Аня

Арчи. Даже сейчас, когда я пишу это, это имя вызывает во мне странный коктейль эмоций. Ненависть? Да, конечно. Раздражение? Без сомнений. Но... что-то еще. Что-то, что я упорно пытаюсь игнорировать.

Мы знакомы с рождения. Не просто знакомы – мы росли вместе. Общая песочница, один детский сад, одна школа… И бесконечная война. Его двоюродная сестра Даша, Данина девушка, а теперь уже жена, постоянно нас подкалывает: "Ну что, воюете? Долго еще будете?"

Иногда хочется сказать "Да, вечно!". Он же псих! Всегда им был. С самого первого дня, когда он разрушил мой замок в песочнице. Я помню, как сейчас этот мелкий чертенок, ухмылялся, вытирая песок с лица. "Киса!" – крикнул он тогда. И это прозвище, это унизительное "киса" преследует меня до сих пор.

В школе… О, это была отдельная песня. Арчи был гением по части мелких пакостей. Подкладывал лягушек, менял местами соль и сахар, рисовал усы на моих фотографиях… Я, конечно, не оставалась в долгу. Но все равно, иногда, чувствуешь себя жертвой.

Он раздражал меня до бешенства. Его настойчивость, его глупые шутки, его самодовольство… Но, странно, иногда он вызывал во мне и другие чувства. Когда я сломала руку, он сидел у моей кровати каждый день, читал мне глупые книжки и не отходил ни на шаг. После неудачной контрольной он молча протягивал шоколадку. А когда я плакала из-за разбитой колбы на химии, он обнял меня и шепнул: "Ты же моя киса, ты все исправишь." И в этот момент, я почувствовала себя… странно. Защищенной? Да. Но еще… что-то другое.

Он знает меня лучше, чем кто-либо. Знает мои страхи, мои комплексы, мои слабости. Он знает, как меня рассмешить, как вывести из себя, как поддержать. Он знает, что я люблю читать, что я боюсь темноты, что я мечтаю стать архитектором.

И он любит меня. Это очевидно. Его взгляд, его прикосновения, его забота… Он не стесняется своих чувств. Дарит цветы, пишет стихи, делает все возможное, чтобы быть рядом. А я… я отталкиваю его.

"Псих!" – говорю я ему. И в этот момент я ненавижу себя. За то, что не могу ответить взаимностью. За то, что не могу принять его чувства. За то, что боюсь этой самой взаимности.

Он мой друг. Мой враг. Моя головная боль. Мой… дом? Не знаю. Я сама не знаю.

Я не понимаю, что со мной происходит. Арчи – часть моей жизни, неотъемлемая часть. Без него было бы… пусто. Но, вместе с ним… слишком много.

Я вижу его в каждом углу, чувствую его взгляд на себе. Он всегда рядом, всегда готов прийти на помощь. Но я не хочу, чтобы он был рядом. Хочу, чтобы он ушел. И чтобы остался.

Что же это такое? Почему я не могу просто сказать ему "да"? Почему я так боюсь этого?

Может быть, потому что, глубоко внутри, я понимаю, что "псих" и "киса" – это не просто детские прозвища. Это наша история. Это мы. И, может быть, именно поэтому я не могу его отпустить

Тот вечер… Он до сих пор стоит у меня перед глазами. Даша, ее родители и Арчи. Я помню, как ввалились в гости, а мы с Арчи, как обычно, остались в моей комнате. Странно, но тогда мы ни разу не поссорились. Обычно, даже если мы просто сидели в одной комнате, обязательно находился повод для стычки. А тут – тишина и спокойствие. Мы что-то там строили из конструктора, смотрели мультики, потом вдруг стали рассказывать друг другу истории. Самые дурацкие истории на свете, но почему-то смешно было до слез.

Помню, как за окном темнело, зажглись фонари, а потом мы просто уснули. Уснули, обнявшись, укрытые одним одеялом. Никто из нас не планировал этого, просто так вышло. Когда проснулась, первым делом увидела его. Он спал, свернувшись калачиком, и выглядел таким… беззащитным. Впервые, наверное, я увидела в нем не психа, а просто маленького мальчика. И мне стало так тепло на душе, что я сама не поняла.

Даня с Дашей тогда были уже большими. Им было по шестнадцать, а нам – всего по шесть-семь. Они носились по дому, заливаясь смехом, и строили планы на лето. Они были влюблены, и это чувствовалось во всем. Они были для нас примером, воплощением мечты о большой любви.

Именно они тогда нас и сфотографировали. Сделали это тайком, наверное, потому что, когда мы проснулись, их уже не было. Но спустя много лет, эта фотография всплывала то у Дани, то у Даши, то даже у моих родителей. Смешная и трогательная фотография. Два маленьких чумазика, спящих в обнимку, – киса и псих.

Помню, как Даня однажды показал мне эту фотографию и, улыбаясь, сказал: "Вы всегда были вместе. И, как ни крути, будете вместе всегда." Даша только поддакивала, закатывая глаза. "Ну что, Анька, признавайся, в кого ты в детстве была влюблена?"

Я тогда смутилась и отмахнулась. "В куклу! В конструктор! В мороженое!"

Но в глубине души… Я помню, как тогда почувствовала себя по-другому. Не так, как обычно. Не как враги. А как… друзья? Да. Друзья, которые спят рядом, укрытые одним одеялом.

А потом были годы, когда мы пытались забыть об этом. Пытались вернуться к привычной вражде, к подколам, к обидам. Но иногда, в самых неожиданных моментах, я вспоминала эту фотографию. Вспоминала теплую руку Арчи, его сопящее дыхание, его беззащитный вид. И что-то внутри меня дрожало.

Я не знаю, что это было тогда. Может быть, детская привязанность. Может быть, просто усталость от постоянной борьбы. Может быть, даже… что-то большее.

Сейчас, когда мы уже взрослые, Даша и Даня постоянно напоминают нам об этой фотографии. Намекают, подмигивают, смеются. А я… Я чувствую себя неловко. Мне хочется смеяться, отмахиваться, делать вид, что это всего лишь детская глупость. Но в то же время, я чувствую… ностальгию. И какое-то непонятное тепло в груди.

Может быть, Даня и Даша правы? Может быть, мы всегда были вместе? Может быть, мы всегда будем вместе?

Я не знаю. Я просто знаю, что этот псих… этот мой враг… он занимает слишком много места в моей жизни. И я не знаю, хочу ли я от него избавиться.