Глава 31

Кассандра ждала. С тех пор, как она встретила у изгороди госпожу Делани и вынужденно открылась Орнелле, в сутках словно вдвое прибавилось часов, но она ждала – терпеливо, надеясь и веря, что потерянный друг к ней вернется. Орнелла превзошла себя, очаровывая простодушного сына маркизы де Шелоу, и рисковая затея увенчалась успехом: байка о несуществующем кузене у Зигмунда не вызвала никаких подозрений, а просьбу передать товарищу книгу он воспринял с таким энтузиазмом, что герцогине, по её же словам, впервые в жизни стало совестно за свое «бесстыжее кокетство»... Тем не менее, посылка была отправлена и получена, сияющий от сознания выполненного долга Зигмунд доложился Орнелле, однако день шел за днем, а всё по-прежнему оставалось, как есть. Ни самого Нейла, ни даже письма от него Кассандра так и не увидела. Но ведь не мог же он не понять, кто на самом деле прислал ему весточку! Ведь она сама, своей рукой подписала книгу, и картинку с чертополохом раскрасила, и... Конечно, он понял! Иначе уж точно сообщил бы товарищу, что вышла ошибка, справочник не его и никаких «Кевинов» он знать не знает!

Только почему же молчит тогда?

Кассандра терялась в догадках, изводя и себя, и Орнеллу, а время летело – вслед за июнем кончился июль, но сын герцога эль Хаарта так и сидел себе в Нижнем Предгорье, не делая ровным счетом ничего. Зигмунду он писал, Кассандра знала это наверняка – сын маркизы де Шелоу теперь был частым гостем в столичной резиденции герцогини эль Тэйтана и часто вспоминал о товарище. А Нейл... «Неужели он совсем забыл про меня? - думала Кассандра, каждый раз возвращаясь домой от подруги несолоно хлебавши. - Или не простил? Конечно, я поступила дурно, из-за меня его сослали в Предгорье, но... Ох, Нейл! Неужели мы больше никогда не увидимся?» Она гнала от себя горькие мысли, пусть день ото дня это давалось всё тяжелее, и продолжала надеяться – уже непонятно, на что. Она всё так же ездила с матерью в гости, стараясь казаться беспечной и всем довольной, однако с тех пор, как первое письмо Зигмунда де Шелоу отправилось в Белую усадьбу, Кассандра хваталась за любую возможность на ночь остаться дома. Нимало способствовал этому долгожданный приезд Кристобель – старшая дочь барона прибыла в Геон первого июля, вместе с мужем и, как выяснилось, первенцем под сердцем, из-за чего чувствовала себя неважно, восточного пригорода почти не покидала, и младшая вцепилась в неё как клещ. Объявив матери, что она слишком соскучилась по сестренке, чтобы раскатывать по балам в то время, как Крис, бедняжка, скучает в четырех стенах, Кассандра осела под крышей родного дома. Дни она проводила с сестрой, по которой действительно сильно истосковалась, пару раз в неделю нехотя выезжала с визитами в сопровождении баронессы, а ночью, запершись в своей спальне на ключ, забиралась в кресло и до рассвета не сводила глаз с призывно распахнутого окна. Она ждала. Отказываясь верить, что никого уже не дождется.

Август подходил к концу, неумолимо приближался сентябрь, а с ним и отъезд обратно в школу – и с каждым новым днем Кассандра всё больше приходила в отчаяние. Нет, Нейл её не простил! И пусть не выдал Зигмунду де Шелоу, но наверняка знать её больше не хочет! Она всё испортила, всё, собственными руками!.. С головой погрузившись в тоску и самобичевание, Кассандра упустила момент, когда эль Хаарты покинули восточный пригород – восемнадцатого августа, после обеда, когда все домашние разошлись по спальням, она вспомнила, что почти месяц не поднималась на чердак, а поднявшись, обнаружила, что смотреть оттуда уже не на что. Особняк эль Хаартов, эта маленькая серо-черная крепость, стоял на прежнем месте, вот только окна его были плотно закрыты ставнями, а ни во дворе, ни в саду не было ни души. Хозяева, слуги, охрана – исчезли все до единого! Но куда?..

Объятая тревогой Кассандра простояла у башенного окошка почти до самого ужина, а после полуночи, когда в доме всё затихло, выбралась на чердак ещё раз, но ничего нового не увидела. Эль Хаарты как в воду канули. Да что происходит?! Куда они уехали, да ещё и все вместе? Зачем?.. Снедаемая тревогой, она вернулась в спальню, машинально заперла за собою дверь и, привалившись к ней спиной, напряженно уставилась в потолок. Нет, это уже не шутки. Сначала Нейл, следом всё остальное семейство – и это при том, что на её памяти дом ни разу не оставался пустым! Конечно, эль Хаарты просто могли выехать куда-то на отдых. Или королевский алхимик, утомленный ежедневной тряской в экипаже, принял решение перебраться из пригорода в столицу, поближе к службе. Но если и впрямь что-то случилось, и это касается Нейла...

