7. Теплый

- Сколько?!

Наверное, неприлично вот так закашливаться и пялиться безумным взглядом, но Вэй Ин был как-то не готов, что лечение животных стоит СТОЛЬКО.

Девушка на ресепшене все еще вежливо ему улыбается, но в чертах лица проступает напряжение, что посетитель не является платежеспособным:

- Вы не согласны с оказанными услугами? Смотрите, тут первичный осмотр ветеринара, обработка ран, чистка ушей, проверка на...

Вэй Усянь с ужасом выдыхает, перебивая:

- Согласен! Но...

Девушка профессионально улыбается:

- Как оплачивать будете?

Его полный отчаяния взгляд падает на растерянного Лань Чжаня, который начинает понимать, что в этом мире добро не бывает бесплатным:

- Прости.

Конечно, девушка этого не слышит, хоть и косится в ту же сторону, куда смотрит Вэй Ин, который нервно улыбается:

- Минутку, сейчас решу этот вопрос.

Потому что денег у него крайне мало для того, кто притащил бездомного кота в клинику в самом центре города. Ведь сам он может жить впроголодь - это не проблема, а вот у несчастного Яблочка должно быть все самое лучшее. Поэтому он с тихим обреченным вздохом набирает тот самый номер, отходя чуть в сторону от что-то подозревающей сотрудницы ветцентра.

- Цзян Чэн, привет.

- Чего тебе?

Привычное раздражение в голосе даже успокаивает.

- Тут такое дело...

- Что ты опять сделал?!

Он ни за что, ни за что не стал бы просить для себя, но Яблочко...

Вэй Усянь делает глубокий вдох и смиренно наклоняет голову, словно брат может его увидеть:

- Ты можешь одолжить мне денег? Пожалуйста.

Тот предсказуемо приходит в ярость:

- Ты опять?!

Стыд опекает его щеки, потому что он знает, о чем говорит его брат.

О тех днях, когда он пропивал все до копейки, заливаясь алкоголем так, что никого не узнавал.

О тех днях, когда боль вины разъедала сильнее, чем алкоголь - его тело.

Поэтому он не смотрит сейчас на Лань Чжаня, который точно осуждает его, и старается удержать лицо:

- Нет, нет! Это... не для меня.

Цзян Чэн явно уже открыл рот, чтобы обрушиться на него новыми ругательствами, потому что его голос звучит как-то совсем натужно и ошарашенно:

- Что?..

Вэй Ин делает глубокий вдох перед тем, как скороговоркой выдать:

- Понимаешь-я-нашел-кота-в-подвале-и-сейчас-тут-в-клинике-понимаешь...

Тот почему-то не орет на него, не называет придурком и идиотом:

- Сколько?

Теперь его черед спотыкаться о слова, ничего не понимая:

- Что?

- Сколько тебе надо?

Он не верит своим ушам:

- Так ты поможешь?!

Цзян Чэн привычно начинает злиться:

- Так тебе нужны деньги или нет? Или мне еще тебя надо поуговаривать?!

- Нужны! Очень нужны! - теперь он даже не стесняется любопытного взгляда девушки, когда тянется к бумаге с итоговым счетом, чтобы назвать сумму брату. - Спасибо тебе огромное! Ты же знаешь: я обязательно...

- Через пару минут переведу на карту. И А-Сянь?

- Да?

- Ты уже выбрал имя?

Он потрясенно приоткрывает рот, глядя на Лань Чжаня, который совершенно точно слышит этот вопрос, потому что восхитительно краснеет:

- Яблочко. У него на лбу такое милое светлое пятно, а сам он темно-серый и такой милый!

Слишком много "милого" на одно предложение.

В голосе слышна улыбка, в чем Цзян Чэн никогда, конечно, не признается:

- Потом пришли мне его фото.

- Конечно, конечно! Спасибо, А-Чэн!

Телефон пиликает оповещением о переводе почти сразу после завершения разговора - и сумма намного больше, чем нужно оплатить за лечение. Но последующее сообщение от брата даже звучит смущенно, хотя это всего лишь текст:

"Купи, что там ему еще надо".

И даже все равно, что он выглядит в глазах сотрудников клиники нищебродом, когда оплачивает счет деньгами, которые еще минуту назад униженно выпрашивал, потому что теперь может сказать:

- Еще нужна переноска. Пожалуйста. И корм на первое время. И...

Ему приветливо улыбаются, видя окрепшую платежеспособность:

- Да, конечно. Сейчас все подберем по рекомендациям врача.

Теперь он осмеливается вновь посмотреть на Лань Чжаня, который смотрит на него... смотрит так...

- Что? - и тут же задыхается от стыда, вспоминая, ЧТО слышал его не-ангел. - Лань Чжань, я...

