Мы будем молчать

– Па...

– Не думаю, что в этом только твоя вина. Я чуть позже изучу молекулу того дождя, который шел. Иди работать, салага!

– Да, папа!, – изнутри на меня давило чувство вины, и с каждой минутой все четче прояснялась картина происходящего. Вот так просто убить весь мир... Я поплелась вниз, к Сюзен, а Пейдж поднялся к себе, забрать Эмили. – Спуститесь все ко мне, тут безопаснее. Проверьте обязательно двери...

– Не вешай нос, матрос, выберемся, иди завтрак готовь.

Слова папы не могли не радовать меня, он старался вселить в меня угаснувшую уверенность и поднять моё желание бороться, которое изрядно опустилось с приходом осознания. С другой стороны... Любимые мною люди ведь все ещё живы? Значит... Все хорошо..?
Я медленно спустилась в подвал и подошла к своей кровати, занятой Сюзен.

– Сюзи... Просыпайся, уже утречко.

– Да я и не сплю уже. Выкладывай, что там у вас произошло.

Чувство, будто я снова встречусь с осуждением, не покидало меня. В сердце так неприятно стало колоть, а на глаза накатываться слезы. Это не осталось без внимания со стороны моей тети.

– Мышонок, я никогда не обижу тебя, рассказывай.

– Давай... Дождемся всех. Это должны знать все...

– Тогда иди ко мне, – она подползла и села рядом, заключив в свои объятия. Не часто меня утешали, я редко знала эту любовь, это тепло, которое даёт родной человек.. она близка мне не кровно, а именно подсознательно. Я расслабилась в её руках и действительно успокоилась. Что бы ни случилось... Я защищу её.
Спустя пару минут пришли папа с Пейджем, ведущим за собой сестрёнку.

– Где еда? Еды не вижу... Еды нема...

– Да, па, прости, сейчас всё сделаю.

Я подбежала к маленькому столу, и стала заваривать чай, делая бутерброды, слушала их разговоры. Брат объяснил все за меня, он понял, что я могу зареветь в любой момент, и взял все на себя. Лишь изредка обращался за тем, чтобы подтвердить свои слова. Эмили слушала так, будто это сказка, Сюзи сосредоточилась и наверняка уже думала о дальнейшем выживании.

– Думаю, всем известно, что у таких тварей яд буквально везде. Они вас укусят - зараза внутри вас, вас поцарапали - вы уже труп. Любая царапина, полученная в бою, подлежит подозрению и вашей изоляции от группы, – закончил Пейдж.

– Что будем делать? Центров спасения наверняка нет, а зараза распространяется с огромной скоростью.

– Ты права, Сюзи, поэтому центр спасения будем делать сами, – Пейдж поднялся с места, потянулся и с горечью выдохнул, – Мы создадим свой Мир. Да, юный хи..., – отец толкнул братишку в бок, заставляя его запнуться и задуматься над сказанным, – п...прости, Сейджи..

– Ты все верно сказал, не нужно было запинаться, – я стояла к ним спиной и облокотилась обеими руками на столешницу с едой, – Кто хочет кушать?

– Давайте согласимся, жрать хотят все, – папа подошёл ко мне, спер бутерброд и чай и ушел обратно.

– А нам, а мы, мы тоже хотим!, – воскликнула Эмили и наигранно обиделась.

– Руки есть, ноги пока тоже – шуруйте!

– Ну и засранец же ты, – Сюзи поднялась и также взяла завтрак на двоих: им с Эмили.

– А я чё, как самый рыжий, голодным буду?, – непонимающе огляделся на всех Пейдж.

– Ты-то будешь, ага, – я протянула ему кружку с сладким чаем, – я сделала на всех, братец.

– Хоть ты обо мне заботишься, сестрёнка, – он поцеловал меня в мою светлую крашеную головушку, – спасибо.

– Можно скажу это всем здесь присутствующим?, – я замялась и на секунду задумалась, стоит ли вообще.

Еда была отложена, и на меня смотрели в ожидании. Раз начала, стоит и закончить.

– Люблю всех вас, и не знаю, что бы делала без вашей заботы, – я потупила глаза в кружку, которую держала на уровне живота и чувствовала тишину. Такую давящую, будто я сказала что-то странное. В действительности, наверное, так и есть.

– Мы будем рядом столько, сколько каждому из нас суждено, сестрёнка, – ко мне подошла Эмили и обняла за каждого находящегося здесь.

Они дали мне заряд той силы, которой как раз не хватало. Силы, чтобы собраться.

– Значит, будем бороться до конца?, – в надежде на положительный ответ я оглядела комнату.

– Раз, два, пять – наше время убивать!

– Пейдж воодушевился, солнышко, мне нравится, – папа подошёл ко мне и похлопал по плечу.

– Отлично, тогда... Нам необходимо оружие? Мне катаны нравятся, мы же можем их сделать, правда, Пейдж?

