Наследники крови

Нью-Йорк никогда не спит. Он замирает только перед рассветом, когда даже мафия забирается в свои постели. Но в эту ночь в особняке на Лонг-Айленде горел свет. Ева стояла у окна, перебирая пальцами серебряную цепочку на шее. Ей было двадцать два, но её глаза смотрели как у ветерана спецопераций. - Сэм, ты взломал камеры «Кеннеди-аэропорта»? - спросила она, не оборачиваясь. - Ещё вчера, - ответил брат, сидя в кресле с тремя мониторами. - Я уже видел, как ты убьёшь цель через шесть минут после приземления. Отец - Алессандро Моретти - вошёл без стука. Он не хлопал дверями. Он ими давил.