- Чтоб вам всем провалиться! - забывшись, в голос воскликнула девушка. И едва не подпрыгнула, когда темная комната откликнулась вдруг знакомым смеющимся голосом:

- Сандра!

- Нейл?.. - ещё не до конца веря в то, что ей не почудилось, пробормотала она.

Тяжелая плюшевая портьера справа от окна всколыхнулась, и сын герцога эль Хаарта, во плоти, выступил из мрака навстречу подруге.

- Сандра, - сказал он. - Я пришел.

Кассандра ахнула, прижав ладонь ко рту. А потом, не помня себя от радости, с беззвучным вскриком бросилась ему на шею.

...- Ну всё, всё, - широко улыбаясь, проговорил Нейл, сверху вниз глядя на прилипшую к нему подружку. - Хватит, ты меня задушишь. Набросилась, как кошка на воробья!

Кассандра фыркнула.

- Тоже мне, воробей, - сказала она, нехотя отпуская товарища и взглядом окидывая его с ног до головы. За год, что они не виделись, Нейл вытянулся ещё больше и, кажется, сбросил несколько фунтов, зато порядком раздался в плечах. Кассандра, не удержавшись, ткнула пальцем ему в предплечье и округлила глаза. Ого! Чистый камень! Их тоже по плацу гоняют, что ли?..

- Ну и здоровенный же ты стал, Нейл, - сказала она.

- А ты ужас до чего тощая, - рассмеялся в ответ он. - Одни кости – в этом твоем Даккарае кадетов вообще не кормят?

Она сморщила нос.

- Кормят... Ой, ну его, тот Даккарай! Пойдем!

Кассандра, схватив друга за руку, потащила его к креслу, не замолкая ни на секунду. Где его демоны носили всё лето?.. Почему за целых два месяца он не сподобился дать о себе знать?.. Есть ли у него совесть?.. Нейл молча улыбался, даже не пытаясь вклиниться в этот бурный поток возмущения и вопросов. Отвечать бесполезно, всё равно не услышит ни слова, пока не выпустит пар – такова уж Сандра... Как же все-таки ему её не хватало! Он позволил усадить себя в кресло и, глядя на карабкающуюся следом подружку, тихо фыркнул себе под нос.

- Что? - сердито буркнула девушка, кое-как угнездившись на подлокотнике и метнув в его сторону свирепый взгляд. - Я его жду с утра до ночи, а он непонятно где прохлаждается и приятелям своим целые поэмы пишет вместо того, чтобы мне хоть пару строчек черкнуть... У, предатель! - она так воинственно передернула плечами, что едва не сверзилась на пол. - Да что ты всё ухмыляешься?!

Нейл, глядя в её раскрасневшуюся от праведного гнева мордашку, не выдержал и расхохотался. Кассандра вытаращила глаза.

- С ума сошел?! - в ужасе прошипела она, порываясь зажать ему рот. - Тише! Ты же весь дом перебудишь!

- Это вряд ли, - всё еще улыбаясь, Нейл перехватил её за запястье и сдернул с подлокотника. - Иди сюда, злючка ты этакая. Не то ведь точно шлепнешься, и я опять останусь виноват... Спальня под куполом, успокойся, он не пропускает звуки. Даже если мы всё тут расколошматим и до кучи поубиваем друг друга, никто этого не услышит.

- О? - сказала Кассандра. И от души пихнула его острым локтем. - Ну, тогда держись! Я тебе, бессовестному, ухо сейчас отгрызу! Почему так долго не приходил? Почему даже записки не прислал? У-у, предатель!..

Нейл, хохоча, притиснул к боку отчаянно брыкающуюся подружку – похоже, Кассандра и впрямь вознамерилась оставить его без уха.

- Ну, - сказал он примирительно, - я ведь всё-таки пришел, разве нет?

- Угу! - отозвались у него из под локтя. - Пришел! К шапочному разбору! Сентябрь же на носу!..

Он тяжело вздохнул.

- Знаю. Но никак не получалось раньше, Сандра. И написать я не мог, боялся, что перехватят – к сожалению, есть, кому. Отец меня со всех сторон обложил. Он, конечно, считает, что это для моего же блага...

В его голосе слышалась глухая тоска. Кассандра притихла. Гнетущее чувство вины вновь зашевелилось в душе, но сейчас, когда друг наконец-то был рядом, она и слова не могла вымолвить от охватившего её стыда.

- Хорошо, к тебе какую-нибудь надзирательницу не приставили, - услышала она тихий смешок над головой. - Всё же полегче. Хоть разок увидеться получилось... Где ты откопала тот справочник? В жизни не видел такой истерзанной книги!

