39

Глава 39
Февраль не заставил себя долго ждать, приближается праздник Весны, все домочадцы заняты, вкус года крепчает, а еще у всех есть обычай в это время года подметать могилы.

Прохладный ветер обдувал ряды серых надгробий, а также взлохматил волосы Цзян И. Его руки коснулись холодных надгробий, а кончики пальцев снова и снова скользили по лицу мужчины на фотографии, не желая расставаться.

Больше невозможно было обнять это теплое тело и увидеть настоящего Цинь Биня.Кончики пальцев Цзян И постепенно теряли тепло, а его сердце казалось пустым.

Он наклонился и положил букет цветов перед надгробием, а затем сумел выдавить улыбку своему «брату» Цинь Бину на фото.

Это его запоздалое поклонение, с опозданием на несколько лет.

Когда Цзян И убрал улыбку с губ и встал, чтобы посмотреть на Цзян Инсиня, который был рядом с ним, его глаза были холодными, как будто он был другим человеком. «Что ты здесь

делаешь ? услышал довольно смешную шутку. Он холодно усмехнулся: «Это дом? Вы моя семья?» Цзян Инсинь замер, не в силах что-либо опровергнуть. "Все, что я знаю сейчас, это то, что вы, ребята, солгали мне и разыграли меня. Если бы я не понял этого в результате несчастного случая, возможно, эта жизнь закончилась бы в оцепенении", - Цзян И холодно посмотрел на Цзян Инсиня: Скажи в конце Один раз, послушай внимательно! Прежней Цзян И больше не существует, и меня сейчас абсолютно невозможно вернуть!» Закончив говорить, Цзян И проигнорировала следующие слова и действия Цзян Инсиня, и пошла прямо вперед. и встретил Цзян Инсиня, проходя мимо, Цзян И сильно ударил его по плечу. «Цзян И!» Цинь Бин тоже присутствовал в это время и поспешно крикнул, чтобы остановить его. Цзян И остановился, но не обернулся и не оглянулся: «Если тебе есть что еще сказать, просто закончи все сразу».

Хотя у Цинь Биня была причина быть беспомощным, в то время его отправили за границу по принуждению отца Цзяна, но в конце концов он сотрудничал с этими людьми, чтобы обмануть его, поэтому Цзян И чуть не поместил его в лагерь семьи Цзяна.

Цинь Бинь до сих пор не понимает внутренних мыслей Цзян И. Он думает, что, поскольку Цзян И полностью восстановил память о своем брате Цинь Бине и не смутил их двоих, ему нет необходимости продолжать притворяться.

«Цзян И, мой брат уже ушел, не зацикливайся на прошлом, можешь взглянуть на меня?»

Он хотел спасти Цзян И, позволить Цзян И пересмотреть себя, попытаться принять новую жизнь. , И чувства.

Различные виды поведения Цинь Биня сейчас слишком очевидны, Цзян И не дурак, конечно, он понимает его намерения, но...

он помолчал и сказал: «Цинь Бинь, я никогда не влюблялся в тебя несколько раз». лет назад, а сейчас это еще более невозможно»

, Цинь Бин остался на месте, безжалостные и равнодушные слова Цзян И эхом отдавались в его ушах, и когда он поднял глаза, его решительная спина также отодвинулась.

Цзян И никогда не оглядывался на Цинь Биня, он прошел весь путь до Тан Пейи на расстоянии.

Тан Пейи совсем не знал этого брата Цинь Биня, в этот момент он был как сторонний наблюдатель, отделенный от Цзян И и их троих, просто наблюдавший издалека и вообще не слышавший их разговора.

Цзян И подошел, взял Тан Пейи за руку и поцеловал ее тыльную сторону.

Тан Пейи, у которого не было времени среагировать, вздрогнул.Он знал, что Цзян И сделал это нарочно, чтобы Цзян Инсинь и Цинь Бинь видели, и улыбка на его лице также была полна обдумывания.

«Пошли, Пейи.» Не дожидаясь ответа Тан Пейи

, Цзян И оттащил его, и его поведение теперь всегда немного резкое; и имя Цзян И слишком незнакомо ему, и он никогда раньше не называл его так.

Отец Цзяна и мать Цзяна оба были бизнесменами в то время. После того, как они поженились, они начали совместный бизнес. После того, как компания выросла, отец Цзяна стал председателем и не обращался плохо со своей женой. Большая часть акций компании принадлежит Мать Цзяна.

