4. Женщины

Через пару часов, когда послеполуденное солнце раскалило землю и воздух, Игорь понял, что скоро начнёт умирать с голода. Он решил в последний разок искупаться в реке, чтобы освежиться, а потом, собравшись с силами, пойдёт вытаскивать Дениса и Артёма из постели.

И только почти дойдя до реки, он вдруг вспомнил про Стаса. Он же остался тут утром, а с тех пор не появлялся. Несмотря на жару, его пробил холодный пот. Игорь бросился к мосту, в растерянности крутя головой, высматривая приятеля. Было глупо думать, что Стас до сих пор плавает, но все остальные мысли он гнал от себя. Конечно же, на поверхности воды никого не оказалось, течение лениво несло редкие листья, веточки, кое-где раздавался всплеск и шла лёгкая рябь то ли от рыбы, то ли от лягушек. Но никаких признаков человека.

Игорь перебежал на противоположный берег, где в последний раз видел Стаса, но и там, конечно, никого не увидел. Бестолково бегая кругами, Игорь заглядывал во все кусты, словно ожидая, что Стас забился в них. Потом он додумался позвать приятеля, но ответа не получил. Собственный голос показался Игорь таким одиноким среди звуков леса. Он уже прошёл вдоль берега пару сотен метров в обе стороны, цепляясь за надежду, что Стас просто валяется в траве и дрыхнет. Но казалось, что тут вообще никогда не было человека, будто никто из деревни не приходил сюда купаться.

— Ста-а-а-ас! — заорал он во всю глотку, чувствуя, как паника накрывает с головой.

И словно в ответ увидел светлое пятнышко на другом берегу, том, где шла дорога к деревне. Непонятно, как он не увидел сразу, когда обшаривал каждый куст, но в траве валялись кеды, футболка и шорты — те самые, в которых был одет Стас. Игорь вспомнил, как тот скинул с себя одежду перед тем, как упасть в воду, именно на этом самом месте. Значит, вещи никто не трогал уже много часов.

Значит, Стас не выходил из реки.

Как-то Игорь добежал до деревни. В голове не было ни единой законченной мысли — крутились бессвязные обрывки, ругательства и единственный вопрос: «Что делать?». Одно было понятно точно: произошло нечто непоправимое, то, что круто изменит его, Игоря, жизнь. От собственного малодушия становилось ещё поганее.

— Андрей! — только и смог он выкрикнуть, когда добежал до дома. Дыхание тут же сбилось, Игорь закашлялся и несколько секунд не мог выдавить из себя ничего, кроме надсадного кашля.

Вместо слов он уронил на землю одежду, которую притащил с собой.

— Стас. Пропал.

Андрей внимательно посмотрел на футболку. Он молчал, но Игорь чувствовал, что тот её узнал: светло-зелёная с дурацкой надписью «Реальный пацан».

— Может, он просто отошёл? — неуверенно спросил Андрей, но сразу замолчал.

— Я там всё осмотрел! — сорвался Игорь на крик, злясь на Андрея и одновременно на себя. — Он же не мог столько времени где-то голышом ходить!

Игорю хотелось заткнуть себе рот, потому что его переполняла злость и ненависть. С самого начала он не хотел ехать на каникулы в какую-то чёртову глушь, целый день париться в тесной машине без кондиционера, слушать сальные шутки Дениса и Артёма. Потом всё стало ещё хуже, когда они застряли в проклятой деревне. И наконец этот тупой придурок Стас пропал.

Он всегда старался подавлять подобные чувства, понимая, насколько они малодушны и трусливы, но ничего не мог с собой поделать. И сейчас ему было стыдно перед Андреем, всегда таким спокойным и уверенным в себе.

— Я приведу ребят, — сказал Андрей.

Судя по внешнему виду, Денис с Артёмом только что пробежали марафон. Она выглядели измотанными и вялыми, даже щёки впали.

— Мы все пойдём на реку, — коротко распорядился Андрей. — Игорь, а ты попробуй кого-то из местных позвать. Может, кто-нибудь верёвку одолжит.

— Да сам вернётся к вечеру, — сердито бурчал Артём, явно недовольный, что его отвлекли.

Игорь поразился, насколько у того изменился голос. Артём сипел, а не разговаривал нормально, словно долгое время вынужден был кричать и сорвал горло. У Дениса глаза были налиты кровью от полопавшихся сосудов, а отросшая щетина придавала лицу хищное выражение.