Стряхнув с себя грусть, он весело скосил глаза на подружку, но та молчала.

- Сандра?

Вместо ответа девушка прижалась к нему ещё теснее и мучительно засопела, уткнувшись носом в его жилет. Нейл беспокойно нахмурился.

- Сандра! Да что с тобой?.. Или я в точку попал с «надзирательницей»?

- Нет, - едва слышно пробормотала она. - У меня правда всё хорошо и... Ох, Нейл! Я такое чудовище, я столько всего натворила! Ты никогда меня не простишь!

- Да за что же?!

- Это ведь всё из-за меня... Из-за меня тебя сослали в Предгорье, и тебе нельзя теперь приехать домой, а ведь ты ничего плохого не сделал! Ты же не знал, что я тогда приду, ты меня даже не заметил там, в библиотеке... А я забыла про амулет и всё испортила! Теперь его светлость сердится на тебя и, наверное, боги знают что о тебе думает, как папа и дядя Астор... Хотя нет, папа уже не думает, он знает правду, но дядя!..

Брови Нейла поползли кверху.

- Погоди, Сандра! - легонько сжав её плечи, перебил он. - Барон знает, что мы друзья и ничего больше?

- Да... Я ему рассказала, но твой отец ведь не...

- Тоже знает. Когда он сказал, что ты уезжаешь в Даккарай, и это уже точно... - молодой человек, оборвав фразу на полуслове, снова нахмурился. «Ничего не понимаю! - подумал он. - Если всем всё известно, к чему эти бессмысленные предосторожности?» Он открыл было рот, чтобы поделиться своим недоумением с подругой, но Кассандра вдруг так отчаянно зашмыгала носом, что ему сделалось не до загадок. - Ну, ну... Брось, Сандра. Вовсе ты не «чудовище», хватит казниться. Это уже дело прошлое. И отец на меня не сердится, правда, он скорей беспокоится... Конечно, жаль, что мы так глупо попались, но Белая усадьба, в общем-то, не такое уж страшное место! А у тебя теперь есть дракон и ты можешь летать – чем плохо?

Кассандра, тихо взвыв, рывком отстранилась от друга.

- Ты не понимаешь! - воскликнула она. - Ты всегда был слишком добрый, а я... Ох, Нейл, я такая ужасная, такая подлая! Я ведь молчала до последнего, так мне хотелось в Даккарай, а платить за это пришлось тебе – скажи я сразу, что ты мне друг, на тебя не спустили бы всех собак, и ничего этого не было бы! А я ничего не сказала, ещё и поддакивала, когда папа с дядей называли тебя... О-о!

Всхлипнув, она вновь с размаху уткнулась лицом в его жилет и заговорила сбивчиво, торопливо, то ли исповедуясь, то ли жалуясь – о том, чем пожертвовал ради нее маркиз Д'Алваро, о матери, что не смогла простить брату этого, о разговоре с отцом год назад, в ночь её отъезда на Даккарайскую пустошь... Нейл слушал молча, изредка хмуря темные брови и машинально прижимая к груди её судорожно сжатый кулачок. А когда она наконец затихла, только протяжно вздохнул и притянул подружку к себе.

- Ш-ш, - пробормотал он. - Ну, хватит. Разве наездники плачут?

- Де... дерьмо я драконье, а не на... наездник!..

На его губах против воли мелькнула улыбка. Сандра в своем репертуаре, и, кажется, военная школа её манерам отнюдь не пошла на пользу.

- Тебе виднее, - не стал спорить он. - Но какой смысл теперь убиваться? Сделанного не воротишь. К тому же, сдается мне, даже выложи ты отцу всю правду сразу, нас всё равно разогнали бы по углам.

- П-почему?

- Потому что я маг. Да ещё и такой бесхребетный, что позволил не обладающему даром стащить с себя амулет, - в его голосе промелькнула тень добродушной насмешки. - Брось, Сандра! Нас поймали бы рано или поздно, а так ты хотя бы получила крылья... Ш-ш! Не за что мне тебя прощать! А что до твоего дяди - ну, это было его решение, о котором тебя в известность не поставили, так ведь?

Кассандра растерянно хлюпнула носом. Об этом она никогда не думала. А ведь если так посмотреть, доля правды в словах Нейла есть – знай она, что собирается сделать дядя Астор, разве она допустила бы это? Конечно, нет! «И, наверное, его невеста могла бы ему отказать, если б хотела, - подумала девушка. - Не с кляпом же во рту её в храм привели? Нет, я, конечно, виновата, но...» Кассандра благодарно вздохнула, потершись щекой о жилет товарища. Он всегда знал, как её утешить.