– ЭКХМ..., – он подавился бутербродом от неожиданности, – Сестрёнка, любимая моя Сейджи, я тебе чем должен это делать? Шумом привлекать других гоблинов?

– Железная балка и наждачная бумага или... Камушком специальным заточить?

– У тебя есть прекрасная бита, зачем делать катаны?

– Ну пожалей ты сестрёнку, братик... Ведь время отрезать пи..., – Сюзен закрыла маленькой Эмили рот ладошкой.

– Тихо, тихо, пупс, – она обратилась к девочке, – Ей ножичка хватит, будет по стелсу разносить, в кустах сидеть, – Сюзи улыбнулась Пейджу, давая понять, чтобы он сделал ещё и длинный нож.

– Я попробую собрать огнестрельное оружие, – отозвался отец и собрался подняться наверх, – сейчас берём хоть что-то в руки, чем можно защищаться, и идём в дом.

В итоге я все же взяла в руки свою биту, Пейдж отдал нож Эмили, а сам вбил в палку побольше гвоздей и сделал какую-никакую ручку. Сюзен с отцом ушли в мастерскую собирать детали для его задумки. Нам же велели осмотреть дом, так как Стивен и Лизи мы все ещё не видели. Возможно, в доме нас поджидают эти два клоуна.

– В доме наверняка большое содержание азота, который нельзя вдыхать, иначе я вас там потеряю, – сказала я моей группке, натягивая на нос черную тряпку, смоченную водой, – Так что вам тоже следует надеть маски.

Мы посчитали, что первым должен пойти Пейдж, он из нас сильнее, так что это будет безопаснее, нежели пускать вперёд меня или маленького ассасина. Я предупредила ее, что там может находиться ее мать (причем не в живом виде), на что последовала равнодушная реакция. Значит, не любит ее.

– Открывай, – скомандовал брат, и я распахнула входную дверь. Она не издала ни звука, что было нам на руку.
Мы вошли в темную, не освещенную, кухню, было также тихо. Мы повернули налево, в длинный коридор, где сквозь окна попадал кое-какой дневной свет. Эта тишина начала давить на уши, издавая звенящий звук, раздражающий меня. Нет следов ни крови, ни борьбы.... Где эта сладкая парочка?
Будучи настороже, мы чуть расслабились и стали идти как обычно. Дойдя до середины этого огромного дома, Пейдж остановился сам и жестом руки заставил сделать нас то же самое.

– Лизабет?

– Явились, лять, не запылились. Вы где шаро"битесь?, – в привычной недовольной манере предъявила нам моя любимая тетя, встав с дивана, – устала тут уже с этим укуренным алкашом сидеть. Торкнуло его знатно, – присутствие дочери ее совершенно не колыхнуло.

Она провела нас к связанному и сидящему на стуле дяде. Должно сказать, что выглядит он отвратительно, до рвоты отвратительно. Эмили, конечно, ещё рано было такое познавать, но уж что поделать. Трупов рядом с домом не было, мы с Пейджем утащили их подальше, чтобы не смущали. У всех гоблинов приблизительно одинаково разъело тело, а у этого центнера это выглядело особенно мерзко.

– Я его вазой по башке шибанула, он отключился, ну и пока был в трансе, я ему связывание организовала, – ее высокомерная манера словно испарилась, отчего я не узнавала Лизи.

– Лизабет... Как бы тебе так сказать... Это труп.

– Чё? Ты тоже под кайфом?

– Это ходячий труп, иначе говоря, зомбарь.

– О, как в фильмах? Прикольно я его укокошила, – сам себя не похвалишь, никто не похвалит.

– Да-да.... Как в фильмах. Тебя не покусали?

– Не для такого говнюка моя кожица такая прекрасная. Я цела.

Пока Пейдж вел диалог с тетей, Эмили разглядывала этот суповой наборчик.
Резко он открыл свои глаза, которые ещё не успели прогнить и начал рычать и харкаться странной субстанцией, похожей на смесь крови и гноя.

– Еб#ный телевизор!, – воскликнула Лизи, а Пейдж остался абсолютно равнодушным к происходящему, только хотел поднять палку.

Эмили сразу же вонзила свой нож в грудную клетку Стивена, а я занесла биту и снесла голову с петель одним мощным ударом. 

– Эмили... Да ты прям прирождённый киллер..., – я удивилась навыкам этой малютки.

– Оперативная работа, девчонки!, – похвалил нас братец.

– Спасибо, Пейджи!

– Я так понимаю, их надо угандосить как можно раньше, чтобы они не сожрали нас?, – вынесла окончательное решение Лизи

– Все верно поняла, пошли к отцу, наше дело здесь выполнено, – Пейдж повел нас к выходу, а сам на всякий случай поработал с головой Стивена до состояния пюре.