The most

– Ру? Это ты? — в трубке тишина, только тяжёлое, ели слышное дыхание. Это точна она.
– Я приеду? — спросил я, хотя со стороны это наверняка больше звучало, как утверждение. В трубке пронёсся шелест, будто девушка пожала плечами. С момента инцидента на пляже прошло два дня. Папарацци сходили с ума, оккупировав наши дома, фанаты придумывали новые и новые теории. Никто не понимал, что произошло на пляже тем вечером. Им и не нужно было.
Тяжело вздохнув, я положил трубку и встал с дивана. За эти два дня я нашёл Флерман хорошего проверенного психотерапевта. Ей необходима помощь. Она не сможет продержаться на одной моей поддержке.
Когда я лазил в интернете, пытаясь выяснить побольше про её заболевание, то выяснил, что у она может впадать в маниакальные и депрессивные стадии. Они напоминали симптомы биполярного расстройства. Из всей кучи заумной информации я понял, что сейчас она может просто сломаться и наложить на себя руки. Флёр не справляется, да и не может. Хочет она этого или нет, ей необходимо лечение.

Через двадцать минут я уже звонил в дверь. Мне открыл какой-то долговязый парень с очками на носу.
– Я к Рут. — он скупо кивнул и пропустив меня и Пола внутрь, быстро закрыл дверь, не давая журналистам и фанатам рассмотреть, что происходит внутри. В молчании мы прошли к дому. На входе нас встретила Несса. Выглядела она лучше, чем два дня назад. Но глаза были грустными.
– Она позвонила. — сказал я, опережая её вопрос. Девушка часто закивала и поманила меня рукой в сторону её комнаты.
– Всё ещё не выходила. На днях заезжала какая-то девушка, сказала она её секретарша.
– Что ты ей ответила? — спросил я, понимая что речь идёт о Линдси. Ру рассказывала о ней. Говорила, что она её самый ценный сотрудник.
– Сказала, что Рут плохо себя чувствует и свяжется с ней позже. — пожала плечами шатенка, останавливаясь у двери в комнату Флерман.
– Она совершенно не реагирует на меня... Не ест и не спит... От неё будто только тело и осталось...
– Эй, все будет в порядке. Она придёт в норму. — попытался заверить Нессу я перед тем как зайти в комнату.
Рутлин лежала на спине, смотря в потолок, не мигающим взглядом. Она никак не реагировала. Даже когда я сел на кровать. Я взял её ладонь в свою, мягко поглаживая кожу большим пальцем.
– Ру? Как ты, love? — Флерман не ответила, продолжая лежать неподвижно, будто статуя.
– Все также, да? — и снова тишина.
– Если не хочешь говорить, то просто сжимай мою руку : один раз — да, два — нет. Попробуем? — Рутлин не пошевелилась, но взгляд будто прояснился. Хотя, скорее всего мне просто так кажется.
Девушка не сжимала руку в ответ, и я уже не стал надеятся на это. Просто опустил голову, продолжая поглаживать её тыльную сторону ладони. Быть рядом. Я ей это обещал.
Вдруг, мои пальцы один раз слабо сжали. Я вздрогнул и поднял глаза, натыкаясь на взгляд девушки. В её глазах плескалась боль и беспомощность. Казалась, будто Рут заперли в собственном сознании и она не имела шанса выбраться.
Я слабо улыбнулся, сильнее сжимая её ладонь.
– Хорошо. — прошептал я.
– Не против, если я свожу тебя к кое-кому? Тебе не нужно будет вставать, я отнесу тебя. — Флёр будто задумалась, разглядывая наши руки. Потом снова перевела взгляд на меня и слабо сжала мою ладонь. Один раз.
– Отлично. Готова? — снова одно сжатие. Я отпустил её ладонь, подхватывая девушку под колени и спину, будто невесту на свадьбе. Прижав Флерман крепче к себя, я медленно встал. Ру закрыла глаза, очутившись в моих объятиях. Надеюсь, она вздремнёт.
Я вышел из комнаты, думая, как пронести её мимо папарацци.
– Куда ты её несёшь? — я наткнулся на эту веселую компанию, которая кажется не особо заботилась о самочувствии Флерман. Они сидели в гостиной и играли в приставку.
– Прогуляться. — резко бросил я, сдерживаясь, чтобы не закатить глаза. Переведя взгляд на Ру, я заметил, что девушка немного улыбнулась.
– Чему ты улыбаешься, Флёр? Нравится, когда мне кто-то выбешивает? — спросил я, проходя к входной двери.
– Эй! Ауч!! — она ущипнула меня за сосок.
– Могла бы найти и другое место, чтобы щипаться. Псссс. — Ру тихонько засмеялась, проворачивая тоже самое с другим. Засранка. Но ладно, пусть. Если это её веселит, то я согласен на такие жертвы.
– И как мы пронесём её мимо этой толпы? — спросил Пол, который встретил нас на улице.
– Я думаю, можно открыть ворота и загнать сюда машину. И уже здесь сесть в неё.
– Ладно, хорошо. Отойдите пока подальше. — я кивнул и развернувшись, прошествовал к навесным качелям. Аккуратно на них сев, я отклонился на спинку, утягивая за собой Рут. Она хихикнула, когда почувствовала, как мы резко летим назад. Меня немного пугает её резкая смена настроения. Но, наверное, это лучше чем депрессия? Да?
– Гарри, мы готовы ехать.
– Отлично. — пропыхтел я, вставая. Очередной приступ веселья Флерман пришлось приостанавливаться массажном головы. Поэтому хихиканье в следующую секунду заменилось закатыванием глаз и тихим урчанием. Оказывается, не только у меня кожа головы — эрогенная зона. Это очень не удобно. Особенно, если учитывать, что наши волосы почему-то все обожают. Так и норовят их потрогать.
Как только мы выехали, я набрал психотерапевта, которая обещалась сегодня принять Рут и посмотреть, насколько все запущено.
– Гарри? — раздался голос в трубке после первого гудка.
– Да. Добрый день, Чарли. Наша встреча в силе?
– Добрый! Конечно. Все в силе. Через сколько вы будете?
– Думаю, что минут через десять. — ответил я, поддерживая зрительный контакт с заинтересованной разговором Флёр.
– Есть ли у нас возможность зайти через чёрный вход?
– Ммм..., да, думаю, это не проблема.
– Отлично! — закивал я в облегчении. Лишних проблем с медиа нам не нужно.
– Охрана откроет вам ворота, просто скажите, что вы ко мне.
– Хорошо, спасибо. — положив трубку, я передал всю полученную информацию Полу. Он кивнул и прибавил газу. Никого не радует то, что происходит. Казалось, все чувствовали напряжение царящее последние три дня. Никто раньше с таким не сталкивался и поэтому страх сковал всем разум. То, что происходило с Флерман пугало. Даже те, кого не волновала девушка беспокоились. И были правы. Беспокоиться и вправду стоило.