- Ох, Нейл, - пробормотала она. - Ты даже не представляешь, как я по тебе скучала!

- Я по тебе тоже, Сандра.

- А ты всё не шел и не шел... Я уже начала думать, что ты не понял, кто прислал тебе посылку...

- Вы меня недооцениваете, дорогой кузен Кевин, - отозвался он, и Кассандра, подняв на друга глаза, увидела, что он улыбается. Она вытерла мокрое лицо рукавом и улыбнулась в ответ.

- Ну вот, так-то лучше, - одобрил Нейл. - А теперь рассказывай!

- Что?..

- Всё! Моя репутация пошла псу под хвост, в глазах маркиза Д'Алваро я навсегда останусь коварным соблазнителем – так уж извольте, кадет, обеспечить мне законную компенсацию! - он весело фыркнул. - Так что, Сандра, тебе все-таки дали дракона?

- Дали...

Она, поерзав в кресле, удобно устроилась у друга под рукой и принялась вдохновенно болтать. О своем гребенчатом неслухе, о том, как непросто ей оказалось с ним справиться, о Даккарайской пустоши, о школе, о нарядах и побудках в шесть утра, о мастере Тайрине, о Сельвии, Кайе и Клиффе... Нейл слушал с интересом, изредка вставляя вопрос-другой и то сочувственно хмыкая, то хохоча вместе с Кассандрой, когда она в лицах расписывала свои и чужие конфузы. Он согласился, что Миранда эль Виатор на редкость противная девица, Джесси Марстону следовало бы разок устроить хорошую взбучку, а Сезар Тайрин, вне всякого сомнения, человек достойный и настоящий Мастер. И жаль, что он, Нейл, не знаком с кадетом Вэдсуортом – похоже, этот лицедей отличный парень!

Однако когда прозвучало имя Орнеллы, его разобрал совсем другой интерес.

- Погоди-ка! - прервал он подругу. - Как ты сказала, эль Тэйтана? Уж не то ли это богоподобное создание, о котором Зигги прожужжал мне все уши?..

Девушка смущенно потупилась.

- Гхм! И что, действительно так хороша?

- Ну, - протянула Кассандра, - она красивая. Почти как твоя мама. И мужчины от неё без ума.

- Да уж, не мог не заметить, - хохотнул Нейл, вспомнив письма де Шелоу. От цветистых восторгов в адрес ее светлости не убереглось ни одно. - Бессовестные вы девчонки, вот что! Зигги, бедняга, совсем пропал – и каково же ему будет узнать, что это совершенство во всех отношениях всего лишь использовало его, чтобы добраться до меня?..

- Нейл! - перепугалась Кассандра. - Но ты же ему не скажешь?!

- Да что я, по-твоему, совсем бессердечный? Конечно, нет, у меня бы язык не повернулся... Только ведь он узнает так или иначе – вряд ли твоя подруга до конца жизни станет разыгрывать этот спектакль.

- Может, и станет... Он ей правда нравится.

- Это Зигги-то?! - изумился Нейл. Кассандра, вспомнив Ричарда де Кайсара, сконфуженно почесала кончик носа.

- Ну, не в том смысле, конечно. Замуж она за него точно не собирается... И что с того? Почему бы им не быть друзьями?

- Я тебя умоляю, Сандра! Зигги влюблен в неё по уши, какая там дружба!..

Кассандра нахохлилась.

- Дружба гораздо лучше, - убежденно заявила она. - А вся эта любовь - чушь собачья! И вообще, она быстро проходит!

- Вот как?

Он с любопытством прищурился, глядя на подружку, и та, заерзав, опустила глаза.

- Вот же тихушница! - присвистнул Нейл, насмешливо вздернув брови. - Сандра! Да у тебя никак завелся сердечный друг?!

- Ничего он не завелся, - буркнула та. - А совсем даже вывелся... И вообще, он болван, и не желаю я о нем говорить!

- Бедняга...

- Нейл!

- Ладно, ладно, - посмеиваясь, капитулировал тот. - Молчу. Надеюсь только, что несчастного Зигги минует подобная участь... И как твоя герцогиня не побоялась к нему подступиться? Зигги милейший человек и мухи не обидит, но ведь маг всё-таки, как ни крути.

- Подумаешь!

Нейл покачал головой. Что за упрямая девчонка? «Боги с ней, с герцогиней, - подумал он. - Зигги уж точно при ней амулет свой снимать не станет... Но Сандра! Ей ведь хоть кол на голове теши – «Подумаешь!» и точка». Молодой человек нахмурился. Его всегда восхищало умение подруги настоять на своем, но магия – это был не тот случай. Дар опасен, и она уже имела возможность убедиться в этом, однако всё равно не желает смотреть правде в глаза. Нет у нее страха перед силой – спасительного страха, что заставляет простого человека держаться подальше от чародея, и ничему её жизнь не учит. Егерь из Белой усадьбы сказал бы, что у неё тоже сбит вектор. «И сбил его я, - вынужденно признал Нейл. - А теперь она, кажется, на любого мага смотрит сквозь призму нашей дружбы...» Он тяжело вздохнул. Ночь так коротка, и когда они в следующий раз увидятся – неизвестно, но дело уж слишком серьезное.

