1

Предыстория:
Тяжёлый бархат театрального занавеса закрыл сцену за его спиной, и сердце замерло. Миг - и тишина в зале сменилась овациями и криками: "Браво". Тяжело дыша, Келли смотрел на аплодирующих стоя людей, но в отличие от своих коллег, не испытывал радости. Всё, что ему хотелось, это побыстрее попасть в гримёрку, снять эту облегающую одежду и, смыв грим, хоть немного побыть собой, простым парнем из небольшого городка, а не солистом балета самого известного в столице театра. Несколько раз поклонившись публике, он взял под руку, ту, которая и стала причиной его апатии к жизни и танцам, и под восторженный возглас толпы отправился за кулисы.

- Келли! - возмутилась девушка, когда, едва скрывшись от посторонних глаз, он грубо откинул её руку. - У нас свадьба через неделю. Перестань так себя вести!

Парень тяжело вздохнул и, посмотрев на нее с упрёком направился к себе.

Судьба свела их на постановке Ромео и Джульетта. Тогда яркая, всегда улыбающаяся девушка даже понравилась Келли. Работать с ней было легко, а общаться интересно. Кто ж знал, что под личиной ангела скрывался сущий дьявол.

Главная пара балета стала привлекать внимание публики. В прессе, им то и дело приписывали роман. Вырывая фразы из контекста или ловя в объектив двусмысленные взгляды, их цинично подталкивали друг к другу. И в какой-то момент в больной голове директора возник план. Чтобы привлечь к театру ещё больше внимания публики, он дал интервью, в котором подтвердил отношения между О'Келли Никсом и Эмилией Уотсон.

Возмущению Келли не было предела.
Парень гневно требовал выпустить опровержение, но директор был непреклонен. Помимо давления со стороны прессы и дирекции театра, Келли был вынужден терпеть и нападки довольно влиятельного в городе политика - отца Эми, которая так вжилась в роль возлюбленной, что уже вовсю гуляла с подружками по свадебным салонам, делая фото и выкладывая их в свои социальные сети.

Окружённый со всех сторон несчастный сирота, у которого кроме балета не было ничего, под постоянными угрозами увольнения, потери репутации и возможности танцевать, сдался и согласился на свадьбу.

Вот только поездка домой в неприглядный туман внесла свои коррективы.

_________________________________________________

Надев любимый свитер, связанный, тёплыми материнскими, уже слегка дрожащими от болезни руками, Келли взял рюкзак и вышел на улицу. Осень в этом году погодой не радовала. То жара, то дождь, и вот теперь туман, да такой, что собственного носа не видно.

Замерев на миг у машины, он покрутил в руках ключи, терзаясь сомнениями. Ехать в таких условиях было рискованно, но в то же время это были единственные выходные перед свадьбой и туром, и парень хотел провести их дома.

"Просто буду ехать медленно", - подумал он и, сев в машину, повернув ключ зажигания, печально улыбнулся. Это было похоже на маленький побег в другую реальность, в жизнь, где он сам вправе решать свою судьбу.

Рассекая белым светом фар серебристый туман, Келли, заворожённый его сиянием, стал фантазировать о том, что едет сквозь магический портал. В такое далёкое прошлое, где он, совсем маленький, танцует на берегу реки, а мама, широко улыбаясь, аплодируя, пророчит ему светлое будущее премьера, знаменитого на весь мир.

Отчасти её пророчества сбылись. Келли добился не малых высот, и вот уже три года оставался несменным солистом самой известной балетной труппы. Его узнавали на улицах, воспевали в песнях и стихах, вручали подарки и награды. Но счастья это не принесло. Без родных глаз, заполненный зал казался пустым, а дорогие букеты меркли на фоне сорванных мамой ромашек. Келли был настолько опустошён и одинок, что когда ему приходилось исполнять трагические амплуа, весь зал не мог сдержать слёз, глядя на наполненный болью танец.

Погрузившись в счастливые и одновременно печальные воспоминания, парень чуть не пропустил поворот. Пытаясь вписаться, он выехал на встречную полосу, и его мир разделился на до, и после, тусклым лучом света фары приближающегося мотоцикла.

Резко выкрутив руль, пытаясь избежать столкновения, Келли, протаранив ограждение, слетел с дороги в кювет. Удар в лицо, от которого защемило в шее и стало тяжело дышать, а затем чьи-то руки, помогающие избавиться от подушки безопасности и отстегнуть ремень. Больше для Келли в тот момент ничего не существовало.