– Давай, Ру, помоги мне и не смотри на них. — проговорил я девушке в ухо, когда та начала замечать любопытные взгляды других посетителей центра. Она начала нервничать. И я не знаю, как она поведёт себя, если они не перестанут палиться. Неизвестность всегда пугает.

– Ох, Гарри! Проходите сюда. — встретила на Чарли. Как только за нами закрылась дверь, Флёр тихо заскулила, протираясь носом о мое плечо.
– Все настолько плохо? — спросила психотерапевт, наблюдая за Рут.
– Эээм..., видимо да. — скупо кивнул я, садясь на мягкий диван и крепче прижимая к себе Флерман.
– Рутлин? Поговоришь со мной? — позвала девушку психотерапевт. Флерман вздрогнула, сильнее прижимаясь ко мне и тихо поскуливая. Боже... Если мне так страшно, то насколько боится Флёр?...
– Ладно, хорошо. — кивнула Чарли, делая какую-то запись в своём дневнике.
– Может, ты попробуешь рассказать мне что-нибудь?
– У неё синдром Бордерлайна. Я покопался в сети, чтобы узнать, что это по лучше. Но это всё...довольно сложно.
– Поняла. Может ты знаешь её классификацию и тип?
– Что?
– Поясню. У ПРЛ существует две классификации : ICD-10 и DSM-IV. Согласно первой классификации эмоционально неустойчивое расстройство личности различают на два типа : импульсивный тип и пограничный тип. — я медленно кивнул, внимательно слушая врача.
– Для импульсивного типа характерна склонность к конфликтам и ссорам, нестабильное капризное настроение, выраженная тенденция к агрессии или насилию, возможны какие-то трудности в продолжении деятельности, которая не приносит быстрого удовлетворения. — да, это похоже на Рут. За исключением последнего пункта. Она обожает свою работу. Не думаю, что девушка захочет ее бросить.
– При пограничном типе часто встречается : неопределённость собственного образа Я, отсутствие целей предпочтений, в том числе и сексуальных. Могут встречаться угрозы и суицидальные поступки, постоянное чувство пустоты. — тааак, теперь я окончательно запутался... У неё есть симптомы и того типа и другого.
– Что касается DSM-IV то здесь, личность бордерлайн определена как пример повеления с преобладающей нестабильностью в межличностных отношениях, в эмоциональной сфере, в самооценке, также выражен взрывной характер. По сути, эта классификация объединяет симптомы типов ICD-10. Что является не самым хорошим случаем. — я продолжал медленно кивать, осознавая в какой же мы жопе.
– Боюсь, что стал свидетелем DSM-IV. Почти все симптомы которые ты перечислила в двух типах у неё присутствуют и я это видел собственными глазами. — женщина тяжело вздохнула, снимая очки и потирая переносицу.
– Чтож..., тогда, боюсь, что она не совсем мой клиент. — я нахмурился.
– Не пойми меня неправильно, Гарри, я могу выписать ей необходимое лечение. Но, видя сейчас её перед собой, я не думаю, что она согласится идти со мной на контакт...
– Что нас тогда делать?
– Я перенаправляю её к своему знакомому психиатру. Он чудесный специалист и не первый раз работает с такими случаями. Робин сможет помочь Рутлин намного эффективнее, чем я. Я позвоню ему прямо сейчас. — я отрешенно кивнул, наблюдая как Флёр тихо сопит, уткнувшись носом мне в футболку. Боже, кто же из твоих родственников так жестоко обошёлся с тобой в детстве, что теперь ты не можешь спокойно жить?...