- Сандра.

- А?..

- Зачем ты тогда влезла в наше окно?

- За тобой... - Кассандра развела руками и взглянула на товарища с легким беспокойством: - Ты исчез и даже не оставил записки, я боялась, что с тобой случилось что-то плохое... Не могла же я заявиться среди бела дня, да через парадный вход! Но ведь ты уже не сердишься на меня за это, правда?

- Сержусь? Я тебя чуть не убил, глупая ты девчонка!

Она надулась.

- Не убил же!.. И вообще, к чему теперь это вспоминать? Сам сказал – дело прошлое и...

Нейл, раздраженно чихнув, выпрямился. Что в лоб, что по лбу! Нет, не прав был отец, говоря о «безрассудстве храбрости» - тут одно сплошное безрассудство, помноженное на уверенность, что никто ей «ничего не сделает»!..

- Сандра, - сведя брови на переносице, сказал он, - ты едва не погибла. И спасло тебя только счастливое стечение обстоятельств – неужели ты совсем этого не понимаешь?

- Да понимаю я! Что ты завелся на пустом месте, ничего же не случилось! Подумаешь, повалялась недельку в постели!

- О боги!..

Молодой человек передернул плечами и одним движением поднялся с кресла. Кассандра, от неожиданности завалившись набок, кое-как выпрямилась и растерянно заморгала:

- Нейл! Да что с тобой?!

- Ничего, - отрезал он, глядя на неё сверху вниз. - Кроме того, что я маг, дурочка! И я, демон бы побрал нас обоих, опасен! То, что ты тогда выжила – целиком и полностью заслуга госпожи Делани, но она не нанималась спасать тебя до конца жизни!.. Знаешь, кто был мой отец? Простой человек, не обладающий даром! И пусть он был не самого крепкого здоровья, он прожил бы куда дольше, не женись он на моей матери, и не родись у них я!

Кассандра всплеснула руками:

- И что?! Я не собираюсь выходить за тебя замуж и рожать тебе детей!

- Само собой! - взвыл Нейл, не в силах до неё достучаться. - Но не обязательно жить с магом под одной крышей, чтобы отправиться на тот свет раньше срока! И я не единственный маг в мире, есть другие! А ты в упор не видишь разницы между теми, у кого есть дар, и теми, у кого его нет!

- Всё я вижу! - ощетинилась Кассандра, некстати вспомнив Энрике и ту сцену, что он когда-то устроил ей на крыльце. - Маги – такие же люди, как все остальные!

Лицо товарища потемнело.

- Люди? - глухо повторил он. - Да, люди... Но не «такие же». И я – не «такой же». Я не хотел тебе об этом рассказывать, но, видят боги, ты просто не оставляешь мне выбора...

Его светлые глаза сузились, и Кассандра, почувствовав вдруг легкую оторопь, интуитивно подалась назад, вжавшись спиной в спинку кресла. А Нейл, глядя на подругу в упор, заговорил – о той ночи, которую он до сих пор, как ни старался, не мог стереть из памяти, об Азате, о безымянном трактире, сожженном дотла, о женщине – его первой женщине, чьего имени он так и не узнал, и о «темном серебре», величайшей усладе и самой страшной погибели. Он говорил это, понимая, что когда он закончит, Кассандра посмотрит на него совсем другими глазами, и он лишится друга – теперь уже навсегда... Пусть! Лучше уж потерять её так, чем потом носить цветы на её могилу!..

Однако кровь и тут оказалась сильнее - древняя, упрямая кровь Д'Алваро, которые шли на смерть ради того, во что верили и что было им дорого. Кассандра, едва дождавшись, когда он умолкнет, стиснула кулаки и, как молодой бычок нагнув голову, бросилась в атаку.

- Зачем ты мне рассказал эту мерзость?! - воскликнула она, и в её расширенных глазах Нейл не прочел ничего, кроме гнева и возмущения. - Ты что же, считаешь, я полная дура, которой любой встречный маг – друг навек? Или думаешь, среди не обладающих даром одни сплошные праведники?.. Я не ребенок! И уж как-нибудь отличу сволочь от нормального человека – а ни один такой человек никогда не... Боги, какая гадость! По-твоему, кто-нибудь из твоих близких на такое способен?! Может быть, твой отец? Или Зигмунд де Шелоу?

- Но я-то ведь оказался способен, как ты не поймешь?!