- Живой? - спросил незнакомец, вытаскивая его из машины.

Парень пару раз моргнул и, сделав глубокий вдох, попытался присесть. Ноги дрожали, пульс зашкаливал, а в голове было настолько пусто, что вопрос незнакомца прозвенел в ней, словно колокол, и несколько раз отозвался эхом.

- Понятно, - проговорил мужчина и, взяв его на руки, вынес на дорогу.

Посадив Келли на свой мотоцикл, он расстегнул кофр и достал аптечку. Неприятный запах нашатырного спирта выдернул парня из внутреннего мира, вернув в жестокую реальность. Осознав, что произошло, Келли тяжело задышал и вцепился в руку, держащую флакончик с нашатырем.

- Я...Мне жаль. - только и смог проговорить он и, затаив дыхание, чтобы скрыть свою панику, опустил глаза.

- Эй, посмотри на меня, - приподнимая его голову за подбородок, приказал незнакомец. - Выдохни и скажи, как ты себя чувствуешь? Нужна скорая?

- Мне жаль, - снова промямлил Келли.

- Да твою мать! Что ж ты заладил одно и тоже? Ты помнишь, как тебя зовут? - голос мужчины стал грубее и настойчивее.

- О'Келли Никсон.

- Ok, Кел. Какой сегодня день?

- Выходной.

- Какой, к черту, выходной? Начало недели.

- У меня выходной.

- А, ну ладно. Что-нибудь беспокоит?

Парень кивнул и уставился на незнакомца. Тот был настолько красив, что Келли залип, разглядывая его черты лица. Прямой нос, волевой подбородок, чётко очерченные скулы, покрытые трёхдневной щетиной, сжатые губы, и миндалевидные глаза, хищного жёлто-зелёного цвета. Он был похож на актёра экшена, только что спасшего мир. Брутальный супер герой в кожаной куртке, на которой блестел осевший туман, и в черных обтягивающих джинсах.

- Я не знаю как теперь добраться домой, - отрешённо ответил Келли и смущённо отвёл взгляд, как только мужчина недовольно нахмурил брови.

Это и правда было единственное, что волновало парня в тот момент. В глубине души, он надеялся, что незнакомец предложит свою помощь, хотя и осознавал, что просить о помощи человека, которого чуть не сбил - слишком большая наглость.

- Блядь, ты серьёзно? Я о самочувствии спрашивал!

- Всё хорошо, я цел. Просто немного в шоке. И шея болит.

- Думаю, стоит отвести тебя в больницу, - задумчиво произнёс мужчина и, отойдя в сторону, достал из кармана телефон. - Ник, на семнадцатом километре серебристый Нисан, отбуксируй его в гараж... Делай, блядь, как я сказал!

Положив трубку, он посмотрел на Келли и спустился вниз к разбитой машине. Кел не двинулся с места, по какой-то необъяснимой причине. Он впервые в жизни не переживал.

- В машине есть ещё что-нибудь ценное? - вернувшись, спросил незнакомец, держа в руках рюкзак Келли.

- Нет.

- Хорошо, тогда поехали. Сядешь вперёд, так точно не свалишься.

Келли кивнул и, перекинув ногу, сел на мотоцикл, положив руки на бензобак. Незнакомец уселся сзади и, всунув в руки парню его рюкзак, притянул к себе.

***

Настойчивый стук в дверь вырвал Келли из объятий сна. Открыв глаза, парень осмотрелся и нервно облизал губы. За окном уже была ночь. Туман рассеялся, и блеклый лунный свет пробирался сквозь окна. Комната, в которой он находился, была ему не знакома. Мебели тут практически не было. Широкая кровать, две тумбочки и кресло, на котором валялся его рюкзак. Последнее, что он помнил, это как, пытаясь укрыться, от пронизавшего насквозь ветра, прятал лицо, прижимаясь к груди незнакомца.

"Наверное я уснул".

Стук сменился бранью. Тихонько встав с кровати, Келли подошёл к двери и, приоткрыв её, прислушался.

".. - Ты окончательно сошёл с ума, Ян! Ты лидер "Детей Рассвета"! Ты не можешь спать с мужчиной! Наши никогда этого не примут!

- Заткнись, Юджин! Иначе, клянусь, я заткну тебя сам! Я не с кем не спал и не собираюсь!

- Брось! Мы же с тобой прекрасно знаем, какой ты на самом деле!

- Какой же я? А? Натурал? Бисексуал? Или, как ты ранее выражался, "Пидор недостойный быть во главе клуба"? Я не спал с мужиками с тех пор, как возглавил этот чёртов клуб! И не собираюсь!