*Спустя пару дней*

Казалось, что психиатр Робин с его таблетками и методами все же помогает. Рутлин не особо любила с ним общаться. Но, тем не менее, все заметили, что девушка ожила и вернулась к своему привычному спешному ритму жизни. Насколько я знаю, сейчас она находилась на съемках в Вашингтоне. Сказала, что вернётся через несколько дней. Флерман дала несколько интервью, где её преимущественно спрашивали о её исчезновении из сетей и о том, как она за столь короткий срок подняла "ArchFleer" с 14 строчки на четвёртую. Обычно репортеры получали в ответ от девушки шутки и мантры о усердной работе. Все налаживается... Правда?

*От лица Рутлин*

С момента моего катарсиса прошло примерно дней десять. Вроде бы все хорошо. По крайней мере, так считает Гарри, Несса и все остальные. И я наверное тоже.
Компания наконец-то приблизилась к долгожданной тройке лидеров. Что означает, что работать нужно ещё усерднее. Съёмки кончились и теперь оставалось только ждать проммо. Также, я закончила свой давний проект и теперь договариваясь на счёт его перевозки и установления. До финишной черты оставалось чуть-чуть...

Конкретно сейчас, я была в LA, дома. Мы дружно заседлали в гостиной. Я сидела в кресле, закинув ноги на подлокотник и облокотившись спиной о другой. Ребята были заняты каким-то своим разговором, пока я вела деловую переписку с человеком из Ирландией, попивая RedBull, потому что чувствовала, как меня клонит в сон. В последнее время, я часто начала носить объёмную одежду, предпочитая комфорт красоте. Это было несомненно удобным для меня решением.
Несса где-то на кухне гремела приборами. Она заваривала всем чай и выкладывала пирожные и другие вкусности. У неё появилась привычка печь. Барретт в последнее время вообще сильно изменилась : она начала носить более темную одежду, красила волосы в чёрный и вела себя намного увереннее, чем обычно. Также, я заметила, что она начала чаще и ближе общаться с Чейзом. Поначалу, меня это немного настораживало, но я решила не придавать этому большое значение, потому что у всех людей меняются вкусы и круги общения. Моя Несс — не исключение.
Вскоре, в гостиную вошла Несса, расставляя пирожные на столике и раздавая всем чашки с чаем, в том числе и мне.
– Спасибо, мышонок. — поблагодарила я девушки, возвращаясь в перпендикулярное положение и сдвигаясь чуть в сторону, чтобы Несс смогла сесть рядом. Кресло огромное, вдвоём поместимся. Вопреки моим ожиданиям, Барретт села мне на колени, ставя чашки на столик и отклоняясь на мне. Сильнее прижавшись ко моей груди спиной, она блаженно прикрыла глаза и откинула голову мне на плечо. Все эти действия вызвали у меня лёгкую улыбку. Она сама и не подозревает, насколько милой и обонятельной она может быть. Поцеловав девушку в висок, я поправила свою толстовку и положила ноутбук на наши переплетённые ноги, продолжая диалог с ирландцем.
– Рут? — окликнули меня. Мы с Нессой одновременно приподняли головы, смотря на источник звука.
– Что тебе нужно, Лорен? — незаинтересованно спросила я, возвращая своё внимание к ноутбуку. Несс тихо терялась свои носом о мою щеку, заставляя мои губы растягиваться в легкие подобие улыбки.
– Ты себя запустила. Постоянно ходишь в этих безразмерных кофтах, с пучком и даже не замечаешь, что несёшь разные носки. В компьютере и телефоне ты проводишь больше времени, чем с нами, твоими друзьями. Тебе не кажется, что это неуважительно?
– Мне кажется, что ты суёшь свой нос не в своё дело, Грей. — также безучастно ответила я, бегая пальцами по клавиатуре.
– Я же ничего не говорю тебе, когда ты каждый день выряжаешься, как кукла Барби? — я без эмоционально посмотрела на блондинку, легко приподнимая бровь. Та поражено ахнула, прикладывая руку к голове. Реально кукла.
Пожав плечами, я вернулась к работе. Ничего мне делать в этой компании, они как телевизор, работающих для заднего плана.
