Том 1. Глава 25. Обратный отсчет (1)
Линь Цзюэ в отчаянии смотрел на лежащего на полу Сун Ханьчжана, пока не вспомнил об антителе.
Все в порядке! Пока антитело у него, все будет в порядке. Теперь речь шла о Лю Шане и Гао Ифэй, которые стояли на пути между ним и Сун Ханьчжаном.
Линь Цзюэ настороженно посмотрел на них двоих:
– Не двигайтесь, или я выстрелю.
– Антитело... Дай мне антитело... – пробормотал Лю Шань и ошеломленно сделал шаг вперед.
– Стоять! – Линь Цзюэ усмехнулся. – И не мечтай! Ты и вправду веришь, будто я отдам его тебе?
– Почему ты так сильно доверяешь Сун Ханьчжану? Вы знакомы всего одну ночь! Что в нем такого?! Что хорошего в таком хладнокровном, эгоистичном человеке, как он? Почему ты доверяешь ему? – Гао Ифэй печально посмотрела на него и медленно поднялась с пола.
– Заткнись, или я убью тебя первой! – оборвал ее Линь Цзюэ.
Гао Ифэй уставилась на него широко раскрытыми глазами, словно была не в силах понять, как он внезапно превратился из колеблющегося парня в решительного монстра.
Лицо Лю Шаня было бледным, его пустые и потерянные глаза напомнили Линь Цзюэ о том, как выглядела Чжоу Юйсю, прежде чем мутировала. У него оставалось не так уж много времени.
Что ему делать? Он не мог пройти мимо Гао Ифэй и Лю Шаня, чтобы дать Сун Ханьчжану антитело, если только не сможет каким-то образом поразить их обоих. Для этого потребовалась бы удача, подобная той, что была у него на крыше.
Такая удача, что он не осмелился бы поставить на нее дважды.
Внезапно Линь Цзюэ встретился взглядом с Сун Ханьчжаном.
Он очнулся.
Линь Цзюэ продолжал направлять пистолет на двух других, словно вообще не видел Сун Ханьчжана. Он снова заговорил, чтобы привлечь их внимание:
– Когда тебя укусили?
Лю Шань нахмурился и прорычал:
– Не твое дело, просто отдай мне антитело! Где ты его спрятал?
Сун Ханьчжан беззвучно оттолкнул лежащий на нем труп зомби и, осмотрев рану, медленно поднялся с пола. Из-за раненой лодыжки он сильно завалился набок, но был в состоянии двигаться. Лю Шань и Гао Ифэй не знали, что он уже в сознании, и все еще разговаривали с Линь Цзюэ.
– Вы уже обыскали мои карманы. Его там нет. Я уже использовал его. – Линь Цзюэ коснулся своего правого плеча левой рукой, словно там была несуществующая рана.
– Не лги нам, обе твои руки двигаются совершенно нормально, тебя не могли укусить! – Гао Ифэй сразу раскусила ложь. – Если антитела нет в карманах брюк или в куртке... его рубашка! Оно должно быть в кармане рубашки!
Холодные глаза Лю Шаня переместились на грудь Линь Цзюэ, словно проникая сквозь куртку, чтобы увидеть спрятанное там антитело. Он ухмыльнулся и как раз собирался заговорить, когда острый кинжал прижался к его шее.
Глаза Лю Шаня немедленно расширились, губы задрожали, он не мог говорить.
Прозвучал холодный голос Сун Ханьчжана:
– Будь осторожен с Лю Шанем. У него есть способность, похожая на телепортацию, именно так он меня и повалил. Награда Гао Ифэй все еще неясна, так что не теряй бдительности.
Линь Цзюэ прищурился. Так вот что произошло.
Противостояние между ними приняло другой оборот. Теперь кинжал Сун Ханьчжана был приставлен к шее Лю Шаня, а пистолет Линь Цзюэ был направлен на Гао Ифэй.
Антитело все еще было в руках Линь Цзюэ.
Как ни посмотри, они победили.
Лицо Лю Шаня побледнело, тело задрожало, но он по-прежнему неподвижно смотрел на Линь Цзюэ:
– Антитело...
Линь Цзюэ крепче сжал пистолет:
– Я же сказал тебе, прекрати мечтать. Я не отдам его тебе.