- Это не в счёт! Тебя просто опоили и обманули! Хватит лепить из себя чудовище, это всё чушь собачья! Грязь, пакость и чушь! И я не собираюсь шарахаться от всех магов без разбора только из-за того...

«Бессмысленно, - устало подумал Нейл. - Такой твердолобости позавидовал бы носорог. Хоть убей я её сейчас, она и в чертогах Танора будет доказывать, что меня просто неправильно поняли». Правая рука его потянулась к амулету. Кассандра, уже набравшая в грудь побольше воздуха для новой порции упреков, настороженно застыла с открытым ртом.

- Нейл? - спустя мгновение позвала она. - Ты что?..

- Я возвращаюсь в Белую усадьбу. Говорить с тобой бесполезно, и теперь я вижу, что приходить мне тоже не стоило.

- Нейл!

Изменившись в лице, она вихрем слетела с кресла и мертвой хваткой вцепилась в локоть друга.

- Нейл, не надо! Не уходи, пожалуйста, я же...

- Отпусти меня, Сандра. Иначе тебя затянет в воронку, и домой ты вернешься нескоро.

- Нейл! - дрогнула она, понимая, что товарищ не шутит. - Ну пожалуйста, не надо так! Не отворачивайся! Я, наверное, не права и... Ну что мне сделать, чтобы ты остался?!

Маг, помедлив, все-таки повернул голову.

- Боюсь, - обронил он, - что тут уже ничего не поделаешь... Но я останусь. Если ты пообещаешь быть осторожной и помнить, что такое дар – кому бы он ни принадлежал.

- Даже если тебе?..

- Особенно если мне.

- Я... я обещаю, - прошептала Кассандра, умоляюще глядя ему в глаза. - Клянусь Антаром, я больше в жизни не подойду ни к одному магу без амулета! И спорить с тобой тоже больше не буду! Честное слово!

Нейл со вздохом качнул головой:

- Хотелось бы верить.

- Я правду говорю, Нейл!..

Он, уставившись в потолок, демонстративно задумался. Потом покосился на подружку, что, затаив дыхание, ожидала его вердикта, и с трудом подавил улыбку. Вид у Кассандры был такой несчастный, что даже просто сердиться на неё было трудно – не говоря уж о том, чтоб уйти. Да и не хотел он никуда уходить.

- Ладно, - наконец подал голос Нейл, оставив в покое амулет. - Но помни, что ты дала слово – и если нарушишь его, я здесь больше не появлюсь... Сандра. Руку-то отпусти, рубашку порвешь – а зашивать кто будет?

Кассандра чуть слышно фыркнула.

- Я теперь умею шить, - сказала она, послушно разжав пальцы. Друг округлил глаза:

- Быть не может! Тебя пытали?!

- Нейл!..

Он, посмеиваясь, взял её за плечи и легонько подтолкнул в сторону камина:

- Не стой босиком на полу, окно нараспашку, а ночи уже прохладные... Что? Да никуда я не сбегу, успокойся!

Поймав её недоверчивый взгляд, Нейл рассмеялся и первым вернулся в кресло. Кассандра, успокоенная, тут же забралась следом и приткнулась ему под бок. Повозилась немного, вновь устраиваясь поудобнее, и затихла, молча прислушиваясь к тому, как шелестят за окном листья клена и монотонно скребется в своем ящике старая Шишша. А потом улыбнулась счастливой, умиротворенной улыбкой. Теперь всё было хорошо – совсем-совсем всё. Нейл пришел и остался, хотя, конечно, как кончится ночь, уйти ему все же придется... Она тихонько вздохнула. И потершись щекой о плечо друга, позвала:

- Нейл!

- Ммм?

- Расскажи мне про эту вашу усадьбу...

Они проговорили до самого рассвета, сидя в старом потертом кресле и прижавшись друг к другу, как два замерзших воробышка. Нейл рассказывал Кассандре о Белой усадьбе, о соснах и мельнице, об Итане Эшби, о нелюдимом егере, поймавшем его с поличным в ночи на ромашковом холме – а под конец, досадливо хмурясь, упомянул и о последнем письме его светлости.

- Они приезжают завтра, - сказал он, бросив взгляд на каминные часы. - И слава богам, что отец терпеть не может сюрпризы – не напиши он мне, мы с тобой вовсе могли не увидеться!

- То есть, больше ты не придешь? - огорчилась Кассандра. - До следующего лета?

- Видимо, нет, - вздохнул товарищ. - Я и так-то рискую, учитывая охрану и егеря...

- Думаешь, он может проболтаться его светлости? Он же дал слово!

- Не будь таким ребенком, Сандра. Я ничего о нем толком не знаю, а то, что знаю, мне не очень-то нравится... Угрюмый тип! И себе на уме, хотя, должен признать, с воронкой он меня здорово выручил. Но, в сущности, ему ведь на всё наплевать, кроме леса.