- Ты принёс парня к себе домой на руках! Росс видел вас!

- Парень слетел в кювет из-за меня! Что мне нужно было, бросить его там?! Ник забрал его машину, можешь поехать в гараж и убедиться!

- Почему ты просто не отвёз его в больницу?!

- Я отвёз, но там висел замок! Похоже, Квентин опять ушел в запой, а везти его в город, в такой туман было слишком рискованно! Поэтому уйми свою грёбаную истерику, Юджин! Утром я отвезу парня, куда он скажет! Как видишь, я постелил себе на диване и трахать никого не собираюсь! Поэтому проваливай на хрен из моего дома! Или будешь за член меня до утра держать? Если да, то будь аккуратен, а то вдруг я забуду, что ты мой друг! Я ведь бросаюсь на всё, что движется!

- Не начинай, Ян. Я забочусь о тебе.

- Чёрта с два! Просто другой лидер не будет спускать тебе с рук все твои косяки. Проваливай, я устал..."

Келли отошёл от двери и сев на краю кровати, уставился в темноту угла.
"Дети Рассвета" был довольно известным мотоциклетным клубом, про который ходило не мало жутких слухов. Но его незнакомец не казался бандитом, да и внешне он был весьма привлекательным. Впрочем, как должны выглядеть бандиты, Келли понятия не имел. И это было не так важно, как то, что его незнакомцу нравились мужчины.

То, что он гей, Келли осознал ещё в пятнадцать лет. К счастью, его мать была ещё жива и помогла парню принять себя таким, каким он есть. Но, к сожалению, в мире балета невозможно было оставаться собой. Поэтому, в свои двадцать лет, он ни разу даже не целовался по настоящему, с тем, кто бы ему понравился. На душе стало так тоскливо, что парень с трудом сдержал слёзы. Проглотив ком в горле он подошёл к окну и отодвинув штору, посмотрел вдаль. Сердце сжавшись от боли, отказалось биться.

- Не может быть! - прошептал он со слезами на глазах и, вылетев из комнаты, побежал вниз.

К счастью, входные двери не были закрыты на замок, и, выбежав на улицу, парень оказался в месте, которое так любил. Он так давно не был в родных краях, что даже не знал, о застройке берега домами. Но, несмотря ни на что, этот кусочек детства остался неизменным.

Те же ивы, склонившие свои косы над водой, искристая гладь реки и полевые ромашки, рассыпанные по берегу. Не хватало только мамы.

***

Ян был в ужасном настроении. Юджин опять перешёл чёрту. Но хуже всего было то, что в его словах была доля правды. Когда Ян стал лидером, он прекрасно понимал, что его ориентацию никто не примет. За всё это время мужчина не раз слышал гомофобные высказывания в сторону таких же, как он. Поэтому, переступив через себя, начал спать с женщинами, скрывая от всех свою истинную сущность.

Сначала было трудно, но со временем он привык, и на какое-то время всё казалось нормальным. Но этот парень, с его большими серыми глазами и слегка надутыми губками, заставил понять, что ничего не прошло.

Налив себе выпить, Ян собирался включить какой-нибудь триллер, чтобы отвлечься, когда его гость, словно ураган, выскочил на улицу. Поставив стакан на стол, мужчина вышел за ним, но, едва спустившись с крыльца, остановился и замер, затаив дыхание.

Парень танцевал. Нет, он парил словно птица, взмывая вверх и плавно опускаясь вниз, едва касаясь ногами воды, которая разбегалась кругами в разные стороны. Изящные пируэты, прыжки, сопровождаемые серебристыми брызгами, руки, что словно два крыла тянулись к небу. Ян забыл, как дышать и, сделав сдавленный вдох, неуверенно шагнул вперёд, заворожённый его танцем.

Ему хотелось приблизиться чуть ближе, но сухая ветка, хрустнув под его ногой, спугнула парня, и тот, резко повернувшись, растерянно уставился на Яна.

Не зная, что сказать, Ян, наклонившись, вырвал куст ромашек и, подойдя ближе, вручил их Келли.

Глаза парня заблестели от слёз и он неожиданно даже для себя самого, обняв Яна за шею, соединил их губы в нежном и трепетном поцелуе.

