Часть 28

Он не обнимал ее и не держал за руку, когда в четверг вечером они сидели на улице позади ее родителей и сестры с Трентом и смотрели «Шэг». И потому, когда герои на экране начали целоваться, а он наклонился и потерся носом о ее ухо, у нее перехватило дыхание - от неожиданности, облегчения и удовольствия.

- Поедем потом ко мне, - произнес он тихо.

- Завтра я уезжаю в Мертл-Бич, - прошептала она в ответ, стараясь не всхлипнуть от ощущения его губ на своем ухе. Его дыхание было таким жарким, что сердце ее застучало быстрее, а кожу начало покалывать.

- Все равно. Я отвезу тебя домой, когда захочешь.

Саванна сделала глубокий, прерывистый вдох. Она хотела его. Очень. Сильнее чем кого бы то ни было до него - будь то напористые мальчики в старшей школе, университетские умники или искушенные мужчины в Нью-Йорке. Никто из них не затронул ее сердце так, как Ашер. Ни с кем из них она не чувствовала себя так, как с ним. Да, возможно, он с нею не навсегда, но чему бы ни предстояло случиться после выхода статьи, пусть всякое промедление отправляется к черту. Она хотела быть с ним прямо сейчас.

- Хорошо.

Он выдохнул рядом с нею и нашел ее руку, а она пропустила сквозь его пальцы свои и не противилась, когда он устроил их руки у себя на бедре. Оно было горячим и твердым, и в животе у Саванны разлилось возбуждение. Сосредоточиться на фильме больше не представлялось возможным. Ей хотелось одного: запрыгнуть в его шикарный автомобиль, поехать к нему домой и позволить увести себя в спальню.

Она придвинулась к нему на низком диванчике для двоих, где они сидели, чтобы ее рот оказался поближе к его уху.

- Ашер.

- Саванна.

Он смотрел на экран, но его грудь вздымалась более сдержанно, чем несколько минут назад, а челюсть была напряжена. Его ладонь стала сжимать ее руку ощутимо сильнее, и она наклонилась к нему, овевая его ухо своим дыханием.

- И кстати... я поняла, что ненавижу... сбавлять скорость.

- Нас таких двое, - ответил он с хрипотцой в голосе.

Саванна нежно прикусила мочку его уха.

- Я могу остаться на всю ночь.

Он вздрогнул и смочил губы, но она ощутила шевеление в его джинсах рядом со своей рукой и постаралась сдержать усмешку. Его мысли были такими же порочными, как у нее.

- Я только за.

- Но секс пока что по-прежнему исключен.

Высунув язычок, она лизнула чувствительную кожу под его ухом, и он чуть слышно застонал.

- Очень жаль.

- Не жадничай, - поддразнила его она.

Она много думала об этом. Проблема заключалась в том, что рубеж, на котором они с Ашером могли заняться ни к чему не обязывающим сексом, был пройден несколько дней назад. Теперь же между ними витало слишком много чувств - сильных, еще не сформулированных чувств, которые могло разрушить любое недопонимание. Нравятся ли они друг другу? Да. Есть ли между ними страсть? Боже, еще какая. Но все остальное по-прежнему было под вопросом. Она не была его девушкой, и между ними не было никаких обязательств. Секс на этом этапе мог разбить ей сердце. И поскольку после предательства Патрика чувства Саванны были еще слишком ранимы, она не могла так скоро рисковать своим сердцем во второй раз. Только не с Ашером, который с каждым днем значил для нее все больше и больше. Она сомневалась, что сумеет оправиться, если он причинит ей боль, и это обстоятельство пугало ее сильнее всего.

- А что-нибудь еще исключено? - спросил он, его ноздри трепетали, а взгляд оставался прикован к экрану.

Саванна наклонилась, вновь задевая его ухо губами.

- Нет.

У него перехватило дыхание, и он, стиснув ее ладонь, медленно повернул к ней лицо.

- Мы уезжаем. Немедленно.

Низкий, настойчивый звук его голоса вызвал в глубине ее тела спазм предвкушения. Она закусила нижнюю губу.

- Ты разве не хочешь досмотреть...

- Нет.

Неистовое желание в его глазах - отражающее, наверное, ее собственное - было заметно даже в неярком свете кинопроектора. Они не притрагивались друг к другу с субботнего пикника, и им предстояло расстаться на целых три дня. Она видела: он хочет оказаться с нею наедине так же сильно, как она хочет того же.