Оно было нужнее Сун Ханьчжану.
– Ты предпочтешь спасти Иуду, нежели честного человека? – Гао Ифэй опустила голову и печально спросила.
– О? Так значит, за те несколько минут, что я был без сознания, меня не только укусил зомби, но и превратили в Иуду? – холодно спросил Сун Ханьчжан, упрямо глядя на Гао Ифэй.
– Не притворяйся! Думаешь, сможешь водить всех за нос в своей игре? Я не такая идиотка, как Лин Цзюэ! – внезапно закричала Гао Ифэй, обиженно глядя Сун Ханьчжана.
– Неважно. Я не заинтересован оправдываться, особенно перед теми, кто вынашивает недобрые намерения.
Гао Ифэй усмехнулась:
– Конечно, продолжай очернять нас¹. Теперь, когда тебя тоже укусили, а антитело только одно, ты откажешься от своего шанса? Поди только и думаешь о том, как избавиться от нас с Лю Шанем!
– Не имеет никакого значения, укусили меня или нет. – Сун Ханьчжан взглянул на время. – Уже пять. Мы вышли из лабиринта ровно в половину и провели по меньшей мере двадцать минут за карточной игрой. Лю Шаня уже не спасти. В инструкции было четко написано, что антитело действует только в течение сорока пяти минут. Уже слишком поздно.
– Нет! Невозможно! – пронзительно закричал Лю Шань, протягивая руку к Линь Цзюэ, совершенно забыв о кинжале у своего горла. Его онемевшие, бледные пальцы дрожали в воздухе, словно цепляясь за последнюю надежду. Клыки уже пронзили его синие губы, и от него исходил слабый запах гнили, означающий смерть другого живого существа. Оказывается, существует нечто похуже смерти.
Линь Цзюэ понял, что он намного спокойнее, чем ожидал. По сравнению с его нерешительностью из-за мутации Чжоу Юйсю, то, что он чувствовал прямо сейчас, можно было даже назвать покоем.
Когда-то они были даже похожи, те же сомнения, те же заботы. Предполагалось, что они будут друзьями.
Но некоторые люди не достойны его доверия.
Они должны умереть.
В этот момент Гао Ифэй внезапно перекатилась вперед, левой рукой схватившись за правое запястье, а правой подняла деревянный шест, который Линь Цзюэ бросил на пол, и швырнула шест в него. Линь Цзюэ инстинктивно выстрелил в нее, но ее окружила сфера бледного света, и, словно попав в какой-то металлический механизм, пуля издала отчетливый звук «дзинь» и отскочила. Гао Ифэй была совершенно невредима. Она злобно улыбнулась и сильно ударила деревянным шестом по его руке – пистолет выскользнул.
Гао Ифэй еще раз взмахнула шестом, и Линь Цзюэ упал на пол, захваченный врасплох. Он несколько раз перекатился, и антитело выскользнуло из кармана его рубашки, покатившись по полу.
Линь Цзюэ потянулся за ним, но Гао Ифэй отреагировала еще быстрее. Она бросила деревянный шест в сторону антитела, и от удара колбочка откатилась под перила эстакады и перевалилась через край, исчезнув вместе со всеобщей надеждой.
– Нет!.. – Лю Шань в отчаянии вскрикнул, не веря своим глазам, когда понял, что антитело исчезло.
Сердце Линь Цзюэ упало.
– Пусть уж лучше никто его получит, чем позволить тебе использовать его на нем. Ха-ха-ха, разве не здорово? Лю Шань умрет, но ты, Сун Ханьчжан, ты должен умереть вместе с ним!
Гао Ифэй держала свое запястье левой рукой. На ее правом запястье было кольцо с черными рунами, и она была окружена сферой бледного света, особенно яркого в темноте.
– Что это за умение? Психический барьер? Абсолютная защита? – Голос Сун Ханьчжана звучал холодно.
Линь Цзюэ не удержался и повернулся, чтобы посмотреть на него. По сравнению с Лю Шанем, стоящим на коленях на полу, на грани нервного срыва, Сун Ханьчжан казался слишком спокойным, настолько спокойным, что казалось, он даже не знал, что умрет.
– Угадай! – Гао Ифэй хихикнула и отступила, пока ее тело наполовину не скрылось в тени коридора. – Не нужно пытаться, ты уже пробовал. Пули не могут пробить барьер.