Несколько секунд они просто стояли, наслаждаясь, вкусом сладости и теплом костра, разгорающегося в груди. Боясь всё испортить, Ян, мягко касаясь губ своей волшебной птички, что ворвалась в его жизнь с туманом и снесла с петель давно закрытую дверь, проскользнул языком в приоткрытый рот и углубив поцелуй, принялся ласкать язык и нёбо парня.

Келли застонал и выронив из рук цветы, прижался к Яну плотнее. Осознав, что парень не против, Ян приподняв его на руках, понёс в сторону дома.

Обняв его ногами и руками, Келли с наслаждением отвечал на поцелуй, теряясь в ощущения. И лишь когда Ян, споткнувшись об ступеньку крыльца, громко выругался, парень рассмеялся и зарылся лицом в его плечо, давая возможность Яну видеть куда идёт, но при этом лёгким поцелуем в шею, обозначив, что он не против продолжить.

Открыв дверь в спальню с ноги, Ян положил свою трепещущую от волнения птичку на кровать и, слившись с ним в поцелуе, стал бродить руками по стройному телу. Он не торопился, и даже ни разу не прикоснулся к обнаженной коже, хотя в груди уже во всю бушевал пожар, а узкие джинсы не могли скрыть его желание. Танец Келли у воды, разбудил в нём, что-то иное. Что-то большее, чем страсть или жажда. Чувство, которое заставляло его сердце пропускать удары, настолько прекрасное и нежное, что Ян боялся его упустить.

Келли сдался первый. Потеряв голову от эмоций, нахлынувших на него словно лавина, он, отстранившись, стянул с Яна футболку и, уставившись на разрисованную татуировкой мускулистую грудь, облизал губы. Парень не знал, что делать дальше. Можно ли прикоснуться, провести по этим линиям пальцами или может быть языком. Хочет ли его незнакомец этого или возможно, он слишком торопит события.

Словно прочитав его мысли, Ян улыбнулся и, сняв с парня давно мешающий им свитер, опустившись чуть ниже, взял в плен розовый сосок, затвердевший то ли от холода, то ли от возбуждения. Келли застонал.

В тишине комнаты это прозвучало слишком громко, и парень, залившись краской от смущения, прикрыл ладошкой рот. Опустив его руку, Ян проложил поцелуями дорожку вверх по бархатистой коже к губам и в этот раз, целуя жадно и настойчиво, принялся расстёгивать брюки своей птички. Приспустив их вместе с трусами, он, пройдясь пальцами, по внутренней стороне бедра и мошонке, обхватил рукой возбуждённую плоть. Но стоило сделать лишь пару движений, как парень тут же кончил.

- У тебя это впервые? - слегка взволнованно спросил Ян, глядя, как уши и шея парня становятся багряными.

Келли неуверенно кивнул. Ему было так стыдно, что он готов был провалиться сквозь землю. Даже падение на сцене во время выступления, сейчас бы, казалось ему лишь небольшой неудачей, по сравнению с преждевременным семяизвержением, рядом с человеком, который ему так понравился.

- Понятно, - задумчиво произнёс Ян, поцеловав покрасневшую мочку ушка и, переплетая пальцы их рук, хрипло прошептал: - Значит, не будем торопиться. Дам тебе привыкнуть ко мне.

Келли нежно улыбнулся и наконец-то осмелился прикоснуться к своему незнакомцу.

Поглаживания, объятья, стоны и поцелуи. Сплетенье тел в лунном свете, и такое безвольное и слегка неуверенное:
"Возьми меня". Всё это было похоже на сладкое наваждение, сон, навеянный серебристым туманом.

Ян овладел своей птичкой не сразу. Достав из тумбочки смазку, которую использовал для анального секса с женщинами, что вешались ему на шею, как игрушки в мишуре на ёлку. Он, убедившись, что парень действительно готов и морально и физически, провёл языком по его сладким губам, припухшим от поцелуев и обильно смазав и потеревшись головкой о нежное, ни кем не тронутое до него отверстие, аккуратно вошёл внутрь. Келли стиснул зубы, чтобы не закричать. Было немного больно и не комфортно, но в то же время приятно. Почувствовав, как его плоть сжимается кольцом мышц, а жар от горячего тела парня разливается по его паху, Ян издал сдавленный стон и медленно задвигал бёдрами.

Начав получать удовольствие, Келли расслабился и вскоре, обняв мужчину ногами, стал двигаться ему навстречу, наслаждаясь жадными поцелуями и соприкосновением мокрых тел.

