Глава 8

- Наклони, пожалуйста, немного голову, - прозвучала очередная просьба Бильбо, сопровождающаяся легкими
направляющими касаниями. Давно минул уже полдень, а они все еще не закончили, хоть и начали все
ранним утром. Несколько раз уже заглядывали особо смелые или
любопытные слуги, чтобы уточнить,
когда же все-таки подавать королю
завтрак, затем поздний завтрак, а последний визит нанес уже сам Бомбур, отвечающий теперь за все кухонные дела и питание королевской семьи в частности, на лице которого соседствовали и недовольство, и грусть, и даже злость. Прочие посетители или вовсе не осмеливались переступить
порога, или же ждали позволения войти, как и полагается всем приличным гномам. Исключением были лишь члены семьи и участники самоубийственной кампании к Горе, которые порой просто забывались на эмоциях и позволяли себе чуточку больше дозволенного.

- Ваше Величество! Ну сколько можно, право слово? Лечебные процедуры несомненно важны и полезны, но и про питание забывать нельзя! Откуда ж браться силам для борьбы с недугом? Вот скушаете супчик, закусите жареным мяском, и сидите тут хоть до самого вечера! Иль за Балином прикажете идти, будто Вам опять лет 40?

Бомбур залетел в королевские покои после совсем короткого стука, и с порога, не дожидаясь позволения войти, сразу же начал свой пламенный монолог о возвращении монарха на путь истинный, то есть путь регулярного полноценного питания. Однако стоило ему завернуть за угол, за которым и располагалось зеркало, как он резко прервался, смутился и дал заднюю, начав пятиться к дверям, довольно ухмыляясь в свои
шикарные длинные усы.

- Ну что же вы так, братцы? Сказал бы сразу, Торин, что ты не один, я б разве зашел? - перешел сразу же на
неформальный стиль общения Бомбур, хитро поглядывая на друзей. Бильбо продолжал шокировано переводить взгляд с одного на другого, пытаясь видимо, придумать веское оправдание всему произошедшему, а Торин же
сначала прикрыл глаза рукой, устало и немного раздраженно простонав через сжатые зубы, а потом вальяжно развалился, насколько это позволял пуфик, и уверенно вернул руку Бильбо на свои волосы.

- Я бы и сказал, мой дорогой друг,
если бы мне дали такую возможность, - пожурил он Бомбура, на что тот смущенно отвел взгляд и потеребил косичку, не зная куда деть не только руки, но и глаза.
Сцена, представшая перед ним, хоть и была крайне интересной, но и носила довольно интимный характер для гномов. - Обещаю, что посещу обеденные залы при первой же возможности, так что не
волнуйся об этом сам и передай остальным обеспокоенным.

- Тогда заглядывайте оба лучше сразу на кухни - там народу поменьше, и я как раз припрятал для тебя, Бильбо, твой любимый пирог.

Абсолютно довольный Бомбур почти покинул комнату, как вдруг обернулся и приглушенным голосом добавил:

- Буду нем как отрубленная голова
орка, или иначе питаться мне одними целебными корешками Оина до скончания веков.

Наконец хлопнула тяжелая дверь, оповестив об отбытии непрошенного гостя, и Бильбо позволил себе расслабиться, утыкаясь лбом в густые волосы Торина, наполовину уже заплетенные.

- Давай заканчивать, пока не заявилась еще и Дис с целью проверить жив ли я, а то вдруг ты уже утопил меня в купальне, не оценив поползновений на твою честь, а теперь пытаешься спрятать
мой труп.

Торин лишь кивнул и прикрыл глаза
наслаждаясь нежными пальцами,
проворно собирающими его волосы в различные косы и жгуты. Через несколько минут Бильбо вновь начал напевать какую-ту тихую спокойную мелодию, похожую на колыбельную.

***

Бильбо как раз вплетал очередную
резную бусину, украшенную мелкими сверкающими камушками, указывающую на социальный статус, как двери распахнулись в очередной раз, но
теперь без какого-либо предварительного стука и максимально широко. Торин уже чуть ли не рычал сквозь зубы, а Бильбо же на мгновение подумывал бросить свое занятие, но неожиданно даже для самого себя решил, что пусть думают, что им угодно, и продолжил спокойно плести волосы под ошарашенно-восторженным взглядом очередного гостя.

- Дядюшка! - воскликнул Килли, расплываясь в максимально хитрой и довольной улыбке.

- Полагаю, мне надо быть благодарным, что это ты, а не твоя матушка?

- Мама? О, к сожалению, ее тут нет, но как только мы встретимся я сразу же извещу ее, что ты хотел бы с ней увидеться! А если серьезно, то мне нужен Бильбо, я ждал его несколько часов, но он так и не покинул твоих покоев,так что пришлось посетить его здесь.

- Я? - Бильбо искренне удивился услышав причину, но тут же хлопнул себя слегка по лбу свободной рукой, - Документы, точно, я совсем запамятовал, что должен был передать их тебе после обеда. Какой сейчас час?

- Почти два по полудню, - бодро ответил Килли, обводя цепким взглядом комнату, подмечая каждую деталь.

- Ох, как же я мог забыть!