Позже, когда Цзян И был подростком, они развелись, и мать Цзяна передала все акции, которые изначально принадлежали ей, своему сыну Цзян И.

Хотя теперь Цзян И вспомнил, что у него есть акции предприятия Цзяна, он по-прежнему не хотел работать на своего отца, в том числе в какой-либо компании семейного бизнеса, он не хотел идти.

После восстановления памяти ему нравилось играть против старейшин семьи Цзян, особенно против отца Цзяна. Чем больше его отец что-то ненавидел, тем больше ему хотелось что-то сделать, желая разозлить этого эгоистичного, равнодушного и упрямого старика.

Из-за его мстительного сердца, хотя Цзян И не мог вспомнить Тан Пейи, он не прогнал его, а вместо этого по-прежнему держал его дома и позволял ему все время следовать за собой.

Узнав о происхождении личности Тан Пейи, Цзян И поднял подбородок Тан Пейи, улыбнулся и сказал: «Послушный я действительно полон сочувствия, и я вырастил утенка по прихоти, разве твоя техника не очень хороша?» Вы умеете обслуживать людей?»

Тан Пейи не сказал ни слова, его зрачки были мрачны. Он снова подтвердил, что человек перед ним был г-ном Цзяном, а не его «братом».

Сложив все разбросанные буддийские четки в коробку и заперев ее в ящике стола, Цзян И больше не заботился об этом. Однако каждый раз, когда он видел одни и те же четки на запястье Тан Пейи, ему неизбежно становилось немного любопытно.

Прошло больше месяца с тех пор, как его выписали из больницы, а Цзян И до сих пор не может понять, почему его предыдущее «я» оставило Тан Пейи?

Цзян И чувствовал, что он вообще возмутитель спокойствия! Хобби тоже отличаются от обычных людей, например выращивание муравьев дома!

Черная масса муравьев вызывала у Цзян И покалывание на голове и мурашки по всему телу, он кричал «отвратительно», «грязно», «свиток» и так далее. Он сказал Тан Пейи быстро выбросить его, и он никогда больше не поднимет его в будущем!

Цзян И также нашел дома несколько коробок грецких орехов, и это были не ядра грецких орехов, а такие, которые нужно было чистить вручную.

Их так трудно есть, и их трудно откусить. Цзян И не любит их и даже думает, что «Цзян И» в прошлом купил так много закусок, чтобы сделать Тан Пейи счастливым, что, должно быть, он принял неправильное лекарство. и выставил себя дураком.

Мало того, когда он увидел всевозможные юбки в шкафу, высокие каблуки на полу, карандаши для бровей, тональный крем, тушь для ресниц, палитры теней для век, помады и другую косметику, сложенные на столе, а также разноцветные лаки для ногтей, Цзян И все тело было в шоке.ещё больше в замешательстве!

Он невольно тер виски, пытаясь вспомнить прошлое, казалось, что эта косметика, особенно лак для ногтей, произвела на него небольшое впечатление.

После этого Цзян И держал бутылку с розовым лаком для ногтей, передал ее Тан Пейи и встряхнул: «Утенок, я немного припоминаю, у тебя все еще есть женский фетишизм?»

Тан Пейи был слегка озадачен, а затем приказал Голове : "Да, я люблю носить юбки".

"Тогда ты носила юбки как женщина, чтобы развлекать других гостей, верно? Я проверяла, и когда ты работала в развлекательном клубе, все называли тебя "маленькой тупицей""

. После этого Тан Пейи снова вздрогнул, чувствуя, как в его сердце поднимается дискомфорт.

Цзян И не заметил этого и продолжил: «Конечно же, у него тяжелый рот, и он может проворачивать всевозможные трюки! Утенок... Нет, тупица, почему бы тебе не надеть женскую одежду, дай мне посмотреть? Это мне кое-что напоминает». Тан Пейи

крепко сжал ладони, отчаянно сдерживая боль в сердце, и сказал: «... Хорошо».

сотри Темное прошлое, которое не уходит.

Такому человеку, как он, суждено быть импотентом.

Перед посторонними, особенно перед семьей Цзяна и Цинь Бинем, Цзян И выкрикивал «Пейи» и притворялся, будто он близок с Тан Пейи; но наедине, когда они были только вдвоем, Цзян И вешал «маленькую утку». Краем рта он говорил все, что думал, без всяких угрызений совести, и слова, которые он произносил, всегда были откровенными и обидными.

