Часть 3

Выехали они немедленно. Эдвард оседлал чёрного жеребца, судя по экстерьеру - редкой породы, выведенной на севере человеческой империи. Жеребец был высок, отличался горделивой статью, красивым изгибом мощной шеи. Нэй залюбовался животным, про себя гадая, как тот оказался у Эдварда. В целом, он не узнал ничего о своем пленителе. Судя по дорожной одежде и видавшим виды сапогам, человек не был богат. Но потратить двести золотых на раба! Да ещё и разъезжать на ТАКОМ звере...
Зверь будто услышал мысли и покосился на него лиловым глазом. Нэй оглядел поляну и с сожалением отметил, что ему придется идти пешком.
Дорога уходила в глубь чащи и лес был на столько густой, что кроны нависали над трактом, порой даже закрывая небо. Поднималось солнце, за ним приходила жара. Эльф молча шел следом за лошадью, стараясь не обращать внимание на пораненые о дорожные камни ноги.
- Слушай, сладкий. - первым нарушил тишину Эдвард.
Эльф невнятно хмыкнул в ответ. Огрызаться, что он не сладкий, ему уже порядком надоело, и Нэй решил, что ему не остаётся ничего другого, кроме как быть выше этого. Жара не располагала к разговорам, натруженные ноги болели, и по лбу то и дело скатывались струйки пота.
- Скажи мне, венценосный, чем ты занимался до войны?
- Учился не обращать внимания на глупые вопросы.
Нэй тут же ощутил болезненное жжение браслета, предупреждающие, что проведение его вновь не достойно благовоспитанного раба и болезненно поморщился.
- Увлечения? - продолжил человек
- Увлекаюсь глупыми вопросами, пожалуйста, продолжай. - Фыркнул он в ответ, ожидая жжения вновь, но его почему то не последовало.
Эльф поднял глаза на человека и увидел ехидную улыбку.
- Мазахизм тоже входил в число твоих увлечений? Зачем ты язвишь, если знаешь, что за этим последует?
- А ты ожидал, что желая избежать боли, я стану ублажать тебя разговорами?
- Вчера ты куда охотнее ублажал меня своим телом, не то что разговорами. Боже, да перестань ты краснеть!
- Я... Любил фехтовать. И увлекался поэзией.
- Песни дорожные знаешь?
Эльф ответил кивком.
- Ну порадуй меня, спой что-нибудь.
Эльф некоторое время шел в молчании. Дождался предсказуемого жжения, от которого захотелось отгрызть себе запястье вместе с тяжёлым браслетом и наконец сказал:
- ну раз ты так просишь..
И начал чуть слышно, на распев:

Я в смерть не верю
Я буду жить так, как хочу
Себе буду верен
Пусть в бой я с судьбою выступлю

Я выживу точно
Я знаю, ведь так я хочу
Хоть будет и сложно
С тропы судьбы не сверну

Пусть сломаны кости
Пусть руки изрезаны в кровь
Не попрошу трости
В дорогу отправлюсь я вновь

И ни на секунду
Я думать не стану о том
Что может быть поздно.
Что смерти бывает
Всё
Нипочём.