– Но есть ограничение по времени, верно? – заметил Сун Ханьчжан.
– У меня достаточно времени, чтобы пробраться сквозь толпу зомби. Вместо меня тебе следует беспокоиться о себе. – Гао Ифэй холодно посмотрела на Сун Ханьчжана, даже не потрудившись скрыть свою злобу. – И Лю Шань, если ты все еще в сознании, используй этот шанс, чтобы откусить от них несколько кусочков. Может быть, тебе удастся утащить с собой еще кого-нибудь. Лучше иметь спутника по дороге в загробный мир², нежели идти одному.
С грохотом пуля снова отскочила от барьера. Линь Цзюэ держал пистолет и свирепо смотрел на нее.
Гао Ифэй слегка улыбнулась, прежде чем выбежать в коридор. Слабый круг света осветил темноту, затем полностью исчез.
Линь Цзюэ медленно опустил пистолет и бесстрастно повернулся к Лю Шаню.
Гнев и жажда убийства, бушующие в его сердце, заставляли его тело дрожать. Это не имело ничего общего со страхом.
– Нет, не убивай меня! – Голос Лю Шаня был похож на шипение, вырывающееся из поврежденных голосовых связок. Он карабкался по полу, на его лице была смесь страха и ужаса.
Линь Цзюэ ничего не сказал и спокойно посмотрел на него.
Давление тишины и удушье от приближающегося конца его жизни заставили Лю Шаня начать терять рассудок. Словно отгоняя какого-то монстра, он размахивал ножом перед собой, его мутировавшее лицо корчилось и рычало в лунном свете.
Линь Цзюэ поднял с пола деревянный шест и шаг за шагом направился к Лю Шаню.
Лю Шань внезапно вскрикнул и прижал правую руку к левому запястью.
– Осторожно!
Линь Цзюэ немедленно развернулся и взмахнул деревянным шестом. Лю Шань врезался в перила, дрожа и моля о пощаде.
– Хочешь убить меня? – тихо спросил Линь Цзюэ, указывая древком на Лю Шаня, гвозди, окрашенные в красный цвет кровью зомби, блестели в лунном свете.
Половина тела Лю Шаня свесилась через перила, его рот бормотал неясные мольбы о пощаде.
– Нет, я больше не причиню тебе никаких неприятностей! Отпусти меня, пожалуйста, отпусти!
– Нет. – Линь Цзюэ спокойно, даже мягко отверг его. – В следующий раз я буду очень занят, настолько занят, что у меня не будет времени разбираться с таким мусором, как ты. Да и если отпущу тебя, ты будешь преследовать меня, чтобы укусить. И мне не будет покоя.
Линь Цзюэ медленно поднял голову, его лицо было пугающе спокойным. Без единой эмоции в лунном свете.
Он вздохнул:
– Я действительно сожалею, правда. Сожалею, что не убил тебя раньше.
Гвоздь остановился в нескольких дюймах от лица Лю Шаня. Его и без того выпученные глаза и перекошенное лицо выражали ужас и страх смерти.
– Я убил довольно много зомби этим предметом. Теперь вот еще одного, – беспечно сказал Линь Цзюэ.
С тошнотворным хрустом металлический гвоздь вонзился в глаз Лю Шаня, перебросив большую часть его тела через перила. Он откинулся назад, оторвав ноги от пола, размахивая руками с черными когтями.
При повороте запястья гвоздь мгновенно пронзил его мозг, и Лю Шань перевалился через перила.
Тяжелый стук, за которым последовали рычание зомби и шаги. Крики, которые становились все слабее, смешивались с нарастающим чавканьем. Линь Цзюэ спокойно смотрел на толпу зомби, пирующих на траве, и чувствовал отвращение.
Но он больше не мог найти то, что почувствовал тогда в библиотеке.
Пути назад не было.
Примечания переводчика:
[1] «泼脏水» (pō zāngshuǐ) – создавать слухи, клеветать (букв. поливать грязной водой).
[2] «黄泉» (huángquán) – загробный мир. По-другому еще называют «Желтые источники» или «Девять источников» (九泉 – Jiǔquán). В представлениях китайцев это древнее место, куда отправляется душа умершего.