Игорь не мог выкинуть из головы образ своих спутников, даже когда искал помощь по деревне — настолько они показались ему чужими и дикими.

Дверь ему открыли только в четвёртом доме; в предыдущих трёх никто не отозвался на стук. Отворила полная женщина, которая уставилась на него немигающим взглядом, не произнеся ни слова.

— Здравствуйте, помогите, пожалуйста, — затараторил Игорь, путаясь в словах. — Мы из города, наш друг в вашей реке купался и пропал.

Женщина продолжала на него всё так же спокойно смотреть, не выражая никаких чувств. Игорь сглотнул, не зная, как себя вести. Неужели можно вот так равнодушно отказать человеку в помощи? В то же время он не знал, чего конкретно попросить. Чтобы она пошла вместе с ним на реку искать Стаса?

— У вас не будет верёвки? — нашёлся он наконец.

Толстая женщина молча вышла из дома, чуть не спихнув парня с высокого крыльца, скрылась в каком-то сарайчике и вынесла оттуда моток верёвки.

— Спасибо, — только и смог выговорить Игорь.

В следующем доме ему приоткрыла девочка лет тринадцати с тонкими косичками, которая в щёлку сказала, что мамы дома нет, и тут же захлопнула дверь. Потом он долго молотил в дверь и окна кирпичного дома, из трубы которого шёл дым, значит, внутри явно кто-то был. Но хозяйка обнаружилась в огороде. Молодая, не старше тридцати пяти, высокая женщина вышла из-за угла, стягивая с рук испачканные землёй перчатки.

— Чего тебе? — с раздражением спросила она.

— Мой друг у вас пропал... в реке, — Игорь так и не решился произнести страшное слово «утонул». — Помогите.

— Туда ему и дорога, — сквозь зубы процедила женщина, и её красивое лицо с породистыми чертами исказила уродливая ухмылка.

Умом понимая, что тут помощи искать смысла нет, Игорь всё равно на автомате спросил, не успев заткнуть себе рот.

— Может, ваш муж мог бы...

— Нет у меня мужа! — взвилась женщина, перекошенная от ярости. — Я его сама, своими руками, зарезала! А потом яйца ему оторвала!

Игорь бросился прочь, а вслед доносились проклятия на голову всем мужчинам на свете.

Прямо перед ним, откуда ни возьмись, вышла на улицу баба Аня. Старушка всё так же куталась в телогрейку, да ещё платок на голову повязала.

— К Людке заходил? — спросила она своим странно звонким голосом. — Это ты зря. Она бабёнка шебутная, может и лопатой приложить.

— Бабушка, помогите, пожалуйста, — прошептал Игорь, чувствуя, как теряет остатки разума. В этой деревне все были сумасшедшими, ни одного нормального человека. — У нас друг пропал, а всем всё равно.

— Ага, всё равно, — легко согласилась старуха. — Люди злые стали. Вот, когда Машеньку отчим насиловал, её мать даже не пошевелилась. Потом полиции рассказывала, что её дома не было. Машенька с тех пор, как из окошка прыгнула, тоже так говорит. Мол, нет дома мамы.

Совершенно не понимая, при чём тут какая-то Машенька, Игорь, боролся с желанием схватить старуху за плечи и встряхнуть, чтобы она прекратила нести ересь и подсказала, что делать. Но он зацепился за её последние слова.

— Бабушка, у вас тут телефон есть? А то сотовый не ловит.

Нужно было вызвать полицию. И пусть над ним потом посмеются, когда Стас найдётся.

— Не приедет сюда полиция, — покачала головой баба Аня. — Я тоже, помню, звонила-звонила, а они говорят, что, мол, не до тебя, бабка.

— А мужчины тут хоть есть?! — рявкнул Игорь на ней, понимая, что толку от полоумной старухи не добиться.

В ответ она только заливисто рассмеялась, демонстрируя ровные, явно вставные зубы.

— Да типун тебе на язык. Мужчин тут отродясь не было и не будет. Вот и вам бы сразу уехать. На этих словах она вдруг замолчала, серьёзно и пристально, совсем не по-старушечьи, посмотрела в глаза Игорю. — Только вот поздно уже. Конечно, кто ж от галкиных девок сам уедет.

«Сваливать надо отсюда», — думал Игорь, бегом направляясь к реке, так ничего и не добившись. Из всей помощи у него был только моток верёвки.

Остальные парни попеременно ныряли в воду, пытаясь отыскать тело. В ответ на вопрос Игоря Андрей только коротко мотнул головой.