Эльф закончил и взглянул на человека: тот ехал на коне чуть впереди и его лица он не видел. Человек так и не обернулся.
До первого селения они двигались молча. Деревушка показалась неожиданно, словно волшебным образом возникнув из за поворота.
Первым делом человек направил коня к кормильне, предпочитая порадовать желудок, после вчерашней сомнительной каши. Из кормильни тут же выскочил мальчонка лет двенадцати.
- Господин, разрешите привязать вашу лошадь к коновязи? Почистить, накормить нужно?
Человек окинул взглядом эльфа, будто говоря: учись, щегол, как надо разговаривать! Затем кинул монетку юнцу и коротко дал распоряжения:
- Привязать, накормить и напоить.
И не произнося ни слова вошёл в кормильню.
Эльф вошёл следом, и в доме тут же воцарилась тишина. То тут, то там раздавались шепотки: "гляди, гляди,то же эльф!", "Вижу, вон ухи какие острые!" "Что это он тут делает?"; "Мало они наших на войне положили! Теперь ещё и харчи наши будет есть!" ; "Вона рожа какая, как-будто ещё и одолжение делает"
Эльф повел ушами и отринул нахлынувшее раздражение . Сели они за стол у самого окна и воздух приятно холодил кожу. Посидеть с ветерком, дувшим с улицы было прекрасно. Да что там, само по себе сидеть после долгой пешей дороги было приятно! Эльф не без удовольствиям вытянул под столом босые ноги, немного пятная земляной пол капельками крови, сочившимися из сбитых ступней.
Служка подоспел очень быстро:
- Чего желаете? Есть только что приготовленное рагу из кролика, гусь с яблоками, печёная утка, все с пылу с жару! Рыбка речная, сегодня выловили!
- Гуся неси, - ответил Эдвард. И две кружки пива, да смотри, не разбавленного! И белобрысому - рагу.
Мальчишка крутанулся волчком, заслужил шлепок по подтянутой попке от Эдварда и ускакал выполнять заказ, на ходу одаривая человека пленительной улыбкой.
- не слишком ли я быстро из сладкого превратился в белобрысого. - едко осведомился эльф.
- Неужто ты ревнуешь, Нэй?
- Вот ещё. Но почему он так тебе улыбнулся? Намек же был не двусмысленный!
- Поверь, крошка, это только ты воротишь свой королевский нос. А здешние мальчишки готовы будут всю ночь меня ублажать ради монеты, а другие и вовсе ради удовольствия.
Эльф тряхнул гривой грязных волос и неодобрительно покачал головой. Надо же!
Глядя на озодаченно сморщенную мордашку эльфа, Эдвард расхохотался.
- Да ты никак и правда ревнуешь!
- Да тебе никак голову напекло! - зло оскалился эльф, но стоило человеку предупредительно поднять палец, и Нэй, видя уже привычный жест, решил замолчать.
Еду принесли вполне быстро, но стоило эльфу приступить к трапезе, как лицо его искривилось вновь.
- Ну что на этот раз?
Эльф заставил себя проглатить кусок мяса:
- Белка.
Лицо эльфа свело уже судорогой.
- Что?
- Это рагу из белки.
- Да какая разница. Как будто в темнице тебя кормили парной телятиной!
- Эдвард...
- Ну что опять?
- Отдай гуся.
- Вот ещё.
Эдвард с наслаждением вгрызся в сочную ножку вышеописанной птицы, оставив эльфа возить вилкой по тарелке с безумно несчастным видом. Кинул на него ещё один взгляд и все таки поменял тарелки местами.
- Откуда ты вообще знаешь, какие на вкус белки?
- Эдвард, для человека, имея двести золотых в кармане, ты проявляешь удивительную глупость.
- Сейчас заберу себе гуся обратно.
- В темнице, как ты заметил, кормили действительно не парной телятиной...
Спустя рекордное время с обедом было покончено, а пиво выпито. Мужчины набросились на еду как оголодавшие волки, оставив только косточки. Нэррай откинулся на спинку стула, чувствуя приятную тяжесть. Расплатившись, путники виышли из кормильни и, взяв коня, выглядевшего тоже изрядно довольным и отяжелевшим, отправились на поиски речки. Расспросив прохожих и найдя оную, они расположились на берегу. От деревни речка была достаточно далеко и людей тут не наблюдалось. Жаркое солнце искрилось и плескалось в голубой воде. Эдвард с наслаждением стянул одежду и отправился в речку, подняв большую кучу брызг. Эльф взялся было за ворот, но пальцы его остановились, сжимая ворот порванной рубахи. В нерешительности, эльф замер, но к действию побудило уже ставшее привычным жжение в запястье. Сняв грязую одежду, эльф зашёл в прохладную воду по грудь и с наслаждением ополоснулся. Он так старательно умывался, отфыркивался как лесной кот, и мыл волосы, которые вновь приобретали пшеничный цвет, что не заметил, как человек подошёл к нему сзади и приобнял за талию. Нэррай замер, как мышь под лапой кошки. и в следующее мгновение оказался закинутым на плечо.