Их танец любви был страстным и безудержным. Никогда до этого эти двое не испытывали столько счастья и удовольствия. Испытав оргазм одновременно, они абсолютно обессиленные лежали на влажных простынях и, глядя в потолок, на котором появлялись первые блики восходящего солнца, старались сдержать слёзы, прекрасно понимая, что эта ночь больше никогда не повторится.

За завтраком оба молчали, не зная, что сказать или спросить. Келли чувствовал себя потерянным. А потом ещё и пришёл грубый, высокий мужчина в такой же курточке, как и у Яна, и, присоединившись к ним, уплетая, всё, что видел на столе, принялся обсуждать ремонт машины. Из всего, что он говорил, Келли понял, что это займёт около недели. Ковыряя свой завтрак в тарелке, парень тяжело вздохнул и робко ответил:

- Я через два дня женюсь, а потом на пол года уезжаю в тур.

- Ну, тогда тебе стоит вызвать эвакуатор. - с полным ртом ответил Ник.

- Я могу забрать её потом - с надеждой глядя на Яна, спросил Келли.

- Думаю, не стоит. Это слишком долго, - холодно ответил тот. - Ник, займись этим.

- Ладно, - схватив последний блинчик, ответил Ник и ушел так же шумно, как и появился.

- Ян, моя свадьба. Я...

- Хочешь пригласить меня? - с издёвкой спросил Ян.

Сердце мужчины захлебывалось ревностью.

- Нет! Просто хочу, чтобы ты знал: у меня нет выбора. Если я откажусь, со мной разорвут контракт, и я должен буду выплатить большую неустойку. У меня нет таких денег. Но даже если я заплачу, моей карьере придёт конец. Я умею только танцевать. Я не могу представить себе другую жизнь. Кроме балета у меня ничего нет. Понимаешь? - практически плача, проговорил Келли.

Ян тяжело вздохнул и печально улыбнулся.

- У каждого из нас своя тюрьма, Кел. То, что было этой ночью, останется прекрасным воспоминанием, которое я буду с трепетом хранить до конца своих дней. Я желаю тебе счастья и в любви, и в карьере. Спасибо за эту ночь и за твой волшебный танец. Кто знает, возможно, когда-нибудь я приду на твоё выступление с букетом ромашек.

***
Келли уехал сразу после завтрака, забрав с собой букет увядших ромашек и сердце байкера, который, приглушив отчаянный крик души, позволил ему уйти.

Сил держаться хватило лишь несколько часов. После его ухода стало тихо и холодно. Даже странно, как, пробыв всего немного, парень смог заполнить собой, каждый уголок холодного дома.

В тот же вечер Ян стал искать свою птичку в интернете. Он пересмотрел все его выступления, все интервью. И, не найдя другого способа заглушить боль, ушёл в запой.

С тех пор прошло два дня. Допив очередную бутылку, Ян ввёл в поисковике "О'Келли Никсон свадьба" и замер. Оставалось несколько часов до бракосочетания. Жених и невеста улыбаясь позировали прессе и давали интервью. Только вот радости в глазах своей птички Ян не заметил.

- Да какого хрена я делаю?!

Схватив со стола ключи от мотоцикла и подобрав валявшуюся на полу куртку, Ян, шатаясь направился в гараж.

Его банда, как обычно, ковырялись в мотоциклах, шутя и попивая пиво. Практически ввалившись внутрь, Ян стал посредине гаража и, набрав в грудь воздуха, проорал во всё горло.

- Я гей! Я трахаю мужиков и мне насрать на ваше мнение! - кинув курточку им под ноги, он, проглотив ком в горле и подойдя к своему байку, уже спокойным тоном добавил, - Я ухожу. Моей птичке хотят обрезать крылья, но я не дам им этого сделать. Он должен парить в небесах, а не томиться в клетке.

- Да у него белка походу?!

- Сто пудов! Нужно позвонить Квентину.

- Чтобы он ушёл в запой вместе с ним? Давайте лучше отвезём его в город.

Встревоженно переговаривались байкеры, глядя на то, как их лидер упорно пытается попасть ключом в замок зажигания.

Тяжело вздохнув, Ник подошёл к Яну и, забрав ключи, похлопал друга по плечу.

- Я поведу. Где будет свадьба?

Ян улыбнулся и, обняв друга, озвучил название церкви.

- Надень шлем и постарайся не свалиться. А вы чего ждёте?! Опоздаем, у Тёмного парня уведут!

Несколько секунд мужчины переваривая информацию, смотрели друг на друга.

- Я с вами, - бросив под ноги пустую банку с под пива, произнёс Юджин.

