тоже люблю ее. Нет, я полюбил ее задолго до ее рождения. Ты же помнишь, как я мечтал иметь ребенка.

- Знаю... - грустно прошептала я, понимая, что совесть вновь дает о себе знать. – Амит, я заберу ее завтра.

- Сделаем это вместе. – решительно заявил он.

- Нет, - встрепенулась я, понимая, что если Амит покажется в нашем доме, то обязательно увидит Энтони и тогда поймет, что я солгала ему.

- Почему, нет?

- Я не хочу, чтобы Том думал, что я бросила его из-за другого.

- Ты всегда была слишком мягкой, Анетт, но именно это в тебе так привлекает. - Он поцеловал меня в макушку. – Знаешь, я купил для нас дом.

- А как же старая квартира?

- Я подумал, что войдя туда на тебя нахлынут плохие воспоминания и продал ее. – не сказать, что я рада этому, ведь мне нравилась та квартира, помимо горя, в ней было много счастливо проведенных минут. Амит говорил об этом вчера, но тогда я совсем не придала значения этому факту.

- Расскажи мне о доме. – закрывая глаза и откидываясь на грудь Амита, сказала я.

- О, он большой и очень светлый. Огромные окна, на подоконниках много цветов, за которыми ты будешь ухаживать. Каждая комната выполнена со вкусом, тем же дизайнером, что отделывал старую квартиру. Тебе обязательно понравится, я уверен в этом. Кстати, дом находится в двадцати минутах от города, там почти никого нет, лишь две семьи живут рядом. Помнишь, ты об этом мечтала. – я помнила, но это было до того, как Амит едва не убил меня. Почему в тот раз я выжила? Потому что меня вовремя спас Тони, если бы я жила так далеко – то не сидела сейчас в ванной, а была развеяна по ветру. Да, я верила Амиту, но опасения все же были, ведь я была знакома с его диагнозом. Оно чередуется с ремиссиями и обострениями... нет гарантии, что он полностью здоров как говорил. Стоит ли это того? Мне хотелось возразить и отказаться, но я не хотела расстраивать его. Не подав вида, что меня что-то беспокоит - я с улыбкой прошептала:

- О, это прекрасно...