- А он правда когда-то был магом?

- Похоже на то.

- Надо же!.. Я и не думала, что дар можно потерять!

- Теоретически нельзя, но Запретный остров... - Нейл против воли поежился. - Страшное это место, Сандра. Отец мне немного рассказывал – сам он, конечно, там никогда не бывал, но земля слухами полнится. Запретный остров опасен вообще для всего живого, а уж чародею и вовсе, считай, приговор. Не сойдешь с ума, так погибнешь, исключения вроде нашего егеря – величайшая редкость.

- Тогда ему повезло...

- Как сказать. Дар для мага не менее значим, чем любое из чувств для обычного человека. Конечно, утратив зрение или слух, тоже можно жить, однако... Ущербная это жизнь, Сандра. И вряд ли веселая.

Девушка, подумав, согласно вздохнула. А заметив, что Нейл снова бросил взгляд на часы, посмотрела в окно. Рассвет уже занялся. Как быстро пролетела ночь! И почему всё хорошее никогда не длится долго?.. Она почувствовала, как шевельнулся друг, и придвинулась к нему еще ближе.

- Мне пора, Сандра.

- Нейл! Ну ещё ведь только начало шестого! Даже наши слуги раньше семи не поднимаются!

- В городе всё иначе. А Белая усадьба вот-вот проснется. Дверь своей спальни я, конечно, запер изнутри, но лучше не рисковать...

- Не хочу я, чтоб ты уходил! - жалобно воскликнула она, цепляясь за край его мятого жилета. - Я год тебя не видела и ещё столько же не увижу! Это нечестно! А если... если его светлость следующим летом решит приехать не на неделю, а на все три месяца?!

Нейл тихо рассмеялся и, высвободившись из цепких объятий подружки, поднялся с кресла. Расставаться ему не хотелось тоже, но выбора у них обоих не было. Утро уже на пороге. Он посмотрел на едва не плачущую от расстройства Кассандру и протянул ей руку:

- Королевского магистра на целое лето никто не отпустит, так что вставай и как настоящий друг пожелай мне счастливого пути! И не расстраивайся раньше времени – уж как-нибудь потерпим еще годик, а там мне уже стукнет двадцать, и усадьба станет моей...

- А толку? - буркнула девушка, всё-таки поднимаясь. - Я все равно к тебе приехать не смогу.

- Зато написать точно сможешь, - улыбнувшись, подсластил пилюлю он. - И я тебе тоже. Потому что охрану я сразу выгоню ко всем псам!

Она нерешительно улыбнулась в ответ. Потом прерывисто вздохнула и, крепко обняв друга за шею, пробормотала:

- Ладно... Тогда счастливого пути, Нейл. Но если у тебя все-таки ещё разок получится прийти, пока я не уехала...

- Я постараюсь,- ответил он. Ткнулся подбородком в её вихрастую макушку и невесело улыбнулся. Он знал, что больше не придет – не этим летом так точно, но как ей об этом скажешь?.. - Я очень постараюсь, Сандра. А теперь отпусти меня. Мне правда пора.

Девушка нехотя повиновалась, и маг, отступив на середину комнаты, стянул с шеи амулет. Сунул его в карман, щелкнул пальцами, рассеивая защитный купол, и вывел ладонями в воздухе перевернутую восьмерку. У ног его с тихим свистом закружился мутный воздушный смерч. Завившись спиралью, он поднимался всё выше и выше, окутывая творца словно кокон и стирая очертания его фигуры – до тех пор, пока не поглотил его целиком.

- Я буду тебя ждать, Нейл, - прошелестела Кассандра, стоически удерживаясь от того, чтобы вновь не зашмыгать носом.

Сизая воронка, качнувшись из стороны в сторону, приподнялась над полом и с тихим хлопком растаяла в воздухе. Ушел. Кассандра опустила голову. Нечестно! Нечестно это и неправильно! Нейл ей как брат – а разве кто-то посмел бы отнять у нее брата? Да пусть бы только попробовал!

«Демон бы побрал эту треклятую магию, - думала она, уже улегшись в постель и слипающимися глазами глядя на розово-серый квадрат окна. - И её, и всех в мире отцов вместе взятых!»

Барон Д'Элтар, на свое счастье, о мыслях дочери не знал и об отчаянии, почти всё лето владевшем ею, даже не догадывался. Он, как и его жена, радовался, что обе его девочки снова дома, с волнением и гордостью думал о том, что скоро станет дедом, и был бы совершенно счастлив, если бы не...