Видя терзания друга и догадываясь о причине, он мучился угрызениями совести. Ведь столько лет вместо поддержки, засыпал несчастного Яна только упрёками и издевками.

- Я тоже с вами, - вытирая руки от мазуты, проговорил Оскар. Самый старший из них.

- Да, - ответил Гектор и, подняв куртку, накинул её на плечи Яну. - Поехали забирать нашего парня. Понадобится - силой отобьём.

На глазах Яна заблестели слёзы. Пять лет он скрывал, кто он есть, боясь потерять друзей, которые стали ему практически семьёй. Но сейчас они явно давали понять, что несмотря ни на что, будут с ним до конца.

Колонна из семи мотоциклов ближе к городу уже насчитывала больше пол сотни. Были, конечно, и те, кто отказался принимать ориентацию лидера, но нелестно выражаться они не рискнули, так как большинство поддержали Яна, посчитав, что им не важно с кем спит их лидер. Ведь за всё существование клуба, только Тёмный не набивал карманы и всегда действовал в их интересах.

Город охватила паника. Сигналы, крики и шум мотоциклов наполнили улицы. Перед самим храмом было не протолкнуться. Машины стояли вплотную, перегораживая проезд, а через толпы людей на тротуарах было не пройти.

- Чёрт? Что будем делать? Может, пальнуть в воздух и шугнуть их. - спросил Ник.

Ян слез с мотоцикла и, осмотревшись, ненадолго задумавшись, запрыгнув на капот машины, побежал по крышам.

Весь в белом, словно ангел. Келли, держа под руку Эмилию, стараясь улыбаться, отвечал на вопросы журналистов.

- Кел!

Повернув голову, Келли уставился на стоявшего на их свадебном лимузине Яна. И сердце забилось быстрее.

- Не делай этого, птичка. Я видел все твои выступления и ты прекрасен. Но только той ночью на берегу ты был непревзойдён. Только тогда ты улыбался по настоящему. Я хочу, чтобы весь мир увидел тебя таким. Свободным и счастливым. Прости, что струсил и отпустил. Ты можешь послать меня, я заслужил это. Но прошу, не позволяй им закрыть тебя в клетке.

- Келли, что происходит? - недовольно спросил директор, глядя на парня, который уже не сдерживал слёз.

- Я увольняюсь. Свадьбы не будет, - не сводя взгляда с Яна, ответил Кел и направился в сторону лимузина.

Крики Эмилии, ругань, громкие обсуждения и вспышки камер больше не имели значения.

Спрыгнув с машины, при этом едва не потеряв равновесие, Ян заключил в объятья своего любимого и, вытерев слёзы с его прекрасных серых глаз, нежно поцеловал в губы.

***

Скандал в прессе не утихал ещё пол года. Заплатив неустойку, Ян подключил своих юристов, и те начали процесс против директора и отца Эмилии, обвинив их в шантаже и принуждению к браку. После столь громкого ухода, на карьере Келли пришлось поставить крест. Но он не сильно расстроился, ведь получил значительно больше, друзей, любимого и настоящих поклонников, которых только восхитил каминг-аут любимого артиста.

- Кел! - позвал Ян, вернувшись под вечер домой.

- Я на кухне, - жаря блинчики по маминому рецепту, ответил парень.

Ян подошёл ближе и, обняв любимого со спины, выключил плиту.

- Собирайся, поедем в город.

- В город? На улице такой туман. Может, подождём до завтра?

- Нет, едем сейчас. К тому же я люблю туман, - подмигнул Ян и, сняв с Келли фартук, потолкал к двери, целуя при этом в шею.

Парень не стал сопротивляться. К тому же, за это время он уже прекрасно усвоил, что спорить с Яном бесполезно.

На удивление, дорога не заняла много времени, хотя ехал Ян и осторожно. Всё, что касалось его птички, он всегда делал с любовью, заботой и трепетным обожанием. Припарковавшись у небольшого здания в центре города, Ян взял любимого за руку и завёл внутрь.

В помещении было темно, и прежде чем озадаченный Келли решился задать вопрос, под аплодисменты и крики "Сюрприз"! их друзья зажгли свет и в воздух взлетели десятки шариков под звук взрывающихся хлопушек.

Келли не мог поверить глазам. Они стояли в огромном зале с зеркалами и балетными станками.

- Это твоя балетная школа, - проговорил Ян на ушко любимому и вручил букет ромашек, протянутый Юджином.

- Я назову её "Туман", - плача от счастья прошептал Келли, вдыхая аромат любимых цветов.