– Вот скажи, когда ты в последний раз ходила за покупками? — все также наслаждала Барби. Я отвлеклась от прочтения отчетов, которые прислала мне Линдси, прикидывая, где я в последний раз что-то покупала.
– Хм. Неделю назад, в Хармондстворе. — ответила я, окидывая слушающих взглядом и передавая Нессе чашку с чаем, которую она попросила. Затем я снова попробовала вчитаться в документы. Так, а где именно мой отсчёт по финансам. Ах, вот он! Так, так...
– И что купила?
– Авиакомпанию. — не задумываясь ответила я, продолжая читать числа. Тут же почувствовались удивленные вздохи и кашель. Несс поперхнулась чаем, поэтому я заботливо постучала ей по спине. Та выпрямилась и развернулась ко мне удивленно смотря.
– Авиакомпанию? Зачем? — озвучила Барретт общий вопрос.
– Нужно было для "ArchFleer". Причём, я все равно купила не весь пакет акций, а только тот, что затрагивает грузоперевозки и мои частные рейсы. — пожала плечами я. Не понимаю, что тут такого. Я могу себе это позволить и если это мне нужно то, почему я не могу это получить? В чем проблема я не понимаю?
– Подожди, подожди! Давай так. Сколько ты зарабатываешь?
– Можешь не отвечать. — тут же сказала Несса, кладя руку мне на плечо.
– Нет, пусть ответит! — настаивали остальные.
– Дайте мне минуту, я только принялась за этот отчёт. — сказала я, безразлично подимая плечами и ища нужную мне информацию в присланном документе. А вот! Нашла.
– За этот месяц моя доход..., секунду... составляет 62,1 миллионов долларов. — подитожила я, отводя взгляд от ноутбука.
– О БОЖЕ! — воскликнули все. Черт! Уши заложило.
– Да, что же вы так разорались? — пробурчала я, захлопывая ноутбук и вставая с кресла, чтобы размять затёкшие мышцы.
– Кто-нибудь откройте Forbes! — прокричала Чарли. Что блин происходит? Я покосилась на Нессу, которая тоже судорожно искала что-то в телефоне. И она туда же! Я обречённо закатила глаза и пошла на кухню. Хочу поесть.
Когда я нашла в холодильнике остатки вчерашней лазаньи и поставила её в микроволновку разогреваться, из гостиной послушалось очередное : «О БОЖЕ!». Через минуту таймер печи прозвенел и ребята ввалились на кухню наперебой что-то говоря. Я ничего не понимая, спокойно села за стол, принимаясь за еду и ожидая, когда они наконец-то выдохнуться.
Долго ждать они себя не заставили.
– Так. Пока у вас снова не включился режим скороговорки, кто-нибудь один объяснит, чего вы так разорались. — сказала я, спокойно пережевывая лазанью. Психи какие-то.
– Ты зарабатываешь больше, чем Кайли Дженнер... — пробормотала Эддисон. Она кажется общается с Кортни. Они прикольная семья. Их шоу неплохое.
– Вполне возможно, не знаю. — пожала я плечами.
– Эдди, не так. Она зарабатывает больше всех девушек в мире. А Forbes считает, что она будущая женщина года.
– И это все?
– "ArchFleer" только что поднялась на вторую строчку мирового рейтинга. — тут же сказал Ноен.
– М, нужно ещё немного. — только и ответила я, возвращаясь к пище.
– Ещё немного чего?
– Усилий. Почти первые. Думаю, что на это уйдёт меньше месяца.
– И это все, что тебя волнует?! — резко взорвались ребята.
– Да. — хладнокровно ответила, медленно пережёвывая лазанью.
– Ну, да, ты же такая богатая. На Шевроле ездишь. Остальное ведь не так важно. — да не нужны мне эти сранные деньги. Мне люди нужны. Друзья...
– А давайте меняться. — ребята недоверчиво на меня покосились.
– Я вам все свои деньги, а вы мне живую семью. — как ожидать, — полная тишина. Я грустно цокнула, вставая из-за стола.
– Не надо думать, что единственное, что меня интересует это деньги. Я была, как самой нищей, так и самой богатой...

                          Самой одинокой...

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
All the love, beans!
Your Niya.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
P.s мне очень жаль, что глава так долго не выходила. Прошу прощения!