«Астор, - думал барон, стоило ему только взглянуть на младшую дочь. - Бедный Астор!» И отводил глаза от кудрявой головки Кассандры, словно боясь, что кто-нибудь из домашних прочтет его мысли. Душа Руэйда болела за шурина, и пусть тяжело было осознавать, что Кассандра, его плоть и кровь, заварила всю эту кашу, однако куда тяжелей было видеть, во что превращается дорогой ему человек – и не иметь возможности этому помешать.

Парад победы в этом году провели как обычно, без переносов, четырнадцатого августа. И маркиз Д'Алваро приехал в столицу, чтобы на нем присутствовать. Остановился он в меблированных комнатах – время не умалило гнева баронессы, и она ясно дала понять мужу, что видеть брата категорически не желает. Руэйд, скрепя сердце, смирился с этим, но то, что он застал в номере дешевой гостиницы у Восточных ворот, куда приехал повидаться с шурином после парада, совершенно выбило его из колеи. В углах маленькой, обшарпанной комнатенки, где только каким-то чудом умещались кровать, стол и пара стульев, громоздились пустые бутылки, на столе высилась гора грязной посуды, а в спертом воздухе стоял тяжелый запах винных паров – такой густой, что Руэйд едва не задохнулся с порога. Он распахнул окно и, покосившись на стол, недоуменно нахмурился. За один-два дня столько бы не скопилось.

- Я приехал неделю назад, - правильно истолковав взгляд зятя, сказал маркиз Д'Алваро.

- Как! И не сообщил мне!

- Зачем? Чтобы ты до самого парада разрывался между Инес и мной и трепал себе нервы? Брось, Руэйд, я же тебя знаю. Но уезжаю только в воскресенье, так что можешь ещё заглянуть завтра... Если, конечно, захочешь.

Барон посмотрел на шурина и внутренне застонал. Выглядел тот плохо. Смуглое, резко очерченное лицо маркиза словно бы расплылось, под глазами набрякли тяжелые красноватые мешки, движения потеряли былую ленивую грацию, а руки, сейчас сжимающие очередную бутылку, ощутимо дрожали. Судя по всему, пил он не первый день и даже не первый месяц – к тому же, довольно много.

- Астор! - забывшись, вскричал барон. - Ты выглядишь просто ужасно! Что случилось?! Что-то не так на заставе? Дома?..

Тот вернул бутылку на стол и взял в руки наполненный до самых краев стакан.

- Дома?.. - с кривой ухмылкой переспросил он, делая большой глоток. - Дома всё в полном порядке... А! Ты же не знаешь – моя дражайшая супруга вот-вот осчастливит меня наследником.

Руэйд изумленно приоткрыл рот.

- Когда? - только и смог вымолвить он. Астор Д'Алваро, вновь приложившись к стакану, пожал плечами.

- Полагаю, как раз к моему триумфальному возвращению в родные пенаты... Врач сказал – ближе к концу месяца.

- Так скоро! И ты ничего нам не написал?!

Одутловатое лицо шурина исказилось странной гримасой. Он залпом прикончил остатки вина и рассмеялся.

- Вот уж Инес бы обрадовалась, надо думать, - с оттенком злой иронии обронил он. - Не написал. Потому что я даже думать об этом не могу. И не думать не могу... Одну Лавинию я бы ещё стерпел, боги свидетели, но этот ребенок! Его не должно было быть, Руэйд!

Он опять потянулся к бутылке, а барон растерянно заморгал:

- Не должно было? Я не понимаю, Астор. В конце-концов, это естественно и...

- Естественно?! - вдруг вызверился маркиз, уставясь на зятя налитыми кровью глазами. - Я не могу иметь детей, и у меня было достаточно женщин, чтобы убедиться в этом!.. А теперь всё встало с ног на голову, и я уже не понимаю, на каком я свете! Всё пошло прахом, Руэйд! Мало мне дочери эль Виатора, так через пару недель у него появится внук! Ещё один эль Виатор! В моем доме! И я буду вынужден дать ему свое имя!

- Астор! - окаменел барон. - Да неужто ты думаешь, что это несчастное дитя не твоё?!

Маркиз скривился как от зубной боли и, забыв про стакан, потянул к губам горлышко бутылки.

-Увы, похоже что моё. И, веришь ли, я сам не знаю, что хуже...

Он, запрокинув голову, сделал несколько жадных глотков. А после, утерши рот и взглянув на бледного, растерянного зятя, криво улыбнулся.

- Прости, Руэйд. Я, кажется, слегка перебрал. Не бери в голову, это уже не твои заботы... К тому же, может статься, мне хоть напоследок повезет – по всем приметам вроде бы должна родиться девочка. В нынешних обстоятельствах уже неплохо, а?

Однако и этой надежде не суждено было сбыться. В последний день лета, туманным августовским утром, в поместье Алваро появился на свет мальчик – крошечный, краснолицый, нареченный Алонсо, в честь деда, - и как две капли воды похожий на своего отца.