Ему же почему-то достается очередное маленькое чудо: улыбка, затаившаяся на кончиках губ, почти незаметная:

- Ты спас Яблочко.

Его щеки все еще горят смущением:

- Но я...

- Остальное неважно.

Он тяжело вздыхает, косясь на девушку, которая все еще занята подбором их заказа, и демонстративно поправляет беспроводной наушник в ухе, чтобы его разговор с самим с собой не вызывал вопросов:

- Ты не знаешь, что я делал раньше. Цзян Чэн прав в своем гневе на меня.

И глаза он поднимает только тогда, когда прохладная нежная рука касается его ладони:

- Важно то, что ты делаешь сейчас.

В этом контакте нет той плотности, с которой Лань Чжань тянул его к котенку, но есть та сила и поддержка, от которой вырастают крылья за спиной, хотя Вэй Ин вообще ни разу не ангел. Поэтому он с трудом отводит взгляд от этого сияющего какой-то неземной благодатью лица, когда ему выносят Яблочко: уже с чистыми ушами и глазами, осмотренного и обработанного от паразитов. Тот испуганно пищит на всю клинику и впивается когтями, стоит к нему протянуть руки, на что Вэй Усянь болезненно морщится и благодарно кивает сотруднице, которая открывает стоящую рядом переноску:

- Спасибо! - и теперь пытается отодрать от себя эти маленькие, но такие настойчивые лапки. - Потерпи немного, малыш! Скоро будем дома.

Котенок изо всех сил сопротивляется, но все же оказывается в переноске, а Вэй Ин старательно кивает, выслушивая рекомендации врача: какой корм и как часто давать, на что обратить внимание, когда вакцинировать - теперь он все-таки котородитель. Но искренне надеется, что Лань Чжань запомнил хоть что-то из этого бесконечного потока информации, потому что тот стоит совсем рядом и как будто удерживает его от падения прохладной ладонью на предплечье.

"Материальной помощи" хватает не только оплатить все покупки, но и вызвать такси - невиданная роскошь для того, кто сейчас не работает. Но комфорт Яблочка гораздо важнее, чем эти деньги, которые Вэй Усянь еще заработает, поэтому они осторожно размещаются на заднем сидении: переноска на коленях, пакет со всем необходимым в ногах, а Лань Чжань - рядом на сидении, так, что бок приятно холодит присутствием.

Водитель, может, и удивлен такому странному расположению тел в пространстве, но никак это не комментирует, везя их до дома, где уже можно все расставить по местам, после чего выпустить Яблочко на свободу. Котенок, конечно же, тут же забивается в самый дальний угол под диван и отчаянно оттуда кричит, намекая, что без боя не сдастся, а Вэй Ин устало опускается на пол около этого самого дивана, роняя лицо в дрожащие исцарапанные и саднящие ладони и наконец осознавая, что вообще натворил:

- Бляяя...

У него проблемы с головой, нет работы, а он притащил домой котенка, на содержание которого у него просто нет денег, потому что нельзя же постоянно просить у Цзян Чэна в долг.

Даже Яблочко перестает пищать из-за тоски в его голосе, из-за усталости и непонимания, что делать дальше. Молчит и Лань Чжань - впрочем, в этом нет ничего нового. Но опускается рядом с ним - это считывается по прохладе, что мягким языком словно лижет его плечо, вынуждая дернуться и поднять глаза.

Его не-ангел и правда сидит рядом и смотрит своими невероятными янтарными глазами, которые говорят куда больше, чем этот сдержанный на слова рот.

- Лань Чжань... - он постыдно всхлипывает, вновь проваливаясь в яму отчаяния и неверия - в первую очередь в самого себя. - Что я наделал? Я же не смогу, у меня не хватит сил... У меня нет денег и...

Дрожащую и влажную от слез ладонь трогает прохладная, но такая плотно-реальная рука, что дыхание сбивается от удивления:

- Я верю в тебя, Вэй Ин.

Нет никаких дурацких утешений типа "все будет хорошо" или "ты справишься".

Просто рядом с ним молча сидит тот, кто верит в него, и держит его за руку.

И он осмеливается чуть сжать в ответ эту руку поддержки, с дрожью стараясь запомнить это ощущение, это касание, этот взгляд прямо в его больную душу.

Даже Яблочко что-то чувствует, потому что выбирается из-под дивана и тихо пищит пялясь на Лань Чжаня и даже пытаясь того обнюхать.

Вэй Усянь удивленно охает, но руку не выдергивает, еще основательнее переплетая их пальцы - пока есть такая возможность:

- Яблочко! Он видит тебя!

Ответное рукопожатие почему-то кажется ему теплым, словно живой человек сейчас держит его за руку.

Как и сердце Вэй Ина, которое согревается.