- Не хочешь зайти по глубже?
- Тебя забыл спросить! Поставь где взял!
Эдвард шлёпнул его по ягодицам.
- Уже и на руках меня носить будешь?! Кто ещё тут не понимает, что такое раб!
Эдвард пошел глубже и с каждым шагом эльф становился все менее яростным а когда человек зашёл в воду по подбородок и вовсе сделался вежливым.
- Чтож ты, венценосный, плавать не умеешь? Ладно, убедил, сейчас спущу и плыви куда хочешь.
- Умею я плавать.
- Если отпущу, сколько проплывешь?
Эльф вдруг стал серьезным.
- Метра два проплыву.
- К берегу или к середине реки?
- Ко дну.
Эдвард совсем повеселел и уже не держал Нэррая, оставляя его дежаться на своем плече самому.
- Ты глянь, стоит только начать заигрывать с парнишками, как ты буквально с рук у меня не слезаешь!
Эдвард стащил его, заставив Нэя держаться за его плечи руками и обхватив человека ногами да талию. Нэррай почувствовал, что в ягодицы опять упирается что-то твердое, недвусмысленно намекая, что сейчас будет.
- Если хочешь, отпущу. - сказал Эдвард.
- Отпускай! - запальчиво ответил эльф.
- А кто пел, что будет жить вечно?
- Сочинял то не я... - Нэй отвёл глаза, но рук не разжал.
Эдвард придерживал его одной рукой за ягодицы, а пальцы другой руки уже ласкали его ноги и массировали упругое кольцо анальных мышц. Эльф вздрогнул, когда руки человека коснулись его там и вновь залился краской. Один палец, раздвинув мышцы, проник внутрь и Нэй приоткрыл рот, хватая вздух. Второй палец последовал за первым, а затем и третий, и из приоткрытых раскрасневшихся губ эльфа слетел еде слышный стон. Отвратительнее всего было то, что человек слышал это и... Улыбался. Зелёные глаза смотрели, казалось, прямо в душу. Пальцы медленно входили и выходили из тела эльфа, растягивая анус. Рука вдруг замерла, насадив эльфа на пальцы а вторая рука выскользнула из под ягодиц, и пальцы вошли ещё глубже, не смотря на то, что эльф обхватил ногами талию человека. Вторая рука Эдварда нашла член Нэррая и обхватила его тесным кольцом.
- Нет! Пожалуйста, нет! - воскрикнул эльф, выгнув спину и запрокинув голову назад, чувствуя, как его собственная плоть восстала, отзываясь на движения человека.
- Тише. В этом нет ничего страшного или постыдного. - успокаивающие прошептал Эдвард в самое ухо, слегка касаясь и покусывая его.
- Пожалуйста... Эдвард... Пожалуйста, не надо... - бессвязно молил эльф, но это только разжигало желание человека.
Эдвард начал шевелить пальцами в такт с движениями руки, двигающейся вверх и вниз по члену эльфа и Нэррай уже не мог сдержать стоны.
- Вот так, молодец... - Прошептал человек одобрительно.
Дыхание эльфа сбилось, глаза были широко распахнуты, он стонал, мотал головой, кусал губы и к своему стыду понял, что сам двигался вверх и вниз, стремясть усилить контакт. Поняв, что он делает, эльф с протестующим криком постарался отодвинуться как можно дальше, но движения его сковал браслет, вызвав новый приступ боли и жжения.
- Не сопротивляйся, Нэй. Будет только больнее.
Что то внутри эльфа дрогнуло, и с тихим всхлипом он придвинулся ближе, прижавшись грудью к груди человека.
Та близко, что он даже ощущал биение его сердца. Эдвард продолжал полить рукой по члену эльфа и скоро дыхание Нэя вновь стало сбивчивым. Не осознавая, что делает, эльф уткнулся лицом в шею Эдварда, стеная и изгибаясь всем телом и наконец, выплеснув семя в руку Эдварда.
Человек довольно усмехнулся, обняв эльфа за талию и нежно прижав к себе. Нэй почувствовал, как ладонь успокаивающе гладить его по затылку, и вода стекает с волос на плечи и лицо. Как капли воды катятся по щекам и медленно капают с подбородка. Воды ли? Эльф мелко дрожжал, чувствуя, как из глаз кататься слезы.
- Эд..?
- Да, сладкий.
- Неужели я проклят.