- Все в порядке, я тут как раз для того, чтобы обговорить изменение планов, а Балину я сам сейчас же передам текущую информацию, уверен, он войдет в положение, - Килли неопределенно обвел застывшую парочку руками и игриво подмигнул, вгоняя Бильбо в
краску.

- Я почти закончил, давай встретимся у Балина перед ужином, я как раз успею перепроверить все бумаги в последний раз.

- Договорились!

Килли еще раз широко улыбнулся и
выскочил в коридор, где его тут же
поймала и потащила к их комнатам
Тауриэль, которая не только хотела
устроить своему партнеру воспитательную беседу о приличиях, но и не прочь была узнать новости.

- Не личные покои, а проходной двор какой-то, - покачал головой Торин, за что тут же получил легкий хлопок по макушке от Бильбо, который как раз перешел к объединению кос между собой с помощью специальных шнурков. - Когда он уже повзрослеет? Жениться успел, а ума поднабраться забыл!

- И за это мы его и любим - за его
открытость, непоседливость и
непосредственность.

Бильбо потянулся за последним
шнурком, наклоняясь через плечо задумавшегося о дополнительном замке на дверях Торина, при этом невольно прижимаясь к его спине грудью и обжигая шею горячим дыханием.

Но вот последняя коса была
завершена, и Бильбо принялся прочесывать свисающие распущенные волосы, в очередной раз восхищаясь их густотой и мягкостью и с грустью отмечая, как много седины прибавилось с их первой встречи, которая произошла
много лет назад на другом конце
Средиземья, будто бы в совсем другой жизни.

- Готово, - довольно провозгласил
Бильбо, отходя на несколько шагов
назад и любуясь проделанной работой. - Вы вот так каждый день по несколько часов посвящаете волосам?

- На самом деле нет, ты сейчас плел
вариант, подходящий больше для
официальных встреч, приемов
праздников, существует упрощенный вариант, где некоторые косы и переплеты объединяются в одну, главное
облюсти количество и расположение бусин. Я позже научу тебя.

Торин встал с пуфика и подошел к
Бильбо, минуя зеркало, и привлек его к себе, прижимая к груди сильными руками.

- Спасибо, - выдохнул он шепотом в чувствительное заостренное ухо. Бильбо чуть было не простонал, но в последний момент сдержался, прикусывая губы и сильнее вцепляясь в рубашку Торина. - Как только я поправляюсь, я хотел бы
заплести тебе самые прекрасные косы, украсить их совершенно особенными бусины, которые я сделаю сам, чтобы все сразу видели, что мы принадлежим друг
другу. Позволишь ли ты мне?

Бильбо слегка отстранился и убрал одну руку с пояса Торина, но лишь для того, чтобы взяться за самую обычную косу заплетенную у самого лица. Косу, в которую вплетаются помолвочные и брачные бусины. Он аккуратно провел по ней большим пальцем до самого кончика, представляя, как на ней смотрелась бы бусина, и довольно улыбаясь этой мысли. Раньше, чем Торин начал беспокоиться из-за затянувшейся
паузы, он отпустил ее и положил руку Торину на лицо, аккуратно прослеживая сначала линию скул, а затем легонько нажимая на складку между нахмуренных в тревоге бровей.
В последний миг он взглянул тому в
глаза, стремясь поделиться своей
уверенностью и спокойствием, и плавно качнулся вперед, замерев возле самых губ, опаляя их сбивчивым горячим дыханием.

- Ты можешь делать все, что только пожелаешь.

Услышав заветные слова, Торин
сократил последнее ничтожное расстояние между их лицами и прижался к его губам своими, поразительным образом сочетая нежность и жадность, напор и заботу. Одну руку он переместил Бильбо между лопаток, а другую
погрузил в манящие кудряшки. Он то сминал мягкие податливые губы, порой даже слегка покусывая их, то проводил по пострадавшему месту языком, будто извиняясь за причинённую грубость.

Бильбо будто плавился в его руках. Он охотно отвечал и проявлял инициативу, но когда грубые пальцы взялись за его чувствительное ухо, проводя от самого основания до заостренного кончика, то он уже не выдержал и застонал прямо в поцелуй, прижимаясь еще ближе и непроизвольно потираясь об партнера, чем вызвал довольный полустон-полурык.

- Если... Ах... Если мы не хотим, чтобы все обитатели стали свидетелями еще этому, то... - Бильбо отстранялся, чтобы
сделать вдох и закончить фразу, еще несколько раз, но Торин раз за разом вновь находил его губы и продолжал толкать его его в в сторону кровати. Наконец Бильбо нашел в себе силы и желание отстраниться от него на достаточное расстояние, уперся слегка руками в грудь, не причиняя боли, но и сдерживая очередной порыв, и закончил фразу сбивающимся голосом, заглядывая в подернутые поволокой страсти синие глаза, - то нам следует хотя бы сейчас закрыть дверь.

Торин оценивающе посмотрел на Бильбо, затем на дверь, опять на Бильбо, мотнул головой и вновь приник к манящим губам, продолжая толкать в заданном направлении. Остатки здравого смысла просто вопили, что не стоит этого делать, но и они быстро затихли под напором, вытесняющим из головы абсолютно все мысли.