Тан Пейи постепенно онемела, и она всегда вежливо называла Цзян И «мистер Цзян», и ее слова и дела также были холодными и отчужденными.

В этот день, когда он увидел Тан Пейи в наушниках, с книгой в руке, сидящего в стороне, молча читающего книгу и отвечающего на вопросы, Цзян И ощутил ощущение знакомости в трансе.

Честно говоря, брови и глаза Тан Пейи чем-то похожи на его «брата» Цинь Биня в старшей школе. Чувства этих двоих более похожи. Возможно, это потому, что они росли в плохой среде с детства. Рожденный во тьме Уникальное очарование, которое расцветает.

Цзян И внезапно немного понял свои прежние мысли.Пострадавший «Цзян И» нашел себе «брата» на замену.

Первоначально в спальне Цзян И было две кровати.После выписки из больницы Тан Пейи либо спал на диване в гостиной, либо втискивался в кабинет.

Цзян И поначалу не возражал, но думая о прошлом, он снова стал немного чистоплотным, своевольным и гордым молодым мастером, за исключением своего любимого «брата» Цинь Биня, он не хотел быть слишком рядом с другими.

Узнав личность Тан Пейи, Цзян И находил это тем более нелепым, чем больше смотрел на него. Он явно утка, которая была в развлекательном клубе, что за человек никогда не обслуживался, почему он должен притворяться таким сдержанным в это время?

Итак, сегодня вечером Тан Пейи принял душ, и после того, как он вышел из ванной, у него не было времени среагировать, когда Цзян И внезапно затащил его в спальню и толкнул на кровать.

«Я позаботился о тебе, конечно, ты должен спать со мной.»

Не зная причины, Цзян И смутно ощутил свое подсознательное желание Тан Пейи, сильное и ужасающее желание.

Будучи обманутым окружающими его людьми в течение нескольких лет, Цзян И жил в мире, полном лжи, и стал другим «я» в мире, созданном другими.

Теперь он полностью проснулся и не хочет, чтобы им манипулировали другие.Он не только сопротивлялся отцу, но и прекратил все нейролептики для его болезни, так что его нынешняя психика и эмоции неустойчивы, и он будет раздражительным от времени ко времени, а иногда даже отомстить крайняя человеческая психология.

Желание взрослого мужчины слишком долго подавлялось, в это время Цзян И проигнорировал борьбу Тан Пейи и сильно надавил на него.

«Не надо! Не... не делайте этого, мистер Цзян, — Тан Пейи вывернул шею, чтобы увернуться, и протянул руку, чтобы сильно толкнуть Цзян И, — нет, правда, нет...»

Если он «немного тупой» от начала до конца, то он будет послушно подчиняться, кто бы ни был объектом, они просто его «гости». Но был «брат», который научил его жалости к себе и любви к себе, и раз ему это не понравилось, он должен был смело отвергнуть это.

Для него нынешний Цзян И вовсе не тот «брат», кроме того, он плохо себя чувствовал сегодня вечером, и его нижняя часть тела снова кровоточила, когда он ходил в туалет.

Тан Пейи, который всегда сотрудничал с ним, впервые яростно сопротивлялся этой ночью, и Цзян И тоже был зол. Он вытащил ремень из брюк, связал ремнем размахивающие руки Тан Пейи, поднял его над головой и с силой оттолкнул колени от ног, которые пытался свести вместе. Рука Цзян И проникла в штаны Тан Пейи, и когда он коснулся скрытого места под ним, Цзян И на мгновение вздрогнул, поняв, что что-то не так

: «Что происходит?

Момент, Цзян И. Сцены его совершенствования в теле Тан Пейи, отпускания его желаний и объятий Тан Пейи, использования различных поз, чтобы тесно слиться друг с другом, появились в его сознании.

В этот момент он, казалось, снова увидел краснеющего и плачущего мальчика, поэтому он укусил Тан Пейи за ухо и сказал: «Я снова кое-что вспомнил, ты явно маленькая сучка, маленькая сучка на кровати!»

«Нет... не делай этого, пожалуйста...»

Маленькое лицо Тан Пейи постепенно теряло кровавый цвет, потому что он чувствовал, что его желудок снова начал пульсировать. В этот момент его лицо побледнело, лоб покрылся холодным потом, а глазницы невольно краснели и увлажнялись, а потом... скатилась слеза.