Он встал, приняв решение за них обоих, и увлек ее за собой. Они прошли мимо Скарлет и Трента, которые сидели, прижавшись друг к дружке, на скамье перед ними, и остановились за креслом Джуди.

- Мама, - шепнула Саванна матери, наклонившись и взяв ее за плечи. - Мы уходим. У Ашера заболела голова.

Джуди отвела взгляд от экрана и с тревогой оглянулась на Ашера.

- О, Ашер. Милый, мне так жаль. Но вы ведь еще придете к нам?

- Да, мэм. И спасибо, что пригласили.

- Я вернусь поздно, мама, - сказала Саванна ровно. - Не жди меня.

Не успела Джуди ответить, как Саванну уже увели. С колотящимся сердцем она села в машину, и Ашер, вырулив на дорогу, свернул в сторону дома.

***

Они ехали в полном молчании, горячее напряжение между ними было таким плотным, что его можно было резать ножом, пока Ашер, переключая скорость с третьей на четвертую, с четвертой на пятую, мчался по темным, узким дорогам домой. Ужасные слова «давай сбавим скорость» терзали его с самого воскресенья, и с учетом трех долгих дней разлуки, маячащих впереди, он не мог упустить шанс побыть с нею наедине. Его выводил из себя тот факт, что она отправится в Мертл-Бич в компании красивых парней, поэтому единственное, что ему оставалось, это сделать так, чтобы в ее голове не осталось места ни для кого, кроме него.

Когда он наконец остановил машину на подъездной дорожке и выключил двигатель, наступила оглушительная тишина. Он откашлялся, еле удерживаясь от соблазна коснуться ее прямо сейчас.

- Я рад, что ты согласилась поехать со мной.

Она сделала глубокий вдох и перевела взгляд на дом.

- Невыносимо думать о том, что мы не увидимся до понедельника.

Он накрыл ее щеку ладонью и повернул к себе лицом.

- Мне тоже.

Склонившись, он прихватил губами ее верхнюю губу, а когда она с тихим стоном прильнула к нему, позволил пальцам погрузиться в ее волосы. Она взяла его лицо в свои бережные ладони, и поцелуй стал глубже. Ашер целовал ее и улыбался, потому что на вкус она была как попкорн. Он и не знал, что фильмы бывают такими сладкими.

- Я уже начинаю скучать, - пробормотал он, покрывая легкими поцелуями контур ее лица.

- Я тоже, - вздохнула она и откинула голову, открывая его губам и языку доступ к своему горлу. - Понедельник и среда были адом. Я приходила сюда и никак не могла сосредоточиться на интервью, потому что мечтала, чтобы ты целовал меня так, как сейчас. Я хотела, чтобы ты схватил меня в охапку, поцеловал и сказал: «Саванна, к черту медлительность». Ужасно чувствовать так много всего и так скоро.

Она тяжело задышала, уткнувшись ему в шею, когда его рука прошлась по ее грудям и проникла под низ ее черной футболки. Ее живот был таким теплым и мягким, что он расправил ладонь, наслаждаясь теплом ее кожи, прежде чем скользнуть выше и смять ее грудь. Она ахнула ему в рот, лишая его дыхания.

- Саванна... - простонал он. Она нежно куснула его за верхнюю губу, а ее сосок под кружевом лифчика стал твердым, как камушек. - Как же ты меня возбуждаешь.

- Наверх, - прошептала она. - В твою постель. Немедленно.

Задыхаясь, он оторвался от нее. Не сводя с нее глаз, открыл дверцу, потом обошел машину и открыл дверцу с ее стороны, а когда она вышла, не смог совладать с собой и, не говоря ни слова, привлек ее к груди. И поцеловал в лунном свете медленно и глубоко. Он никогда еще не испытывал подобную страсть. Он попытался разобраться, почему она затронула его так глубоко - не потому ли, что у него слишком долго ничего не было? - и ответ пришел быстро. Да, держать в объятьях прекрасную девушку было замечательно, но его чувства были связаны не просто с некой абстрактной девушкой.

Они были связаны с Саванной.

С Саванной, которая пришла в его дом с тарелкой брауни, когда весь город от него отвернулся. Которая, знакомясь с ним, подала ему левую руку. Которая пахла лимонами, любила книги и вернулась домой, чтобы спрятаться. С Саванной, которая была кремнем для его кресала - чувственная, умная и полная огня. С Саванной, которая была теплой и податливой в его объятьях, разрешала ему целовать себя и каким-то непостижимым образом хотела его так же сильно, как хотел ее он.